Книга: Каждой твари – по паре: Секс ради выживания

* * *

<<< Назад
Вперед >>>

* * *

Доктор Татьяна, здравствуйте!

Меня зовут Род. Я клоп, Xylocoris maculipennis. Я читал, что если я займусь сексом с моим приятелем Фергюсом, то когда он в следующий раз отправится в постель с Самантой, он передаст ей мою сперму. Неужели это правда?

Постельный вредитель

Во-первых, ты – не настоящий клоп, а клоп-хищнец, его близкий родственник. Нет смысла выдавать себя за другого. Что касается твоего вопроса, сдается мне, что ты читал слишком много фривольных французских книжонок (хотя, если честно, я тоже читала эту чепуху). Ты полагаешь, что поскольку твой член устроен подобно игле для подкожных инъекций и такие виды, как ваш, вводят его через кожу прямо в тело партнера, то сперма, впрыснутая тобой в другого самца, проникнет через его тело и осядет в половых железах. Звучит потрясающе, но эта идея всегда казалась, как говорят журналисты, «слишком хороша, чтобы ее проверять». Краткий ответ – да, это возможно, но маловероятно.

У меня есть две причины для скепсиса – одна практическая, другая теоретическая. На практическом уровне эта идея весьма уязвима, поскольку основана на недостаточном количестве экспериментального материала, к тому же эксперименты никогда не проводились на особях вашего вида. Более того, эксперименты на родственных вам европейских клопах не подтвердили факта, что самцы вводят друг другу сперму. С теоретической же точки зрения описываемое тобой положение было бы крайне нестабильным: самец, который мог бы сопротивляться роли спермокурьера, имел бы огромное эволюционное преимущество перед остальными, и ген сопротивляемости очень быстро распространился бы по популяции. Именно так произошло с асцидиями Botryllus schlosseri.

Это существо проходит циклы как полового, так и бесполого размножения. Асцидии живут колониями на скалах и рифах. Они похожи на маленькие бочонки, увенчанные двумя сифонами. В колонии асцидий эти бочонки впечатаны в желеобразную матрицу. Глядя на взрослую особь, вы никогда бы не подумали, что это существо – животное, причем близкий родственник позвоночных. Об этом можно догадаться, лишь глядя на личинок, похожих на упрощенную версию головастиков. Когда личинка попадает на новую скалу, она преобразуется во взрослую асцидию и начинает бесполое размножение, формируя колонию генетически идентичных особей, связанных общей системой кровообращения.

Разрастаясь, соседние колонии могут сталкиваться друг с другом. В этом случае у них есть выбор: они могут либо объединиться, составив одну большую колонию, либо оттолкнуть друг друга, установив физический барьер – линию на песке, которую ни одна колония не имеет права переходить. Если колонии все же решат слиться воедино, может произойти нечто ужасное: половые клетки членов одной колонии могут проникнуть через общую кровеносную систему и оказаться в половых железах членов другой колонии. Это настоящее враждебное поглощение: когда приходит время сексуальной репродукции, членам проигравшей колонии приходится производить яйцеклетки и сперму, содержащие чужие для них гены. Предсказуемым образом это привело к созданию эволюционного механизма, защищающего половые клетки от захвата. Botryllus очень внимательно подходят к выбору колонии-партнера: произойдет ли слияние, будет зависеть от целого комплекса условий, гарантирующих близкое генетическое соответствие двух колоний. Слияние происходит лишь в случае, когда у обеих групп обнаруживаются сходные гены, иными словами, они находятся в близком родстве. Однако у клопов-хищнецов, как и у обычных клопов, ученые пока не засвидетельствовали подобных попыток пиратского захвата чужих семенных желез – я уверена, просто потому, что ничего подобного не происходит.

Однако самцы некоторых видов используют другой, не менее надежный способ устранения конкурентов, превращая их в импотентов. Подобной мерзостью занимается как минимум один вид скребней – славный Moniliformis dubius, гроза тараканов и крыс. Малютки-черви живут в кишках у тараканов; когда таракана съедает крыса, черви растут и размножаются в ее кишечнике. Не слишком романтично, но такова жизнь. Проблема этого вида в том, что женские особи созревают одновременно, а такая ситуация, как вы уже знаете, провоцирует беспощадные самцовые бои. Однако у этого вида они происходят не в форме настоящего боя, а в виде диверсий – черви выводят противников из строя, «цементируя» их. Переспав с самкой, самец запечатывает ее гениталии «поясом верности» из некоего подобия цемента. Однако, как выяснилось, самцы не брезгуют цементировать также и друг друга: залепив гениталии партнера, червь лишает того способности размножаться. Происходит ли это потому, что скребни не в состоянии отличить самца от самки? Возможно. Однако существуют некоторые доводы, доказывающие, что, запечатывая самца, другой самец не передает ему сперму, так что, возможно, цель состоит именно в том, чтобы сделать соперника импотентом.

Стремлением лишить конкурента способности к размножению ученые объясняют и некоторые странности в поведении других видов. К примеру, у самок африканских мышиных клопов – крупных клопов, питающихся кровью летучих мышей, – гениталии включают необычный орган-семяприемник на животе. Этот орган полностью отделен от места, где оплодотворяются яйца. Еще забавнее то, что подобный орган есть и у самцов. Существует версия, что они используют его, чтобы одурачить соперников: те впрыскивают туда сперму, и тем самым их попытка к размножению пропадает впустую. Однако в подобном случае любой самец, умеющий отличить самца от самки, сразу получил бы значительное эволюционное преимущество, так что я бы очень удивилась, узнав, что это – действительная причина существования подобного органа.

Полагаю, что подобные диверсионные тактики эволюционируют в тех случаях, когда самцы не впрыскивают сперму непосредственно, а упаковывают ее в специальную посылку (сперматофор), которую оставляют в ареале обитания самок в надежде, что какая-нибудь из них пройдет мимо, или уговорами пытаются убедить даму принять этот подарок. У некоторых видов самцы растаптывают или съедают каждый найденный ими сперматофор, у других – укладывают собственную посылку поверх других, возводя своего рода сталагмиты из спермы. А кое-где самцы ухитряются вклиниться между двумя совокупляющимися особями непосредственно перед выбросом спермы. Аппалачская саламандра – амфибия, похожая на ящерицу, – классический пример третьего случая. В процессе ухаживания самец и самка ящерицы исполняют особый танец, во время которого он ведет партнершу, ковыляющую за ним по пятам, расставив ноги, пока он не выбросит сперматофор. Однако время от времени между партнерами вклинивается второй самец. Он тащится за первым, изображая самку, и когда обманутый простофиля выбрасывает сперматофор, хитрец уходит с подружкой, тогда как безутешный неудачник вынужден ждать несколько дней, пока будет готов новый сперматофор. Однако возможно, иорданские саламандры глуповаты или же риск подобного происшествия не слишком высок – так или иначе, самцы по большей части не оглядываются через плечо во время секса.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 0.262. Запросов К БД/Cache: 0 / 0
Вверх Вниз