Книга: Битва гловальных проектов. Часть 2

Начало истории. Династии Ся и Шан (III–I тысячелетия до н. э.)

<<< Назад
Вперед >>>

Начало истории. Династии Ся и Шан (III–I тысячелетия до н. э.)

Первопредком всех людей китайцы считают Хуанди («Августейшего верховного правителя неба»). Этого мифического китайского императора называют «Желтым императором» или первым настоящим китайцем, возвестившим миру о появлении на свет первого совершенного (правильно «испеченного») желтого человека. Жил он до библейского Потопа и, скорее всего, был ровесником Адама, прародителя рода человеческого, правда, по мнению христиан. В отличие от Адама, начавшего свой жизненный путь с греха, Хуанди ни в чем порочащем его честное имя замечен не был. Более того, весь его жизненный путь был связан с благими делами: строительство первого в истории человечества государства, создание первых законов, регулирующих и организующих жизнь общества, установление ритуала жертвоприношений.

Из китайских мифов следует, что именно Хуанди дал старт летоисчислению, подарив людям солнечно–лунный календарь (после этого в сознании укоренились категории времени и числа), а также разделил их на мужчин и женщин (появилась категория рода). Ему же приписывают авторство в изобретении повозок, лодок, топора, ступы, лука и стрел, одежды и обуви, наземных жилищ, музыкальных инструментов и письменности, а его жене — шелкоткачества. Китайская легенда гласит, что во время чаепития в чашку императрицы Си Линг Чи упал кокон тутового шелкопряда. Си Линг Чи потянула за торчащую из него нить, и кокон начал разматываться. Так была получена первая в мире шелковая нить. А императрица, в благодарность за это, была возведена на Небо и является одним из наиболее почитаемых небожителей китайского пантеона.

Столица его государства находилась в горах Куньлунь, между Небом и Землей, откуда он и контролировал жизнь всех землян (не только китайцев). Автор (согласно преданию) знаменитого трактата по древнекитайской медицине «Хуан—Динэй–цзин» («Трактат Желтого императора о внутреннем»), он был еще и отцом многочисленного потомства.

Легенда утверждает, что и иероглифическое письмо — этот культурологический барьер на пути иноземного влияния на китайскую культуру — появилось при Хуанди. Именно его придворный историограф Цан Цзе, рассматривая следы птиц на песке, понял, что этот рисунок может стать основой письменности. И с тех пор, за способность заметить то, что другим не удавалось, его изображают с четырьмя глазами.

Некоторые из детей Хуанди вознеслись на Небо и стали владыками стихий, другие спустились на Землю, продолжая там славное дело своего пращура. Но, видимо, не все им удавалось, так как расплодившиеся людишки все чаще стали нарушать установленные Хуанди законы, за что и поплатились. Согласно легенде Юй–хуан («Нефритовый государь», один из потомков Хуанди) наслал на людей ветер и дождь, и три дня буйства этих стихий фактически уничтожили человечество (очень созвучно библейскому сюжету о Всемирном Потопе). Но человечество выжило: в странах библейского круга — благодаря ковчегу пророка Ноя, а в Китае — легендарным предкам ханьцев, брату и сестре Фуси и Нюйве.

Спаслись они, говорят, в бамбуковой корзине, подаренной им одним бессмертным в благодарность за оказанное ему гостеприимство. Они вообще были добрыми и праведными людьми, даже с точки зрения чуждой китайцам библейской морали. Потому и выжили. А выжив, поженились (а что им еще оставалось делать?), хотя Нюйва всячески пыталась этого избежать, придумывая все новые испытания для Фуси. Например, она поставила ему условие: догонишь меня — женишься. Он догнал ее с помощью, как это ни парадоксально звучит, черепахи, которая посоветовала ему бежать не за девушкой вокруг холма, а навстречу ей. Так возник древний китайский брачный обычай, по которому жених должен догнать невесту.

В общем, Фуси («Покоряющий солнце») с честью выдержал испытания, и молодые сочетались законным браком. Нюйва, как это водится у молодоженов, понесла и через определенное время разрешилась от бремени кровавым комочком мяса. Негодованию Фуси не было предела: он схватил нож и начал крошить плод на мелкие кусочки, каждый из которых тут же превращался в человека. Вот уж, действительно, не было бы счастья, да несчастье помогло! Родители с ужасом взирали на бесчинство плоти (в хорошем смысле этого слова), а детишки (ровно сто человек) разбегались тем временем по окрестностям с явным намерением поиграть и пошалить. Кто в речку плюхнулся (Хэ), кто на сливу влез (Ли), кто на персиковое дерево (Тао) — так и появились первые сто фамилий, от которых и пошел великий китайский народ.

Фуси был заботливым отцом: он раздобыл для своих детей огонь и показал, как им пользоваться; наблюдая за действиями паука, изобрел способ плетения сетей и научил своих многочисленных потомков ловить рыбу; начертав восемь мистических триграмм для постижения перемен, заложил основу китайской культуры. Китайцы выжили, расплодились и стали постепенно строить свою государственность по монархическому принципу.

Первыми законными ханьскими правителями считаются представители династии Ся (вторая половина III — первая половина II тысячелетия до н. э.), соперничавшей по древности с ранними царствами Египта. Известно об этой династии крайне мало, многие исследователи считают ее плодом вымысла идеологов третьей китайской династии Чжоу, которые таким способом доказывали легитимность прихода самой Чжоу к верховной власти.

Первая исторически достоверная династия — царский дом Шан, правивший с 1562 по 1027 год до н. э. Это период расцвета Древнего Египта, Междуречья и появления очагов высокой античной культуры. Скажем сразу, что шанцы мало чем уступали своим афроазиатским и европейским современникам. Среди их правителей, именовавших себя «ванами», самым добродетельным был Чэн Тан. Он одержал победу над Цзе–ваном, последним правителем династии Ся, запятнавшим себя распутством и многочисленными злодеяниям. Как указывают древние хроники, Чэн Тан несколько раз взывал к совести распоясавшегося Цзе–вана, предлагая ему прислушаться к советам жившего в то время мудреца И Чжи и назначить его главным министром. Но Цзе–ван не внял его увещеваниям, и тогда Чэн Тан пошел войной на упертого вана. Пользуясь поддержкой его окружения, он сумел получить всю необходимую информацию о расположении войск и резервах Ся.

Это, пожалуй, первый в истории пример того, как успешное решение задач стратегической разведки сыграло, в конечном счете, решающую роль в достижении политических целей. Кроме того, данный случай лишний раз демонстрирует актуальность следующего тезиса — захватить страну можно и без кровопролитных сражений. Достаточно чем–то — обещанием материальных благ или политических дивидендов, — заинтересовать ее элиту. Проще говоря, подкупить правящую верхушку. И дело можно считать выигранным!

Какие методы использовал Чэн Тан, точно неизвестно. Скорее всего, само государство Ся «созрело» для политических перемен, ведь каждая империя переживает пору рождения и пору смерти. Время Ся истекло, и в Китае воцарилась новая династия, которая сначала называлась Шан, а затем, во время правления потомков Чэн Тана, Шан—Инь. «По преданию, род Шан происходил от сына легендарного императора Хуанди Сюань—Сяо. Один из его потомков получил от Юя, первого императора Ся, удел Шан на левом берегу Хуанхэ… Есть предположение, что предки шанцев пришли в Китай с Запада. Возможно, в формировании их цивилизации существенное участие сыграла продвинувшаяся далеко на восток группа индоарийских племен» (Николай Сычев, «Книга династий»).


Китай в эпоху Шан, 1500–1027годы до н. э.

Первые двести лет власть в империи Шан передавалась от одного вана другому на основании выборного права — очередного правителя выбирали среди представителей правящей династии. Это вполне соответствует общемировым процессам того времени (точно так же избирали царей в древней Спарте и Афинах), что лишь подтверждает тезис о том, что в своем развитии земные цивилизации идут бок о бок, иногда опережая своих соперников, иногда отставая от них. В любом случае выборность царя (императора) — устойчивый институт власти, через который проходят цивилизации на раннем этапе своего становления: выборными были первые цари Древнего Рима и князья Древней Руси (вспомним судьбу Александра Невского, избранного новгородским посадом на княжение для отражения шведской и немецкой угрозы).

На смену выборному праву во времена шанского императора У Дин–вана (1300–1239 годы до н. э.) пришло право наследования от брата к брату, старшему в роду. Однако и такой вариант преемственности власти не способствует укреплению устоев государства, часто приводя к распрям и междоусобицам. Это очень хорошо видно на примере русской истории -так называемое лествиничное право, по которому власть передавалась от брата к брату, привело к феодальной раздробленности и ослаблению государства. Обычное же наследственное право, от отца к сыну, было введено в Китае только во время правления У И-вана (1129–1095 годы до н. э,).

Более 500 лет пребывания у власти подорвали силы династии Шан—Инь, что особенно сказалось при правлении Синь Чжоу–вана (1059–1027 годы до н. э.), последнего шанского императора, прославившегося своей жестокостью. Он был настолько непопулярен, что когда глава чжоуских племен, обитавших (или, точнее, перемещавшихся) на землях, расположенных к западу от Шан, сверг его с престола, ликующий народ Китая приветствовал начало новой династии.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 3.732. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
Вверх Вниз