Книга: Хозяйство и общество: очерки понимающей социологии

§ 32. Денежная конституция современного государства и разные виды денег: оборотные деньги

<<< Назад
Вперед >>>

§ 32. Денежная конституция современного государства и разные виды денег: оборотные деньги

   1. Современное государство присвоило себе

      a) всегда и всюду монополию на создание денежного порядка путем выработки соответствующего законодательства,

      b) как правило, почти не знающее исключений, — монополию на создание (эмиссию) денег, по крайней мере, в отношении металлических денег;

   1. Решающую роль в этой монополизации первоначально играл чисто фискальный интерес (сбор за чеканку монет и другая монетная прибыль). Эта первоначальная причина запрета чужих денег нами не рассматривается.

   2. Монополия на создание денег до сегодняшнего дня существовала не везде (в Бремене вплоть до валютной реформы174 имели свободное хождение иностранные монеты),

      c) с ростом значимости налогов и появлением своих предприятий, обслуживаемых через собственные или открытые специально для государственных расчетов кассы (оба этих вида мы в дальнейшем будем называть государственными кассами), государство стало

         1) крупнейшим получателем платежей,

         2) крупнейшим плательщиком.

Даже если отвлечься от пп. а) и b) данного перечня, согласно п. с) решающее значение для современной денежной системы имеет отношение государственных касс к деньгам, проявляющееся, с одной стороны, в том, какие деньги кассы 1) имеют в распоряжении, т. е. могут выдать, и какие 2) заставляют принимать в качестве легальных. С другой стороны, в том, какие деньги кассы фактически (согласно административным предписаниям) 1) принимают и 2) полностью или частично отказываются принимать.

Например, таможня частично отвергает бумажные деньги, если требуется полный платеж золотом. Полностью (в конечном счете) были аннулированы ассигнации Французской революции, деньги отделившихся штатов (в США — во время войны Севера и Юга) и деньги, эмитированные китайским правительством во время восстания тайпинов.

С точки зрения правового статуса как легальные могут быть определены деньги, являющиеся законным средством платежа, которые все (в том числе и прежде всего государственные кассы) обязаны принимать и выдавать в определенном объеме или неограниченно. Государственными могут называться деньги, если их принимают и заставляют принимать, ши легально принудительными, если их заставляют принимать государственные кассы.

«Заставить принять» деньги можно

   a) из соображений валютной политики, если они с давних пор легально допущены к обороту (как известно, немецкие талеры и французские пятифранковые монеты после прекращения чеканки серебра в 1871 и 1876 гг. такого допуска не имели!);

   b) из-за неспособности государственных касс к выплатам другими средствами платежа, в результате чего происходит одно из двух:

      1) либо прежние легальные деньги обретают статус государственных,

      2) либо ad hoc создается формальный (легальный) допуск нового средства платежа (что почти всегда случается при переходе к бумажным деньгам).

В последнем случае (?), как правило, результат состоит в том, что бумажное средство оборота (см. выше, § 2 настоящей главы), которое до сих пор легально или de facto можно было обменять на эффективные деньги (независимо от того, можно ли было легально заставить его принять), теперь становится de facto обязательным к принятию и de facto необмениваемым.

Государство может легально объявить любой вид объектов законным средством платежа, любой хартальный объект — деньгами, т. е. средством платежа, и установить для них валютный курс путем произвольного определения ценности.

Государство с трудом может или, вообще, не может воспрепятствовать (даже при формальных нарушениях легального порядка обращения)

   a) подделке, которая, в конечном счете, почти всегда рентабельна в случае административных или управленческих денег, а

   b) в случае металлических денег

      1) немонетарному использованию металла как сырья, если производимые из него продукты дорого стоят, особенно когда для этого металла существует неблагоприятный валютный курс (см. ниже, п. ? данного перечня),

      2) вывозу в другие регионы с более благоприятным валютным курсом (для «свободных» денег),

      3) предложению легального денежного металла для чеканки, если он недооценен относительно денег, находящихся в обращении (металлических или бумажных).

В случае бумажных денег курс, при котором номинал металла равен тому же номиналу бумаги, неблагоприятен для металла, если прекращен размен оборотных средств, ибо это говорит о неспособности к платежам металлическими деньгами.

Курсовые соотношения разных видов рыночных денег могут формироваться путем

   1) фиксирования соотношений в каждом отдельном случае (свободные параллельные валюты),

   2) периодического фиксирования (периодически тарифицируемые валюты),

   3) законодательного установления постоянных соотношений (плюрометаллизм, к примеру, биметаллизм).

В случаях 1) и 2), как правило, только один из металлов представляет собой эффективные оборотные деньги (в Средние века — это серебро), другой же — это торговые монеты (фридрихсдоры, дукаты), имеющие кассовый курс. Полное разделение рыночных денег по специфике их применения в современном денежном обращении встречается редко, но ранее встречалось чаще (Китай, средневековая Европа).

   2. Определение денег как законного средства платежа и продукта «литрического» управления (управления средствами платежа) социологически неполно. Оно исходит из «факта наличия долгов» (Кнапп), особенно — налоговых долгов государствам и процентных долгов государств. Для их легального погашения требуется стабильный номинал денег (даже если при этом меняется денежный материал) или, если происходит изменение номинала, историческое определение их ценности. Кроме того, индивид сегодня оценивает единицу денежного номинала как кратную часть своего номинального денежного дохода, а не как хартальную металлическую или документарную единицу.

Государство в состоянии через законодательство и управление на деле обеспечить своим фактическим поведением собственную формальную власть над эффективными деньгами в регионе своего господства.

Последнее утверждение справедливо, если государство пользуется современными средствами управления. В Китае, например, эта цель не была достигнута ни раньше, поскольку апоцентрические и эпицентрические платежи (т. е. платежи из государственного бюджета и в бюджет) были слишком незначительны по сравнению с общим оборотом, ни теперь, когда, похоже, оказалось невозможным превратить серебро в закрытые административные деньги с золотым резервом, ибо не нашлось средств для борьбы с неизбежными в этом случае подделками.

Однако существуют не только уже имеющиеся долги, но и текущий обмен, в котором возникают новые долги, которые будут возвращаться в будущем. При этом, однако, ориентируются на роль денег как средства обмена (см. § 6 настоящей главы), т. е. на возможность того, что в будущем деньги будут приниматься неопределенным количеством других людей в обмен на определенные или неопределенно предполагаемые блага в некоем (приблизительно оцениваемом) ценовом отношении.

   1. При некоторых обстоятельствах рассчитывают также на возможность выгодного погашения срочных долгов государству или частным лицам, но этим мы можем пренебречь, ибо таковым обстоятельством является чрезвычайное положение.

   2. С этого момента начинает проявляться неполнота в остальном «правильной» и просто блестящей государственной теории денег Г. Ф. Кнаппа.

Государству, со своей стороны, требуются деньги, которые оно получает от налогов и других мероприятий, не только как средство обмена, но очень часто и как средство выплаты процентов по долгу. Однако его кредиторы хотят использовать деньги именно как средство обмена и нуждаются в них как раз по этой причине. И почти всегда самому государству деньги требуются также (а очень часто исключительно) как средство обмена для удовлетворения на рынке (в меновом хозяйстве) будущих государственных потребностей в товарах и услугах. Качество денег как средства платежа, сколь ни важно его подчеркнуть, поэтому все же не является определяющим. Возможность обмена денег на определенные другие блага, основанная на их оценке по отношению к имеющимся на рынке благам, должна называться материальной ценностью денег в противоположность 1) формальной легальной ценности как средства платежа и 2) часто происходящему легальному принуждению к формальному использованию денег в качестве средства обмена. Материальная ценность, проявляющаяся в твердо фиксируемом конкретном факте, принципиально существует 1) только по отношению к определенным видам товаров и 2) для конкретного индивида в форме его оценки на основе предельной полезности денег (в соответствии с его доходом) для него самого. Эта предельная полезность (опять же для конкретного индивида), конечно, меняется с увеличением располагаемой денежной наличности. Предельная полезность денег поэтому падает, во-первых, для эмитента, прежде всего (но не только), когда он создает закрытые управленческие деньги и использует в качестве средства обмена или навязывает как платежное средство. Во-вторых, предельная полезность денег падает для тех партнеров государства по обмену, в чьих руках — вследствие покупки у них товаров и услуг по более высоким ценам (соответствующим падению оценок предельной полезности государственного управления) — сосредоточивается денежная наличность. Возникающая у них таким образом покупательная способность, т. е. падающая для этих располагающих деньгами лиц предельная полезность денег, может, в свою очередь, при совершаемых ими покупках иметь следствием появление более высоких цен и т. д. Если бы, наоборот, государство частично отозвало приходящие к нему документарные деньги, т. е. более не применяло их в обороте (и уничтожало), то ему пришлось бы (в соответствии с собственной, выросшей теперь оценкой предельной полезности денег в сократившихся денежных запасах) сократить расходы и, соответственно, уменьшить ценовые предложения. И тогда последствия были бы прямо противоположными. Таким образом, в экономике обмена (не только в ней, но в ней в первую очередь) административные деньги могут воздействовать на структуру цен в отдельном денежном регионе. (На цены каких именно благ и с какой скоростью, здесь разбирать не будем.)

   3. В принципе, удешевление и расширение производства денежного металла, как и, наоборот, удорожание и сужение его производства, могли бы иметь почти одинаковые последствия для всех затронутых соответствующими деньгами стран. Монетарное и немонетарное использование металла тесно связаны. Но лишь для меди немонетарное использование одно время было определяющим при оценке (в Китае). Золото оценивается и будет оцениваться эквивалентно стоимости номинальной золотой денежной единицы (с учетом издержек чеканки) до тех пор, пока оно, как это происходит теперь, является интервалютным средством платежа и одновременно рыночными (свободными) деньгами в ведущих торговых государствах. С серебром дело обстояло так же и могло бы так же обстоять и поныне, если бы его положение была таким же, как положение золота. Металл, не являющийся интервалютным средством платежа, но выполняющий функцию рыночных денег в некоторых денежных регионах, конечно, номинально оценивается как равный тамошней номинальной денежной единице, но эта единица, со своей стороны, имеет интервалютный курс, колеблющийся в соответствии с дополнительными издержками и объемами и с так называемым платежным балансом. Наконец, тот благородный металл, который хотя и используется повсеместно для регулируемой (т. е. ограниченной) чеканки административных денег, а потому представляет собой не свободные, рыночные, а, наоборот, несвободные, закрытые деньги (см. далее, § 33), оценивается прежде всего по своей немонетарной ценности. Вопрос всегда в том, можно ли — и, если можно, то в каких количествах — выгодно производить этот драгоценный металл. При полной демонетизации это вопрос только отношения оцениваемых в интервалютном средстве платежа денежных издержек к немонетарной потребности в нем. В случае его использования в качестве универсальных рыночных денег и интервалютного средства платежа это вопрос соотношения издержек и прежде всего монетарной потребности в нем. Наконец, в случае использования его в качестве локально действующих рыночных денег или административных денег его оценка, в конечном счете, определится тем, какой из этих видов потребности в нем позволит максимально оправдать издержки производства, выраженные в интервалютном средстве платежа. И это вряд ли будет монетарное использование, так как обменный курс валют в случае только партикулярного использования денег продемонстрирует для последних в долговременной перспективе тенденцию к снижению, что никак не отзовется на внутренних ценах только при условии полной торговой изоляции (ранее — Китай и Япония, сейчас — все регионы, фактически оторванные друг от друга из-за войны). Но и в случае простого использования в качестве регулируемых административных денег эта строго ограниченная возможность монетарного применения оказалась бы значимой лишь при очень больших объемах чеканки, а потом (по тем же причинам, что и в случае партикулярной свободной чеканки) также сошла бы на нет.

Теоретически вообразимый (хотя в Китае однажды он воплотился в реальности) предельный случай полной монополизации всего производства и обработки (как монетарной, так и немонетарной) денежного металла отнюдь не открывает (в условиях конкуренции нескольких денежных регионов и использования наемного труда) тех новых перспектив, в которые, кажется, принято верить. Ведь если бы для всех апоцентрических платежей (выплаты из государственных касс) использовались эти металлические деньги, то при каждой попытке ограничить производство монет или обложить его высокими налогами (с целью получения значимой прибыли) случилось бы то же самое, что и в Китае с его высокими сборами за чеканку. Прежде всего, деньги стали бы слишком дорогими по отношению к металлу, и добыча металла (в условиях наемного труда) оказалась бы нерентабельной. Ограничение добычи вызвало бы контринфляцию (дефляцию), которая (как в Китае, где она привела к временной полной свободе чеканки) в своем развитии вызвала бы появление денежных суррогатов и расширение области натурального хозяйства (как это и случилось в Китае). В рыночном хозяйстве в дальнейшем денежное управление поэтому должно исходить из предпосылки якобы легального существования свободной чеканки, не отдавая, разумеется, производство денег на откуп частному интересу, о чем речь пойдет далее. В случае же полного социализирования проблема денег исчезла бы вообще, а драгоценные металлы вряд ли стали бы предметом производства.

   4. Функция благородных металлов как валютного стандарта и денежного материала, хотя и сложилась чисто исторически (драгоценные металлы служили украшением и потому использовались для подарков), наряду с их чисто техническими свойствами была обусловлена и особенностями товара, специфически оборачиваемого в соответствии с его массой. Необходимость сохранения названной функции не самоочевидна, поскольку сегодня при платежах объемом более 100 довоенных марок каждый обыкновенно платит или желает получить платеж в документарных деньгах (прежде всего в банкнотах), но тем не менее сохранение этой функции побуждается вескими мотивами.

   5. Эмиссия документарных денег во всех современных государствах также не только упорядочена законом, но монополизирована государством и управляется либо самим государством, либо одним или несколькими привилегированными, регламентируемыми и контролируемыми государством агентами эмиссии (эмиссионными банками).

   6. Государственными деньгами в обращении называются только деньги, которые выплачиваются государственными кассами и рассматриваются как обязательные. Другие деньги, которые хотя и не исходят из этих касс, но обязательны в силу формального права в расчетах частных лиц, именуются дополнительными стандартными деньгами. Деньги, которые в соответствии с легальным порядком могут быть обязательными в частном обороте только до предельной суммы, называются разменными деньгами. Эта терминология опирается на терминологию Кнаппа, как и в значительной степени дальнейшее изложение.

Действительными деньгами в обращении называются государственные деньги в обращении; временными — те деньги, которые могут быть разменяны или обменены (не важно, в каких кассах) на действительные деньги.

   7. Государственные деньги в длительной перспективе должны стать эффективными действительными деньгами, а не оставаться официальными, значимыми только в силу их легального статуса. Но, как говорилось ранее (см. § 6), действительные деньги — это или 1) свободные, рыночные деньги, или 2) нерегулируемые либо же 3) регулируемые управленческие деньги. Государственные кассы исходят не из собственных свободных идей относительно денежного порядка, который кажется им идеалом, а ведут себя так, как им диктуют 1) их собственные финансовые интересы и 2) интересы властных имущих классов.

По своей хартальной форме действующие оборотные деньги бывают металлическими или бумажными.

   A. Металлические деньги. Только металлические деньги могут быть свободными рыночными деньгами, но ни в коем случае быть таковыми не обязаны. Они являются:

      I. свободными деньгами, когда орган литрического управления чеканит или разменивает на хартальные единицы (монеты) любое количество монетного металла, что называется «гилодромия». В зависимости от вида стандартного металла существуют золотой, серебряный или медный стандарты свободных денег. Может ли денежное руководство реально управлять гилодромией, зависит не от свободного решения, а от того, заинтересованы ли индивиды в чеканке монет из металла. Гилодромия может существовать официально, не будучи действенной, т. е. не оказывая практического эффекта, если

         a) легальная гилодромия предусматривает использование нескольких металлов (плюрометаллизм), один (или некоторые) из которых недооценен (недооценены) по отношению к текущей рыночной цене сырья. Тогда только очень дорогой металл будет предлагаться частными лицами для чеканки и использоваться плательщиками для платежа. Если государственные кассы станут выводить его из обращения, эти слишком дорогие деньги будут скапливаться у них до тех пор, пока не придется использовать их для платежа за отсутствием других средств. В таком случае при достаточно долгом поддержании цен монеты из слишком дешево оцененного металла пойдут на переплавку или будут продаваться по весу, как товар, за монеты из более дорогого металла;

         b) плательщики, а особенно вынужденные к этому государственные кассы длительно и в массовых масштабах пользуются формально им принадлежащим или узурпированным правом навязывать иное металлическое или документарное средство платежа, которое представляет собой не только временные (разменные), но и 1) дополнительные деньги или же 2) деньги, бывшие временными, но ныне, в силу неплатежеспособности мест обмена, больше не размениваемые.

В случае, описанном в п. а), всегда, а в случае, описанном в п. b.1 и особенно в п. b.2, при энергичном и длительном навязывании дополнительных или уже не действующих временных денег прежняя гилодромия прекращается.

В случае, описанном в п. а), наступает период исключительной гилодромии высокооцениваемого металла, который теперь один выполняет роль свободных денег, т. е. новых металлических денег в обращении.

В случае, описанном в п. b), роль оборотных играют дополнительные металлические или более не действующие временные документарные деньги (вариант 1 — несвободные, вариант 2 — бумажные деньги).

Возможна также и ситуация, когда гилодромия оказывается действующей, не будучи в силу закона официальной.

Пример — чисто фискально, т. е. заинтересованностью в снижении налогов, обусловленная конкуренция чеканщиков монет в Средние века, состоявшая в стремлении чеканить только из монетного металла. Хотя формальной гилодромии еще не было, результат был почти тот же, что и при наличии таковой.

В дополнение к сказанному назовем монометаллическим (золотым, серебряным или медным) стандартом положение, когда один металл является легально гилодромным, а плюрометаллическим (би- или триметаллическим) стандартом — положение, когда несколько металлов легально гилодромны, причем в жестком курсовом соотношении. Параллельновалютным стандартом будем считать положение, при котором несколько металлов должны быть легально гилодромными, причем без наличия жесткого обменного курса. О стандартном металле и металлическом стандарте (золотом, серебряном, медном, параллельном) следует говорить только по отношению к тем металлам, которые являются эффективно гилодромными, т. е. представляют собой эффективные рыночные деньги.

Легальный биметаллизм существовал во всех государствах Латинского монетного союза вплоть до отказа от свободной чеканки серебра после немецкой валютной реформы175. Но всякий раз действующим валютным металлом (поскольку вследствие стабилизации курсов изменения часто проходили незамеченными и практически царил биметаллизм) был тот, что по соответствующим рыночным критериям оказывался слишком высокооцененным и поэтому единственно гилодромным. Деньги из других металлов были дополнительными. (В этом я полностью согласен с Кнаппом.) Биметаллизм поэтому и в условиях конкуренции многих автокефальных и автономных монетных дворов, как минимум, в качестве валютной системы всегда есть только переходное и обыкновенно чисто легальное, а не практически действующее состояние.

Если слишком низкооцениваемый металл не чеканится, то это, конечно, не результат государственных мер литрического управления, а следствие (предположим, изменившегося) рыночного положения и незавершенного определения курсов. Разумеется, власть могла бы продолжать чеканить из такого металла с убытком для себя административные деньги, но она не смогла бы удержать их в обращении, так как немонетарное использование металла было бы выгоднее.

<<< Назад
Вперед >>>
Оглавление статьи/книги

Генерация: 3.923. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
Вверх Вниз