Книга: Голый человек (сборник)

8 Губы

<<< Назад
Вперед >>>

8

Губы

В человеческих губах есть нечто очень странное. Их способность выворачиваться наизнанку уникальна для животного мира. Большинство людей не осознают этого, воспринимая свои губы как должное, и им в голову не приходит сравнивать их с губами наших родственников – обезьян. Но если мы бросим взгляд на рот шимпанзе или гориллы, то не увидим мягких, мясистых, блестящих губ, подаренных природой каждому человеку.

Почему же у людей такие губы? И опять ответ на этот вопрос связан с нашей эволюцией как «детоподобных» взрослых. По мере того как наша взрослая анатомия и наше взрослое поведение становились все более детскими, мы сохраняли все больше и больше «младенческих» черт. Наши губы являются частью этой тенденции. И поскольку в анатомическом плане женщина более продвинута, нежели мужчина, то есть более юна, ее губы заметнее и сильнее выдаются вперед. В результате они стали объектом пристального внимания.

Но каково происхождение этих уникальных губ? Ответ может дать не человеческий младенец и даже не детеныш шимпанзе, а его крошечный эмбрион. В гестационном возрасте шестнадцать недель у зародыша обезьяны наблюдается типичный человеческий рот с большими, мягкими губами. Через два месяца, когда он достигает возраста двадцати шести недель, они уменьшаются в размерах, становятся тонкими и остаются такими на всю последующую жизнь. Таким образом, человеческие губы не просто младенческие, а эмбриональные.

В отличие от детеныша шимпанзе, человеческий младенец сохраняет черты, свойственные зародышу, и появляется на свет с надутыми губами, которые в скором времени жадно обхватывают округлый сосок матери. А детеныш шимпанзе вместо этого зажимает своими тонкими губами длинный сосок своей матери и выкачивает молоко, подобно тому, как фермер доит корову.

Таким образом, уникальные вывернутые человеческие губы прекрасно приспособлены к выполнению своей первой функции – извлечению молока из не менее уникальной женской груди. Они герметично соединяются с округлой поверхностью соска. Однако если бы история заканчивалась на этом, то после отлучения от груди и перехода на твердую пищу губы младенца заворачивались бы внутрь и с возрастом делались тонкими, как у других приматов. Действительно, у взрослых мужчин они становятся чуть плотнее и тоньше, а в первобытном состоянии со временем исчезают из вида среди усов и бороды.

Тем не менее у обычной женщины губы остаются полными и мягкими на протяжении всей жизни или по крайней мере до очень пожилого возраста, когда она присоединяется к лагерю тонкогубых. С наступлением половой зрелости девушка начинает относиться к своим губам как к источнику мощных сексуальных сигналов. Она облизывает их, надувает и посылает воздушные поцелуи. Еще до того, как губы молодой женщины встречаются с губами ее первого возлюбленного, они играют важную роль в демонстрации женственности.

Что же придает губам такую сексуальность? Дело в том, что по форме, текстуре и цвету они очень напоминают другие женские губы, являющиеся средоточием сексуальности.

Когда женщина испытывает сексуальное возбуждение, к ее половым губам приливает кровь и они набухают. Одновременно то же самое происходит и с губами на лице. Ключевым фактором этого процесса является приток крови из внутренних органов к поверхности. Кожа сексуально активной женщины в результате того, что крошечные кровеносные сосуды наполняются кровью, пылает и блестит. Эта дополнительная кровь прибывает быстрее, чем происходит ее отток, и поверхность кожи становится все более чувствительной к прикосновениям. В первую очередь сказанное относится к губам. Расширенные капилляры делают губы – и те и другие – более заметными, так как они ярко контрастируют с окружающей плотью.

В первобытном обществе женщины интуитивно эксплуатировали эту мимикрию. В Древнем Египте проститутки красили губы красной краской. На одном папирусе, датируемом 1150 годом до н. э., изображена сцена в борделе Фив, на которой полуодетая молодая женщина в одной руке держит зеркало, а другой наносит длинной палочкой краску на губы, в то время как плешивый клиент с эрегированным пенисом протягивает руку к ее гениталиям. Таким образом, связь между красными женскими губами и сексом люди понимали свыше трех тысяч лет назад.

На самом деле женщины начали красить губы намного раньше. Великая царица Пуаби, правившая в городе Ур, который находился на юге современного Ирака, была погребена вместе с большим запасом косметики для загробной жизни. Ее краски – красные для губ, белые, зеленые и черные, вероятно, для глаз – хранились в больших раковинах моллюсков либо в имитировавших их раковинах из серебра и золота.

Самая первая краска для губ изготавливалась путем дробления красной охры в мелкий порошок с помощью пестика и ступки, который затем смешивался с животным жиром. Позже, в IV веке до н. э., склонные к экспериментам древние греки добавляли в эту смесь растительные красители, человеческую слюну, овечий пот и даже крокодильи экскременты. Во II веке н. э. женщины в Палестине уже имели возможность выбирать цвет краски – красный, оранжевый, малиновый или лиловый.

С тех времен эта практика демонстрации женственности неизменно пользовалась популярностью, хотя иногда она подвергалась гонениям со стороны власть имущих пуритан. В тех культурах, где царил режим, проводивший политику ограничения сексуальных удовольствий, женщинам запрещалось красить губы. В экстремальных случаях даже ненакрашенные губы считались слишком сексуальными, и несчастным женщинам приходилось прятать их под вуалью или закрывать шарфом.

Широко распространено мнение, будто нормы ислама требуют от женщины прятать губы. Это не так. Действительно, в мусульманских странах многие женщины скрывают их под паранджой, но это не имеет никакого отношения к учению Мохаммеда. Данный обычай был навязан женщинам патриархальным обществом. В его основе лежат не религиозные, а сексистские мотивы, поскольку в исламском обществе мужчины рассматривают женщин в качестве своей собственности.

Христианская церковь в разные эпохи своей истории относилась к красным женским губам по-разному. Когда ее иерархи придерживались широких взглядов, отношение было терпимым. Но были периоды, когда накрашенные губы считались злом и дерзким вызовом Богу, сотворившему человека по своему образу и подобию. В XVII веке один священник назвал накрашенные губы эмблемой шлюхи, поскольку они разжигают огонь похоти в сердцах мужчин, имевших несчастье бросить на них свой взгляд.

Политики обычно стараются не касаться подобных вопросов, но однажды в Англии XVIII века они сочли себя обязанными принять закон, запрещавший красить губы, ибо некоторые мужчины опасались, что женщины с красными губами способны обманом заманить их под венец. Этот нелепый закон стал для молодых дам того времени настоящей проблемой, но они ее, конечно, решили. Перед тем как появиться на публике, женщины сосали зерна гранатов или просто щипали свои губы.

Несмотря на запреты со стороны церкви и государства, косметика для губ не исчезла и время от времени продолжала появляться в рамках того или иного стиля. Из «Журнала для женщин» конца 20-х годов XIX века явствует, что в тот период в моду вошла новая форма губ – «лук купидона». В соответствии с ней губы увеличивались вертикально, а не горизонтально. Нижняя губа была глубже, но не шире, а верхняя имела выраженное углубление под носом. Такая форма придавала женскому рту детское выражение и служила призывным сигналом галантным кавалерам, сообщавшим о том, что невинная девушка нуждается в их защите.

В наши дни употребление губной помады обеспечивает существование крупной отрасли экономики. Эта отрасль неуклонно развивалась на протяжении XX века. К концу Викторианской эпохи, в силу присущих ей ханжеству и двойных стандартов, красные губы стали символом служительниц домов удовольствий. Бесчисленные клиенты наслаждались ими, прежде чем вернуться домой к своим женам с бледными губами.

Во время Первой мировой войны губная помада начала медленное восхождение по социальной лестнице, проникнув из борделей в театры, а из театров в среду богемы. После войны, в бурные 20-е годы XX столетия, она распространилась еще дальше – в танцзалах появились элегантные девушки с накрашенными губами. В 20–30-е годы губной помадой начали пользоваться звезды бурно развивавшегося кинематографа, и в скором времени она стала социальной нормой.

Одна из первых кинозвезд, Клара Боу, возродила форму губ «лук купидона», но еще в более смелой, яркой версии. Из-за детского лица ее вполне заслуженно окрестили самой страстной джазовой малышкой в кино, и в 1925 году она снялась в фильме «Губы моей леди». В 30-е годы на сцену вышли более импозантные женщины с агрессивной раскраской губ, после чего наивный «лук купидона» был признан устаревшим оружием.

К началу Второй мировой войны ярко-красные губы, по крайней мере у молодых женщин, стали символом патриотизма. Они были призваны повышать боевой дух солдат. На плакатах с призывами вступать в армию мы видим изображения красных женских губ, словно обещавших свою поддержку всем, кто выступит на защиту родины.

В 1945 году, с окончанием Второй мировой войны, начался период строгой экономии. Разрушенное хозяйство восстанавливалось, но губная помада считалась теперь роскошью и была представлена лишь в нескольких оттенках ярко-красного цвета. Никакие другие цвета не использовались. Все изменилось в 50-е годы. Во Франции и Италии в губную помаду стали добавлять белую титановую краску для получения более бледных цветов, в результате чего диапазон ее оттенков резко расширился. Имевшие большое влияние модные журналы каждый год предлагали новый цвет, который приобретал бешеную популярность на весь сезон, а потом уступал место очередному «последнему писку».

В 60-е годы прошлого столетия, когда появились противозачаточные таблетки, начался бум неприкрытой сексуальности, и женщины стали энергичнее выражать свою индивидуальность. Вместо одного доминирующего цвета губной помады предлагался широкий диапазон оттенков, многие из которых были очень бледными.

С приходом феминизма, в 70-е годы, опять произошли коренные изменения. Наступила новая эпоха пуританства, за которое на сей раз ратовали женщины, и теперь пользование губной помадой рассматривалось как потворство мужским желаниям. Феминистки принципиально не красили губы. В то же самое время женщины в массовом порядке протестовали против войны во Вьетнаме, и те из них, кто не разделял феминистские взгляды, иногда пользовались губной помадой темных цветов – синей, лиловой и даже черной.

Когда война во Вьетнаме закончилась и женщины добились большего социального равенства, они отказались от крайних форм боевой раскраски и захотели опять стать похожими на женщин. В 80–90-е годы снова вернулась ярко-красная помада.

К началу XXI века женщины начали выражать свои сексуальные желания откровеннее, чем когда бы то ни было, и вместе с большей уверенностью в себе и открытостью появились новые виды губной помады, отражавшие эту эротическую тенденцию. Использовались три основные стратегии – ярко-красные губы, более яркие, чем когда-либо раньше, губы натурального цвета с блеском и комбинация этих двух вариантов – очень красные и блестящие губы. Ключевым фактором стала индивидуальность. Женщины перестали быть рабынями одного доминирующего стиля. Каждая из них самостоятельно принимает решение, какой ей быть сегодня. На одном концерте поп-звезда может выйти на сцену с кроваво-красными губами, на другом – с блестящими розовыми, а на третьем – вообще без помады.

Рекламные объявления пестрят описаниями ультраблестящих губ, сочных губ, роскошных губ, влажных губ. Описания сопровождаются цветными фотографиями губ, настолько блестящих и влажных, что они неизбежно вызывают физиологическую реакцию. Производители губной помады создают не увеличенный рот, а пару супергуб. Посылаемый ими сигнал очевиден для всех – женщины активно демонстрируют свою любовь к сексу, и им безразлично, кто как к этому относится.

Однако все эти ухищрения по увеличению губ бледнеют на фоне того, что делают с женскими губами в некоторых племенных сообществах. У народа сурма, обитающего на юго-западе Эфиопии, взрослых представительниц слабого пола называют «женщины-тарелки». В возрасте двадцати с небольшим, за шесть месяцев до свадьбы, им надрезают либо нижнюю, либо верхнюю губу и в разрез вставляют маленькую пластинку, называемую губной серьгой. Она оттягивает губу, делая ее похожей на обтянутое кожей кольцо. Женщины периодически заменяют пластинку, каждый раз на чуть большую, пока она не становится размером с тарелку. Прежде пластинки имели клиновидную форму и вырезались из дерева, но впоследствии стали применяться круглые из обожженной глины. Когда женщины остаются одни, едят, спят или находятся в компании товарок, им позволено вынимать губную серьгу. При этом их разрезанная, растянутая губа безвольно свисает вниз. В присутствии мужчин они обязательно должны носить пластинку, ведь она является показателем их статуса. Размер губной серьги соответствует ценности женщины. Самая большая пластинка, какую только способна носить женщина, служит мерой ее красоты и определяет число голов скота, которое семья жениха должна заплатить за нее.

Эта причудливая форма увеличения губ практиковалась еще у нескольких африканских народов, а не только у сурма, а именно у маконде из Кении, лобби из Ганы, сара-каба и убанги из бассейна Конго. Удивительно, но подобная экстремальная форма украшения тела была выявлена исследователями в другой части света – на Западном побережье Канады, где женщины индейского племени тлингитов, обитающего в Британской Колумбии, носят в губах большие диски. И опять, чем больше диск, тем выше статус женщины.

У одних народов растягивается только одна губа, у других обе, тогда как третьи вставляют деревянные шпильки в отверстия, проделываемые над губами и под ними. И всегда цель заключается в том, чтобы увеличить область губ и сделать ее центром внимания. В случае с народом убанги высказывалось предположение, будто вожди заставляли женщин носить пластинки в губах для того, чтобы они выглядели непривлекательными в глазах арабских работорговцев. Хотя эта версия получила широкое распространение, мало что говорит в ее пользу. Проще поверить, что убанги, как и другие народы, чьи женщины практикуют ношение пластинок в губах, просто считают растянутые губы признаком красоты.

Другие племена используют иные методы украшения губ. Женщины народа шилуков в Судане ходят с синими пятнами на губах, а айны в Японии наносят на губы татуировку. Эти процедуры начинаются еще в детстве, и, когда девушка становится взрослой, рисунки покрывают всю нижнюю часть ее лица – почти от уха до уха. В некоторых филиппинских племенах жуют листья бетеля, и получающейся в результате красноватой массой женщины красят губы.

Путешественники, впервые столкнувшиеся с этими экстравагантными обычаями, порой отказывались верить, что женские губы приобретают столь причудливый вид искусственным путем: «…женщины появляются на свет с огромной нижней губой, способной закрывать большую часть груди. Ее свисающие вниз края представляют собой открытые раны, которые гниют под воздействием жары, если их не посыпать постоянно солью». Данные наблюдения Джона Булвера содержались в первой из когда-либо публиковавшихся книг по антропологии, вышедшей в 1654 году. Булверу не могло прийти в голову, что эти проблемы со здоровьем женщин являются следствием рукотворного вмешательства, в ходе которого губы разрезали и вставляли в них диски.

Пластическая коррекция губ, некогда весьма распространенная в африканских племенных сообществах, в урбанистическом обществе не практиковалась вплоть до последнего времени, когда она появилась совершенно в новой форме. И, конечно, в Калифорнии. Голливудские актрисы, хорошо осведомленные о сексуальной привлекательности толстых, сочных губ, начали прибегать к разного рода хирургическим процедурам. Мы не будем вдаваться в технические детали и ограничимся общим обзором пластики данного типа (хотя следует отметить, что постоянно разрабатываются новые методы).

Наименее травматичным вмешательством является серия инъекций либо коллагенного, либо гилаформного геля в разные точки, сначала вдоль верхней, а затем вдоль нижней губы. Эффект сохраняется в течение 3–6 месяцев, и актрисы иногда применяют этот способ увеличения губ для съемки в определенной роли.

Более длительный результат требует процедуры, предусматривающей устройство канала в губе пациента хирургическими средствами, от одного уголка до другого, в который затем вводят заполнитель, увеличивающий ее размер. В качестве заполнителя может использоваться синтетический материал, аллодерм (замороженная и высушенная кожа) или очищенный жир самого пациента, взятый из ягодиц.

И наконец, радикальный метод увеличения губ – собственно хирургия. Это операция по необратимому изменению формы губ, выполняемая на операционном столе. Она длится около часа и оставляет после себя рубцы. Хотя эти рубцы невидимы, поскольку находятся внутри – в полости рта, их присутствие все же может ощущаться.

В каждом из этих случаев преследуется одна из двух целей: увеличение либо общей полноты губ, либо степени их выступания вперед. Какая из них будет достигнута, зависит от места введения заполнителя. Иногда в результате увеличения полноты на верхней губе исчезает «лук купидона». Вместо того чтобы опускаться в середине, верхняя линия губы слегка поднимается под носом, что придает лицу несколько неестественный вид.

Все эти хирургические процедуры связаны еще с одним риском: видоизмененные губы могут не соответствовать лицу. Есть актрисы, чьи «пухлые губки» затмевают остальные черты лица. Многие специалисты не без оснований полагают, что, если только у молодой женщины не слишком тонкие губы, следует дважды подумать, прежде чем ложиться под скальпель. Но подобные комментарии очень часто остаются без внимания, и в XXI веке хирургические операции на губах, распространившись за пределы Калифорнии и США, приобретают все большую популярность по всему миру. Действительно, если бы пластические хирурги хорошо делали свое дело и избегали ставить упомянутые выше капканы, женское лицо могло бы неожиданно стать намного сексуальнее – таково эротическое воздействие формы женских губ.

До сих пор губы рассматривались только в качестве источника визуальных сигналов, но, разумеется, их роль этим не ограничивается. В процессе недавних исследований выяснилось, что из десяти контактных точек на теле женщины, которых касается мужчина во время любовной прелюдии, главной эрогенной зоной являются губы. Не груди, не гениталии, а именно губы. Действительно, на финальных стадиях полового акта, скорее всего, оргазм вызывает стимуляция клитора, но на ранних этапах главным фактором возбуждения являются губы – это мнение женщин, опрошенных в ходе исследований. Все сказанное объясняет отказ проституток целоваться, хотя они допускают все формы генитальных, и не только, контактов. Когда им задают вопрос по поводу причины табу на поцелуи, жрицы любви отвечают, что дело не в гигиенических соображениях, а в «слишком личном» характере этого действия. Это еще раз свидетельствует о большом значении женских губ, а также объясняет, почему в некоторых странах, например в Японии, запрещается целоваться публично.

Эротический поцелуй имеет весьма любопытное происхождение. Когда любовники соединяют уста и начинают зондировать языком полость рта друг друга (так называемый глубокий, французский или душевный поцелуй), они как бы возвращаются в доисторические времена. Когда еще не было банок и упаковок детского питания, матери, отучая младенцев от груди, пережевывали твердую пищу, а затем прижимались губами к их губам и проталкивали ее языком им в рот. Детеныши, привыкая к этой процедуре, начинали при губном контакте с мамашей пробовать пищу своим языком. Со временем это действие стало ассоциироваться с любовным актом.

Из него развился глубокий поцелуй любовников. Мы забыли о его происхождении, поскольку сегодня крайне редко встречаются примеры первобытного «пищевого поцелуя». Сегодня он практикуется только в некоторых отдаленных племенных сообществах.

Следует отметить, что в силу очень высокой тактильной чувствительности женских губ их прикосновения к различным частям мужского тела во время прелюдии и любовной близости не столь альтруистичны, как это может казаться. Согласно классическому исследованию женской сексуальности, предпринятому Кинсли и его коллегами и опубликованному полвека назад, некоторые женщины способны доводить себя до оргазма во время серии продолжительных глубоких поцелуев, даже при отсутствии какого-либо генитального контакта.

Другие женщины достигают оргазма, касаясь губами фаллоса. Может возникнуть впечатление, будто в данном случае они всего лишь обслуживают мужчину, возбуждая его, но нервные окончания на слизистой оболочке внутренней поверхности их губ настолько чувствительны, что каждое прикосновение к телу любимого посылает назад мощные стимулирующие сигналы. В этом отношении, как и во многих других, женщина является наиболее совершенной из всех представителей приматов.

Орально-генитальные контакты, которые, как нам теперь известно, играли важную роль в сексуальных отношениях во многих культурах на протяжении тысячелетий и вовсе не являются изобретением «декадентского» западного общества, тесно связаны с удовольствием, испытываемым младенцем, сосущим материнскую грудь. Когда молодая женщина ласкает губами пенис партнера, движения ее рта напоминают ей те движения, которые она в младенчестве производила с соском матери. Впечатление от этих первых оральных контактов, в той или иной форме, она проносит через всю жизнь.

Необходимо добавить, что, по Фрейду, удовольствие, получаемое взрослыми от орально-генитальных контактов, отражает лишения, испытанные ими в младенчестве. То есть младенцы, лишенные возможности сосать материнскую грудь, на протяжении всей последующей жизни стремятся компенсировать недополученное в детстве удовольствие. Такое вполне возможно, но старина Зигмунд не учел, что удовольствие, испытанное в любой период жизни, формирует образец поведения на будущее. Человек, получавший удовольствие в процессе сосания груди матери, будучи малышом, как большинство людей, став взрослым, едва ли откажется от возможности испытать подобное удовольствие – хотя он и не испытал младенческого лишения. Негативное отношение Фрейда к взрослым, получавшим удовольствие от поцелуев, курения, сладостей и кока-колы нетрудно понять, поскольку собственный рот причинял ему бесконечные мучения. Он страдал от рака нёба, львиная доля которого была отрезана в результате 33 операций, поэтому ему можно простить отношение к взрослым, называемым им орально одержимыми, помешавшимися на груди и инфантильными – только потому, что они, в отличие от него, были способны получать взрослые оральные удовольствия.

И наконец, необходимо изучить женские губы в качестве важного источника посылаемых мимических сигналов. Перемены настроения влияют на их положение. Они могут быть раскрытыми и сомкнутыми, выпяченными и втянутыми, поднятыми и опущенными, поджатыми и расслабленными. Сочетаемые в различных комбинациях, эти четыре пары альтернативных положений создают огромный диапазон выражений. Осуществляет изменение этих выражений сложный комплекс мышц, которые функционируют следующим образом.

Вокруг губ располагается сильная мышца, Orbicularis oris, которая сокращает их, в результате чего они смыкаются. Именно эта мышца заставляет их поджиматься. Но это не просто сфинктер. Если она сокращается целиком, губы смыкаются, но если более глубокие волокна напрягаются сильнее, ее сокращение прижимает сомкнутые губы к зубам. Когда сильнее напрягаются поверхностные волокна, губы смыкаются и выпячиваются вперед. Таким образом, благодаря одной и той же мышце губы складываются в трубочку, как у любовницы, зовущей к поцелую, и сжимаются в напряжении, как у женщины, ожидающей удара.

Большинство других оральных мышц работает против этой центральной круглой мышцы, стараясь раскрыть рот в том или ином направлении. Поднимающие мышцы поднимают верхнюю губу, в результате чего лицо принимает горестное и презрительное выражения. Скуловая мышца тянет губы вверх, создавая счастливые выражения улыбки и смеха. Треугольная мышца оттягивает их вниз и в сторону, благодаря чему на лице возникает выражение печали. Опускающая мышца тянет нижнюю губу вниз, способствуя появлению выражений отвращения и иронии. Существуют также мышца, поднимающая подбородок и выпячивающая нижнюю губу вперед, в результате чего на лице возникает выражение вызова, и щечная мышца, прижимающая щеки к зубам. Она работает не только во время игры на духовых инструментах, но и в процессе пережевывания пищи. При острой боли, чувстве ужаса или ярости срабатывает платизма, или подкожная мышца шеи, оттягивающая рот вниз и в сторону, одновременно с этим напрягая шею в предвкушении телесного повреждения.

При разных выражениях лица движения губ различны, как различны при одних и тех же движениях степень их смыкания или размыкания и вокализация. Возьмем, к примеру, контрастирующие выражения гнева и страха. Когда человек испытывает гнев, уголки его рта вытягиваются вперед, когда ему страшно, они оттягиваются назад. Но эти два противоположных движения могут осуществляться с открытым ртом и шумно либо с закрытым ртом и беззвучно. При беззвучном гневе губы плотно сжимаются, а уголки рта вытягиваются вперед; при звучном гневе – с рычанием или угрожающим ворчанием – рот открывается так, что видны верхние и нижние зубы, но уголки рта все так же вытягиваются вперед, в результате чего ротовое отверстие приобретает форму, приближающуюся к прямоугольной. При беззвучном страхе губы сильно втягиваются, образуя широкую горизонтальную щель, а уголки рта до предела оттягиваются назад; при звучном страхе – затрудненное дыхание, крики – рот широко открывается, а губы одновременно с этим поднимаются и оттягиваются назад. Поскольку страх заставляет втягивать губы, при крике зубы обнажаются значительно меньше, чем при рычании.

Счастливое выражение лица тоже имеет два варианта – с сомкнутыми и разомкнутыми губами. Когда губы оттягиваются назад и поднимаются, они могут оставаться сомкнутыми, в результате чего на лице появляется широкая улыбка. Они также могут разомкнуться в усмешке, обнажив верхние зубы. Если улыбка сопровождается смехом и рот при этом открыт, могут также обнажаться нижние зубы, но, поскольку губы подняты, все-таки в меньшей степени, чем верхние. Если у смеющейся женщины полностью обнажены нижние зубы, есть повод усомниться в искренности ее веселья.

Еще одна особенность счастливого выражения лица – складки кожи между губами и щеками. Эти диагональные линии, образующиеся в результате поднимания уголков рта, носят в значительной мере индивидуальный характер. Они помогают «персонализировать» улыбку и усмешку, что является важным фактором в укреплении дружеских связей.

В широком диапазоне выражений женского лица существует одно противоречивое – грустная улыбка, отражающая способность сочетать, казалось бы, несовместимые элементы, для передачи сложных настроений. Когда на лице появляется грустная улыбка, оно светится счастьем, если не принимать во внимание уголки губ, упрямо отказывающиеся подниматься вверх, как это должно происходить при улыбке. Вместо этого они опускаются вниз, в результате чего возникает «храбрая улыбка» женщины, которой причиняют беспокойство, или сардоническая улыбка школьной учительницы, отказывающей в просьбе. В распоряжении женщин имеется и множество других «смешанных» выражений, которые наряду с бесчисленными однозначными выражениями составляют богатейший репертуар визуальных сигналов в животном мире.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 0.631. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
Вверх Вниз