Книга: Хозяйство и общество: очерки понимающей социологии

§ 1. Понятие хозяйствования

<<< Назад
Вперед >>>

§ 1. Понятие хозяйствования

Действие будет называться хозяйственно ориентированным постольку, поскольку оно по своему подразумеваемому смыслу направлено на удовлетворение стремления к полезности. Хозяйствованием будет называться мирное осуществление распорядительной власти, которое в основном хозяйственно ориентировано, а рациональным хозяйствованием то, которое ориентировано в основном целерационально, т. е. согласно плану. Хозяйством будет называться автокефальное, а хозяйственным предприятием — организованное в виде предприятия постоянное хозяйствование.

   1. Ранее (гл. I, § I, II, п. 2) уже отмечалось, что хозяйствование само по себе не обязательно является социальным действием.

   2. Определение хозяйствования должно быть максимально общим и выражать то обстоятельство, что все хозяйственные процессы и объекты становятся таковыми лишь благодаря смыслу, который придает им человеческое действие как своей цели, средству, препятствию или побочному результату. Но из этого не следует, как иногда считается, что хозяйствование есть психическое явление. Производство товаров, цена или даже субъективная оценка товаров суть реальные явления, и им незачем считаться психическими. Но за этим неверным определением скрывается верная идея о том, что каждое из этих явлений содержит особого рода подразумеваемый смысл, который только и конституирует его, и делает понятным. Определение хозяйствования, кроме того, должно быть составлено так, чтобы включать и современное прибыльно ориентированное хозяйство, т. е. должно исходить не только из потребительских интересов и их удовлетворения, но, с одной стороны, из факта стремления к полезным благам (даже если речь идет о чисто денежной прибыли), а с другой — из необходимости обеспечить средства удовлетворения этого стремления (пусть даже примитивным и традиционно привычным способом, как это происходит в самых примитивных экономиках, направленных только на покрытие потребностей).

   3. Хозяйственно ориентированным действием (в отличие от хозяйствования) называется такое действие, которое а) ориентировано прежде всего на другие, нехозяйственные цели, но при этом учитывает хозяйственное положение (субъективно осознанная необходимость хозяйственного обеспечения) или b) ориентировано именно на хозяйственные цели, но использует в качестве средства фактическое насилие, т. е. это любое действие, которое с самого начала не хозяйственно либо не мирно хозяйственно ориентировано, но дополнительно определяется хозяйственным положением. Хозяйствованием, следовательно, должна называться субъективная и изначальная хозяйственная ориентация (iсубъективная, ибо речь идет именно о вере в необходимость хозяйственного обеспечения, а не об объективной необходимости). Р. Лифманн правильно подчеркивает субъективный характер понятия, обращая внимание на то, что именно подразумеваемый смысл превращает действие в хозяйствование120, но, на мой взгляд, неверно полагает, что все прочие авторы считают иначе.

   4. Хозяйственно ориентированным может быть любое действие, даже насильственное (например, грабительские или торговые войны). При этом, однако, прав Франц Оппенгеймер, противопоставивший экономические средства политическим. В самом деле, целесообразно отличать эти последние от хозяйства121. Применение силы противоречит духу хозяйства в обычном смысле этого слова. Прямое и явное насильственное отнятие благ и прямое и явное насильственное принуждение к определенного рода поведению не может поэтому называться хозяйствованием. Совершенно ясно в то же время, что обмен не есть единственное средство экономики, но лишь одно из таковых, хотя и очень важное. И, разумеется, хозяйственно ориентированное формально мирное обеспечение средств и результатов запланированного насилия (вооружение, военная экономика) представляет собой хозяйство в той же степени, что и другие действия подобного рода.

Любая рациональная политика втом, что касается необходимых ей средств, должна быть хозяйственно ориентирована, и любая политика может служить хозяйственным целям. Точно также хозяйство, хотя (теоретически) и не каждое, но, конечно же, наше современное хозяйство при наших современных условиях, требует распорядительной власти, гарантированной правовым принуждением государства, т. е. угрозой возможного насилия для сохранения и реализации гарантий формально правовой распорядительной власти. Но такое хозяйство, охраняемое угрозой насилия, само по себе не есть насилие.

Насколько неправильно было бы считать хозяйство (в любом его определении) в понятийном смысле только средством (в противоположность, например, государству и проч.), ясно уже из того, что именно государство можно определить только через монополистически применяемые им сегодня средства (насилие). Так что хозяйство, чем бы оно ни было, с практической точки зрения есть не что иное, как разумный выбор именно целей, хотя и выбор, ориентированный на ограниченность средств, которые имеются или могут быть получены для достижения этих целей.

   5. Не всякое рациональное по своим средствам действие можно называть рациональным хозяйствованием или вообще хозяйствованием. Особенно надо избегать использования термина «хозяйство» как идентичного «технике», поскольку техника действия означает для нас совокупность средств действия в противоположность смыслу действия или его цели, на которую оно в конечном счете in concreto ориентировано; рациональная техника — это применение средств, осознанно и планомерно следующее из опыта и размышления, а при высшей степени рациональности — из научного мышления. Невозможно поэтому определить заранее, что считать техникой в конкретном случае: последний смысл конкретного действия с точки зрения всеобщей связи действия может иметь технический характер, т. е. быть средством в свете этой всеобщей связи, но для конкретного действия (и с точки зрения этого действия) его технический результат и есть его смысл, а применяемые для него средства суть его техники. В этом смысле техника существует везде и в каждом действии: есть техника молитвы, аскезы, мышления и исследования, мнемотехника, техника воспитания, политического или иерократического господства, управления, эротическая и военная, музыкальная (техника виртуоза), техника скульптора или художника, юридическая техника и т. д. И все эти техники могут иметь разную степень рациональности. Возникновение поэтому так называемого технического вопроса означает сомнение относительно рациональности средств. При этом масштабом рациональности служит, помимо прочего, также и знаменитый принцип наименьшей затраты сил, предполагающий оптимальное соотношение достигнутых результатов и затраченных средств (но не абсолютного минимума средств). Очевидно, тот же самый принцип действует и в хозяйстве (как и в любом рациональном действии вообще), но в другом смысле. Пока техника в нашем понимании этого слова остается чистой техникой, она требует только средств, наиболее подходящих для получения именно того результата, который задан ей абсолютно и безоговорочно, причем эти средства (при заданной полноте, надежности и стабильности результата) должны быть, по сравнению с другими, самыми экономичными с точки зрения затраты сил. Это, конечно, в том случае, если вообще возможно сравнение издержек при выборе разных путей. Пока техника остается чистой, другие потребности ею игнорируются. Например, вопрос о том, следует ли необходимую деталь машины делать из железа или из платины, технически решался бы (если в данных конкретных обстоятельствах для этого достаточно платины) только исходя из того, что лучше для машины и в каком случае меньше другие сопоставимые издержки (затраты труда, например). Но как только техника начинает учитывать сравнительную редкость железа и платины относительно общей потребности в них (что сегодня привык делать каждый техник даже в химической лаборатории), она уже ориентирована (в нашем смысле слова) не чисто технически, но еще и хозяйственно. С точки зрения хозяйствования технический вопрос учета затрат кардинально важен, здесь он выступает в виде вопроса о том, как будут обеспечены другие (будь то качественно другие нынешние или качественно те же самые завтрашние) потребности, если для удовлетворения именно этой потребности сейчас будут использованы именно эти имеющиеся средства. На похожей позиции стоит фон Готтль (Grundri?. Abt. II, 2, сейчас в печати122), подробно и хорошо этот вопрос представил Р. Лифманн (Grunds, d. VWL. S. 334 ff123). Сведение всех средств в конечном счете к трудовым усилиям является ошибкой.

Ответ на вопрос о том, каковы (в сравнимых единицах) издержки при использовании разных средств для достижения одной и той же технической цели, в конце концов, зависит от того, применимы ли эти средства (в том числе прежде всего рабочая сила) для других целей. В техническом смысле (в нашем понимании техники), например, надо решить, какие меры необходимо принять, чтобы переместить определенный груз или извлечь сырье с определенной глубины, и какие из этих мер наиболее целесообразны, т. е. ведут к цели, помимо прочего, со сравнительно меньшими (при достижении одного и того же результата) затратами фактического труда. В хозяйственном смысле надо определить, можно ли (в экономике обмена) оплатить соответствующие расходы деньгами, полученными от сбыта товаров, или (в плановой экономике) удастся ли получить в распоряжение необходимые для принятия этих мер труд и средства производства без ущерба для других — считающихся важными — интересов обеспечения. В обоих случаях (обмен и план) речь идет о сравнении целей. Хозяйство изначально ориентировано на цель применения, техника — на выбор (при наличии заданной цели) подлежащих применению средств. То, что определенная цель применения вообще лежит в основе технического начинания, с точки зрения технической рациональности, в чисто понятийном смысле (но, конечно, не фактически), в принципе, безразлично. Рациональная техника в соответствии с принятым нами определением служит и целям, к которым никто не стремится. Например, кто-то мог бы ради чисто технического интереса производить атмосферный воздух, применяя самые современные средства и максимально соблюдая требования технической рациональности; в хозяйственном же смысле это начинание было бы в любом мыслимом отношении иррациональным в силу отсутствия потребности в обеспечении этим продуктом (ср. об этом у фон Готтля: v. Gottl-Ottlilienfeld GdS, II, 2124). Экономическая ориентация сегодняшнего так называемого технологического развития на получение прибыли является одним из коренных фактов истории техники. Но не только эта хозяйственная ориентация, какой бы исключительно важной она ни была, определила пути развития техники, но также и фантазмы оторванных от жизни мыслителей, и интерес к потустороннему и фантастическому, и искусство, и другие далекие от хозяйства факторы. Однако с самых давних пор, а сегодня особенно, центр тяжести лежит в экономической обусловленности технического развития. Вне рационального расчета как основы хозяйства и, следовательно, вне конкретнейших обстоятельств хозяйственной истории рациональная техника могла бы и не возникнуть.

Тот факт, что в исходном понятии не было отчетливо выражено отличие хозяйственной ориентации от технической, объясняется спецификой социологического подхода. Социология исходит из непрерывности, требующей взвешивания целей по отношению друг к другу и к издержкам (если, конечно, речь не идет об отказе от одной цели в пользу другой, более важной). Экономическая теория, наоборот, поступила бы правильно, с самого начала подчеркнув это отличие.

   6. В социологическом понимании хозяйствования должен быть учтен факт присутствия прав распоряжения, или распорядительной власти, поскольку, по крайней мере, ориентированное на получение дохода хозяйство полностью реализуется в договорах обмена, т. е. в планомерном приобретении прав распоряжения. Так возникает его связь с правом. Но и любая другая организация хозяйства предполагала бы некоторое фактическое распределение прав распоряжения, только совсем по другим принципам, нежели сегодняшнее частное хозяйство, юридически гарантирующее права отдельным автономным и автокефальным хозяйственным единицам. На право распоряжения рабочей силой и ресурсами могут рассчитывать руководители (при социализме) или члены на местах (при анархизме). Этот факт можно замаскировать терминологически, но нельзя отбросить при объяснении. Как гарантируются права распоряжения (путем конвенции или юридически, или они вообще не гарантируются извне и на их соблюдение можно в известной мере рассчитывать только в силу обычая или некоторого сочетания интересов), с понятийной точки зрения несущественно, хотя для современного хозяйства неизбежность правовых принудительных гарантий представляется самоочевидной. Понятийная неизбежность категории распоряжения для хозяйственного рассмотрения социального действия не означает поэтому понятийной неизбежности правового порядка распоряжения, сколь бы эмпирически неизбежным он ни казался125.

   7. В понятие «распорядительная власть» должна быть включена каким-то образом гарантированная либо просто фактически существующая возможность распоряжения собственной рабочей силой (что неочевидно в отношении рабов).

   8. Социологическая теория хозяйства должна с самого начала включить в свои категории понятие «благо», что и сделано в § 2 настоящей главы, ибо эта теория имеет дело с действием, специфический смысл которого формируется в результате (только теоретически вычленяемых) размышлений хозяйствующих лиц. Иначе может (пожалуй) действовать теория хозяйства, положения которой стали бы основой социологии хозяйства, если бы последней понадобилось создать собственные конструкции.

<<< Назад
Вперед >>>
Оглавление статьи/книги

Генерация: 2.115. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
Вверх Вниз