Книга: Приграничные и трансграничные территории Азиатской России и сопредельных стран. Проблемы и предпосылки устойчивого развития

Глава 10 Природно-хозяйственное районирование приграничных регионов Азиатской России

<<< Назад
Вперед >>>

10.1. Природно-хозяйственное районирование трансграничных территорий

При изучении международных трансграничных территорий нам приходится сталкиваться с анализом как природных, так и общественных территориальных систем. Если однородность и целостность природных систем обусловливаются едиными законами формирования природной среды и выражаются в целостных либо однотипных геосистемах различных рангов, разделенных государственной границей, то формирование структур природопользования, трансграничных социально-экономических территориальных систем в разных странах происходит по-своему. В связи с этим возникает научная и практическая задача – совмещения территориальных структур и районов – природных, природно-ресурсных и социально-экономических, т. е. природно-хозяйственного районирования.

Так, на юге Дальнего Востока России и северо-востоке Китая складываются сложные природно-хозяйственные отношения с различными природно-ресурсными и эколого-экономическими характеристиками пространственно сопряженных территориальных (приграничных) подсистем. Необходимость выделения здесь общих, единых природно-хозяйственных районов определяется двумя причинами. Первая из них связана с необходимостью комплексного анализа экологических проблем в пределах трансграничной территории. Вторая причина определяется стремительным развитием экономических отношений между странами и целесообразностью формирования совместных международных структур управления подобными природно-хозяйственными территориальными системами, развивающимися по согласованным программам. Как отмечает А. Г. Исаченко [2004], в целом для общественно-территориальных систем, по сравнению с природными, свойственна дискретность структурных образований и наличие элемента управления. Базисом для формирования природно-хозяйственных районов являются определенный природно-ресурсный потенциал и различные виды хозяйственной деятельности, складывающиеся по по обе стороны от границы в пределах международной трансграничной территории.

Выше уже отмечалось (см. гл. 1), что введенное нами понятие международной трансграничной территории [Бакланов, Ганзей, 2004; Ганзей, 2004; Ganzei, Mishina, 2002] в целом соответствует понятию геоэкосистемы [Поздеев, 1998; Трофимов и др., 1994]. Структурными элементами такой территории выступают три блока: природный, хозяйственный и социальный. Поскольку приграничные территории являются составными частями международных трансграничных территорий, постольку разномасштабное районирование последних во многом определяется типами приграничных территорий на региональном и локальном уровнях.

Международная трансграничная территория, объединяя в себе структуры природно-территориальных комплексов (геосистем) и экономических районов, представляет собой по сути сочетание природно-хозяйственных районов. В то же время в природно-хозяйственном районе отражаются взаимосвязи и взаимодействия природы и общества в рамках регионального природопользования. Расширение знаний о региональном природопользовании как об интегральной форме использования вещества и энергии в материальном производстве является основой планирования устойчивого развития на современном этапе [Ишмуратов, 1994]. Формирование единого эколого-ресурсного пространства в пределах международных трансграничных территорий способствует развитию здесь устойчивого природопользования. В пределах таких территорий взаимодействие природных, экономических и социальных подсистем должно обеспечивать сбалансированность природопользования по био– и антропоцентрическим параметрам [Приваловская, 1999].

Б. М. Ишмуратовым [1978а] был сформулирован тезис о территориализации общества как реальной форме его организации. Данный термин означает взаимосвязанность и обусловленность того или иного явления и процесса социально-экономической жизни с определенной территорией. Процесс территориализации включает в себя пространственно-временные особенности взаимодействия общества и природной среды, в ходе которых происходит как приспособление общества к природной среде, так и воздействие на нее, отражающее уровень развития общества и приобретенных им в ходе исторического развития тех или иных способов хозяйствования.

В пределах российско-китайских трансграничных территорий принцип территориализации приобретает особо важное значение, поскольку отражает особенности исторического процесса освоения приграничных районов по обе стороны от границы, а также черты этого процесса, связанные с особенностями отношений между странами (существование длительное время разных типов «командной» экономики; специфика природопользования, имеющая национальные и культурные отличия) [Бакланов, Ганзей, 2004; Baklanov, Ganzei, 2004; Ganzey, Mishina, 2005].

В целом природно-хозяйственное районирование территории выполняется на основе природного и природно-ресурсного. В связи с этим представляется важным оценить природно-ресурсный потенциал приграничных регионов по обе стороны от границы, чтобы определить природно-ресурсные предпосылки взаимодействия стран на региональном и локальном уровнях.

В процессе разработки комплексных программ развития региона часто возникает необходимость совмещения природного и природно-ресурсного районирования с экономическим районированием либо перехода от одного к другому. Подходы к природно-хозяйственному районированию строятся на определенных совмещениях, переходах от природного к природно-ресурсному и экономическому.

Анализ различных методических подходов к природно-ресурсному и природно-хозяйственному районированию дан А. Г. Исаченко [2004]. Им отмечено, что природные ресурсы являются основным связующим звеном между природно-территориальными и общественно-территориальными системами. Адаптация последних к природно-территориальным системам приводит к их трансформации, однако связи между экономическими районами и природными всегда остаются не жестко детерминированными. Природно-территориальные системы под влиянием антропогенной деятельности изменяются, но свои естественные границы сохраняют. Общественно-территориальные системы более изменчивы, т. е. менее устойчивы. Их границы лишь в редких случаях (иногда на начальных стадиях развития) могут совпадать с природными. Установление их соотношений – это одна из основных нерешенных методологических и методических проблем современной географии. При этом выделение интегральных природно-общественных геосистем в наиболее строгом виде возможно лишь в глобальном масштабе. В связи с разнообразием и множественностью взаимосвязей природных и социально-экономических систем наиболее реальным является выделение отдельных парциальных, точнее, двухзвенных систем: природно-ресурсных, природно-рекреационных, природно-сельскохозяйственных и т. п.

А. Г. Исаченко предлагает два подхода к решению проблемы пространственной совместимости природно-территориальных и общественно-территориальных систем. Первый из них основан на использовании ландшафтного подхода [Сочава, 1978; Исаченко 1987, 1988, 2002; Разумовский, 1989; Савельева, 1997а; Кочуров Б. И., 1994; Бакланов, 2001; и др.], требующего построения ландшафтной карты территории, отдельные части которой характеризуются различными социально-экономическими параметрами. Главной трудностью при воплощении данного подхода на практике является сложность пересчета статистической информации, «привязанной» к административному делению, и соотнесения ее с конкретными природно-территориальными комплексами или геосистемами различного ранга.

Второй подход связан с решением прикладных задач и основан на использовании единиц административно-территориального деления в качестве базиса при выполнении природно-хозяйственного районирования. При этом осуществляется наложение ландшафтной структуры на территорию административной единицы (разделение ее на ряд ландшафтных единиц соответствующего ранга). Ландшафтная провинция (подпровинция, округ) – наиболее подходящий ранг для природно-хозяйственного районирования административных областей. На эту соразмерность обратила внимание И. Л. Савельева [1997б]. При совмещении ландшафтных единиц с административно-территориальным делением исследователи изучают, по мнению А. Г. Исаченко [2004], квазиинтегральную природно-общественную систему, в которой взаимодействуют две автономные территориальные системы.

В развитие изложенных представлений нами предлагается следующая схема природно-хозяйственного районирования трансграничных территорий. Исходными основаниями для природно-хозяйственного районирования принимаются природное (физико-географическое) и экономическое районирование. Первый шаг при выделении трансграничных территорий состоит в выделении трансграничных геосистем региональной размерности и последующем сопоставлении их с границами экономических районов соответствующего ранга в обеих соседних странах.

С учетом того, что в экономическом районировании выделяются меньше структурных уровней (как правило, 3–4), а в природном больше (от 5 и выше), за основу природно-хозяйственной территории выбираются соседние экономические (социально-экономические) районы обеих стран или совокупность приграничных дробных экономических районов по обе стороны границы.

Затем экономические районы совмещается с одноранговыми природными районами (физико-географической провинцией). Зоны их пересечения составляют ядро двух природно-хозяйственных районов (рис. 10.1).


Рис. 10.1. Схема выделения природно-хозяйственного района.

При этом выделяются и непересекающиеся части экономического и природного районов. Далее для более строгого сопоставления границ двух типов районирования предлагается следующий подход. На непересекающиеся части экономического района накладываются более дробные (на ранг или еще ниже) природные районы так, чтобы ими были перекрыты все непересекающиеся ранее части экономического района. В результате мы имеем строгое сопоставление границ экономического района с границами непосредственно взаимодействующих с ним природных районов. При этом выделится и периферийная часть природно-хозяйственного района, состоящая из непересеченной части природного района и более дробных единиц природного районирования, полностью или частично пересекающихся с частями экономического. Таким образом, в структуре природно-хозяйственного района (ПХР) выделяются три части: ядро – как зона пересечения двух равноценных районов; периферийная зона пересечения части рассматриваемого экономического с более дробными природными районами соседних геосистем и периферийная зона непересекающихся природных районов.

Такое функциональное разделение ПХР во многом отражает реальную ситуацию расположения природно-хозяйственных районов в пределах двух, а иногда и большего количества природных районов. Данный подход позволяет более строго сопоставить единицы экономического районирования, а также и административно-территориального деления с природным и с природно-ресурсным. Кроме того, рассмотренный подход позволяет охватывать и характеризовать зоны (входящие в состав одноранговой соседней геосистемы другого типа), возникающие по внешним границам природно-хозяйственных районов. Как правило, они испытывают достаточно сильное антропогенное воздействие. Здесь уместно сравнение таких периферийных зон с понятием экотона, широко применяемым в физической географии, а в последнее время и в землепользовании [Кочуров, Иванов, 1992].

Близкий подход к выделению природно-ресурсных районов на дробном уровне был применен ранее [Максимова, 1999]. Для этих целей использовалось сопоставление сеток административного и ландшафтного районирования. Н. Н. Максимова полагает, что образованные в результате такого выделения природно-хозяйственные районы являются структурными частями более сложных социально-экономических систем административных районов. Поскольку выделенные ею природнохозяйственные подрайоны в пределах административных районов пересекают границы последних, остается непонятным, что принимать за границу природно-хозяйственного района. С нашей точки зрения, не до конца решенным остался и вопрос о территориальной целостности выделяемых ПХР. По мнению Н. Н. Максимовой, решение проблемы территориальной целостности связано с объединением ряда ПХР в составе отдельных более крупных эколого-экономических районов.

Территориальные взаимоотношения между природным и экономическим районированием с целью выделения интегральных приграничных и международных трансграничных территорий рассмотрены нами на примере Приморского края и прилегающей территории провинции Хэйлунцзян (округа Цзиси и Муданцзян).

В пределах Приморского края на территориях, прилегающих к государственной границе с Китаем, выделяются три дробных экономических района – Южно-Приморский, Ханкайский и Средне-Уссурийский [Планово-экономический атлас…, 1989].

Основой хозяйственной специализации Ханкайского экономического района являются агропромышленное производство, разработка угольных месторождений, стройиндустрия. Специализация Южно-Приморского экономического района связана с рыбной промышленностью, морским транспортом, судоремонтом, рекреационной деятельностью. Электроэнергетика, рекреация, деревообработка характерны для Средне-Уссурийского экономического района.

На китайской территории приграничными с Приморским краем являются три административных округа провинции Хэйлунцзян – Муданцзян, Цзиси и Шуаньяшань и корейский национальный округ Яньбень провинции Цзилинь. В КНР не принято делить территории провинции на отдельные экономические районы. Однако все перечисленные административные округа имеют свою достаточно выраженную хозяйственную специализацию. Так, в округе Цзиси развивается агропромышленное производство, рыбное хозяйство, добыча угля, стройиндустрия. Округ Шуаньяшань специализируется на лесном и агропромышленном производстве, округ Муданцзян – на лесном и в меньшей мере на агропромышленном хозяйстве, машиностроении, золотодобыче, торговопосреднической деятельности. Хозяйственная специализация округа Яньбень связана с лесозаготовками, агропромышленным производством, торгово-посреднической деятельностью. Исходя из экономического районирования, проведенного на российской территории, можно с известной долей условности принять отмеченные выше административные округа на китайской территории в качестве отдельных экономических районов.

Ранее [Ganzei, Mishina, 2002; Ганзей, 2004] на этой же территории были выделены трансграничные геосистемы ранга физико-географической провинции: Приморско-Лаоелинская, Уссури-Ханкайская, Бикино– Вандашаньская.

Наиболее простым примером пространственного соотношения границ природного и экономического районирований является Уссури-Ханкайская трансграничная геосистема и система трех экономических районов – Ханкайского, Средне-Уссурийского и Цзиси (рис. 10.2). В пределах Ханкайского экономического района на российской территории расположены части двух физико-географических провинций – Уссури-Ханкайской и Приморско-Лаоелинской. Причем на российской территории два экономических района – Ханкайский и Средне-Уссурийский, а на китайской – экономический район Цзиси полностью располагаются в пределах Уссури-Ханкайской геосистемы.


Рис. 10.2. Ханкайский трансграничный природно-хозяйственный район.

Наложение двух сеток районирования (природного и экономического) в пределах приграничных территорий России и КНР позволяет выделить трансграничную природно-хозяйственную территорию, состоящую из ядерной и периферийной зон. Основная хозяйственная специализация ядра связана с агропромышленным производством, рыбным хозяйством, угледобычей, которые формирует и специфический круг экологических проблем. Вокруг ядра в границах экономических районов образуется периферийная зона, хозяйственная специализация которой в данном случае связана с лесопромышленным и агропромышленном производством. В физико-географическом отношении эта переходная зона представлена отдельными физико-географическими округами (районами) с низкогорными хвойно-лиственными лесами на бурых лесных оподзоленных и бурых почвах. Внешние (по отношению к ядру) границы физико-географических округов не всегда совпадают с границами экономических районов, а пересекают их, образуя переходную зону.

Таким образом, ядерная зона пространственного совмещения трансграничной геосистемы и трансграничного сочетания экономических районов, состоящего из трех приграничных экономических районов, формирует центральную часть природно-хозяйственного района, которая отражает его основную хозяйственную специализацию. В качестве границ международной трансграничной территории принимается внешняя граница периферийной зоны. Такой подход позволяет рассматривать трансграничную территорию как сложную природно-общественно-территориальную систему, обладающую определенной природной и территориальной целостностью. В этой связи международная трансграничная территория характеризуется как открытая система с ядром, определяющим специфику территории, и периферийными зонами, в которых отражается, с одной стороны, влияние соседних природных районов, а с другой – специфика зоны пересечения российского природно-хозяйственного района с соседним китайским. Государственная граница делит данную трансграничную территорию на две приграничные, имеющие сходную территориальную композицию.

Таким образом, основное внимание при экономико-географических исследованиях и оценках приграничных административных единиц сопредельных стран уделяется анализу социально-экономических характеристик в рамках отдельных краев, областей и административных районов, с одной стороны, и провинций, округов и уездов – с другой. При физико-географических исследованиях и оценках объектом изучения являются трансграничные природные геосистемы. Эколого-географические оценки связаны с выделением и рассмотрением международной трансграничной территории как сочетания пересекающихся природнохозяйственных районов, формируемых взаимодействием трансграничных геосистем и экономических районов двух стран.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 1.278. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
Вверх Вниз