Книга: 100 великих русских путешественников

А.Н. Никитин: «хожение за три моря»

<<< Назад
Вперед >>>

А.Н. Никитин: «хожение за три моря»

Афанасий Никитич Никитин (ум. в 1472 г.) – тверской купец. В 1466 г., когда посол владетеля Шемахи, ширван-шаха Форус-Есара, по имени Асан-бек, посетивший великого князя Ивана III, собрался в обратный путь в Шемаху вслед за русским послом Василием Папиным, Никитин, проведавший о московском посольстве, решил вместе с ним отправиться в Шемаху для распространения русских товаров.

Он с товарищами снарядил два судна, получил проезжую грамоту от тверского князя Михаила Борисовича и посадника Бориса Захарьича и с благословения владыки Геннадия поплыл вниз по Волге.

В Костроме А.Н. Никитин получил от князя Александра Васильевича великокняжескую проезжую грамоту за границу и с ней поехал в Нижний Новгород, где думал сойтись с послом московским Папиным, но не успел его застать.

Дождавшись приезда шемахинского посла Асан-бека, он вместе с ним поплыл Волгой, благополучно опустился к рукаву Волги – Бузану. Никитину удалось добраться до Дербента, где он застал московского посла Василия Папина. Никитин после этой встречи «пошел к Дербенту, из Дербента к Баке, где горит огонь неугасимый, а потом за море».

Свое путешествие Никитин впоследствии назвал «хожением за три моря» – Дербентское (Каспийское), Индейское и Черное. «Хожение» Никитина можно разделить на четыре части: 1) путешествие от Твери до южных берегов Каспийского моря; 2) первое путешествие по Персии; 3) путешествие по Индии и 4) обратное путешествие через Персию на Русь. Первое его путешествие через персидские земли, от южных берегов Каспийского моря (Чебукара) до берегов Персидского залива (Бендер-абаси и Ормуза), продолжалось более года, от зимы 1467 до весны 1469 г. В его заметках об этом путешествии имеется лишь указание пути посредством обозначения местностей и некоторых расстояний.

Переправившись из Дагестана по Каспийскому морю в Мазандеран, Никитин полгода провел в Чапакуре, где праздновал и Пасху 1468 г., затем перешел в Сари, где оставался месяц; отсюда направился в Амоль, из которого поднялся в горы, и за Демавендом спустился к Тегерану. Затем из Тарома Никитин повернул на запад к Лару, а из Лара опять на восток в Бендер-Абаси.

Такой характер путешествия Никитина объясняется его торговыми интересами; он посещал все видные торговые места и даже по месяцу оставался в них. Из Персии Никитин отправился в Индию. Путешествие его по Индии продолжалось почти три года: от весны 1469 до января или февраля 1472 г. Описание этого путешествия занимает большую часть дневника Никитина.

Он отправился из Ормуза на Фоминой неделе 10 апреля 1469 г. и в 20-х числах апреля подошел к Индийскому берегу в Диу, затем остановился у Камбои по пути к Чювилю, куда прибыл через шесть недель. Продолжая свое путешествие через горы Гатские до Пали, Умри и далее к Чюнейру, Афанасий Никитич не забывал своего торгового дела и, по-видимому, умел и на чужбине извлекать из него выгоду. Из Чюнейра, где он чуть не лишился свободы за отказ переменить веру, Никитин отправился через Кулонгер и Кельбург в Великий Бедер, где оставался несколько месяцев.

В течение следующего года Никитин продолжал путешествовать по Индии, что видно из подробных описаний городов Биджнагура и Рачюра. С наступлением 1471 г. Никитин задумал вернуться на родину, что осуществить было нелегко вследствие происходившей в то время в Индостане войны. Боясь оставаться в Индии, чтобы не издержать всего своего достояния, Никитин вынужден был отказывать себе во многом: «Не пил ни вина, ни сыты и все же издерживал в день по два с половиной алтына». За месяц до байрама он вышел из Бедера и через Кельбург, Кулури, город, знаменитый драгоценными камнями, особенно сердоликом (в этом городе Никитин провел пять месяцев), Алянд, куда он прибыл во 2-й половине октября 1471 г., Камендрию, Кынаряс, Сур в начале 1472 г. добрался до Дабыля.

Во время своего путешествия по Индии Никитин объехал значительную часть западного полуострова, между реками Кистной и Годавери, т. е. области Аурунгабад, Бедер, Хейдерабад и Беджапур.



Отъезд Афанасия Никитина из Твери. Палехский художник Д.Н. Буторин. 1957 г.

Из растительного царства Никитин обратил внимание исключительно на «пальмы великие», по-видимому, кокосовые. Подробно описаны Никитиным в особых заметках пристани Индийского моря. Описание это особенно любопытно, т. к. дает довольно подробные сведения о торговле и мореплавании того времени. Он указывает, чем богата каждая пристань. В Дабыле путешественник окончательно распростился с Индией. Припоминая свой отъезд, он отметил, что Дабыль – город очень большой, что туда съезжается все поморье Индейское и Эфиопское. Он сел на судно, получив для себя место за два золотых от Дабыля до Ормуза. Однако ветры занесли корабль в сторону, и после месячного плавания он пристал к берегу в виду Эфиопских гор, где подвергся нападению туземцев. Через пять дней корабль продолжал плавание, а через двенадцать Никитин высадился в Мошкат. Здесь он отпраздновал шестую за время своего странствования Пасху и после 9-дневного плавания прибыл в Ормуз.

В сентябре 1472 г. он через Арцингам направился в Трапезунд, куда прибыл ко дню Покрова. Здесь Никитин подвергся обыску, причем у него «все, что мелочь добренькая, они выграбили». С большим трудом, вследствие частых бурь на Черном море, удалось Никитину добраться до Балаклавы, а оттуда к Кафе (Феодосии), где он облегченно воскликнул: «Милостию Божиею преидох три моря». Неизвестно, какой дорогой воротился Никитин на Русь, но можно думать, что возвращался он через Крым и Литву.

Умер А. Никитин, не доехав до Твери, – в Смоленске. Лучшая характеристика Афанасия Никитина и его дневника, внесенного в полном виде в «Софийский временник» под 1475 г. под заглавием «Написание Офонаса тверитина купца, что был в Индеи четыре года, а ходил, сказывают, с Васильем Папиным», дана академиком И.И. Срезневским. «Как ни кратки записки, оставленные Никитиным, – говорит он, – все же и по ним можно судить о нем, как о замечательном русском человеке XV в. И в них он рисуется, как православный христианин, как патриот, как человек не только бывалый, но и начитанный, а вместе с тем и как любознательный наблюдатель, как путешественник и писатель, очень замечательный, не хуже своих собратьев иностранных торговцев XV в. Как наблюдатель, Никитин должен быть поставлен не ниже, если не выше современников-иностранцев».

Общительный, наблюдательный, быстро усваивавший языки, Никитин тщательно знакомился с предметами торговли каждого города, а попутно и с природой и жителями разных стран. Человек верующий, после пропажи религиозных книг вынужденный соблюдать посты и праздники приблизительно, он искренно скорбел об этом, жалуясь в «Хожении», что не знает, «когда пост, когда Рождество Христово, когда среда, когда пятница». Видя новые религии, Никитин невольно должен был задаваться вопросом, какая же вера правая, и приходил к замечательному для человека того времени заключению: «А правую веру Бог ведает, а правая вера – Бога единого знати и имя его призывати на всяком месте чисте чисто».

В последние годы ряд исследователей высказали гипотезу о том, что Никитин в своем путешествии преследовал не только купеческие, но и разведывательные цели, будучи шпионом тверского князя, а может, и других русских удельных властителей. Их манили алмазные копи Голконды и прочие сокровища Индии. Многие сведения, заносимые в дневник, он умело шифровал. Что ж, в этом предприятии он преуспел наравне с торговыми устремлениями…

В 1955 г. в Твери (тогда Калинин) на берегу Волги был поставлен памятник Никитину.

В 2002 г. на территории колледжа в местечке Ревданда (120 км от Мумбаи, бывшего Бомбея) была установлена памятная семиметровая стела, облицованная черным гранитом. Надписи на стеле на четырех языках сообщают о том, что тверской купец Афанасий Никитин неподалеку ступил на индийскую землю.

Недавно в Феодосии (быв. Кафа) был установлен памятник А. Никитину на мысе Карантин, недалеко от древнего православного храма Иоанна Предтечи, в котором, по преданию, молился А. Никитин, прибывший осенью 1474 г. в Кафу.

Памятник строился 21 год и сооружался на пожертвования горожан, желающих увековечить подвиг путешественника. Есть все основания говорить, что текст «Хожения» был написан именно в Феодосии.

<<< Назад
Вперед >>>
Оглавление статьи/книги

Генерация: 1.856. Запросов К БД/Cache: 0 / 0
Вверх Вниз