Книга: Каждой твари – по паре: Секс ради выживания

1. Взгляд на поле битвы

<<< Назад
Вперед >>>

1. Взгляд на поле битвы

Парни склонны к неверности, а девушки честны и непорочны, так? Неверно. Битва полов у большинства видов происходит из-за распущенности самок.

Здравствуйте, доктор Татьяна!

Меня зовут Твигги, я – насекомое палочник. Мне очень неудобно писать Вам во время секса, но мой партнер не слезает с меня уже десять недель. Я ужасно устала, но он, кажется, даже не собирается отдыхать. Он говорит, это потому, что он безумно любит меня, а я думаю, это из-за того, что он просто безумный. Как мне заставить его закончить процесс?

Уставшая от секса из Индии

Кто бы подумал, что примитивный палочник – один из самых неутомимых любовников в мире? Десять недель! Я понимаю, почему вы устали. Твигги, ваши подозрения отчасти справедливы. Ваш любовник действительно потерял голову – но не от любви, а от ревности. Занимаясь сексом без передышки, он может быть спокоен: ведь другой партнер не сможет приблизиться к вам. Хорошо еще, что он вдвое короче вас, так что весит немного и не доставляет вам слишком больших неудобств.

Необычен ли ваш случай? Конечно, он экстремален, но все же не уникален. У многих видов самцы испытывают мощнейшее чувство собственности по отношению к своим партнершам. Посмотрите хотя бы на бурундуков из Айдахо, редких животных, которые встречаются лишь – вот сюрприз! – в Айдахо. Самцы не позволяют партнершам исчезать из поля их зрения, сопровождая их повсюду. Когда она забирается в нору, он садится у входа, не позволяя ей выйти, а кому-то другому – войти. Более того, он вступает в схватку с любым самцом, которому случится оказаться поблизости. Или возьмем, к примеру, кобальтового молочайного листоеда. После секса – который, как у большинства насекомых, длится недолго, не больше 10 минут, – он некоторое время катается на спине самки, но не для того, чтобы шептать ей ласковые глупости, а чтобы удержать ее от флирта с другими.

Честно говоря, у мужчин есть серьезные причины для ревности. При малейшей возможности женщины большинства видов готовы прыгнуть в постель с другим. «Но постойте! – возопите вы. – Ведь именно мужчины склонны скакать по постелям, а женщины, напротив, предпочитают верность и целомудренность – разве это не всеобщий закон природы?» Действительно, так принято считать. Но сегодня мы понимаем: это утверждение – полная ерунда.

Первым, кто придал этой глупости научный статус, стал человек по имени Э. Дж. Бейтман. В 1948 году он опубликовал в журнале Heredity статью, в которой утверждал: мужчины созданы, чтобы заниматься сексом, а женщины – чтобы рожать детей. Его вывод основывался на результатах экспериментов, которые он проводил с плодовыми мушками – дрозофилами (Drosophila melanogaster). Это такие мелкие мушки, которые кружат вокруг ваз со спелыми фруктами и бокалов с вином; их ни в коем случае не следует путать с большими домашними мухами, которые предпочитают экскременты и всякую дрянь. Дрозофилы гордятся тем, что их род насчитывает примерно две тысячи разновидностей, из которых только на Гавайях обитает более четырех сотен. О большинстве из них мало что известно. Однако Drosophila melanogaster – настоящая любимица генетиков и наряду с червем, мышью и человеком является одним из самых изученных организмов на Земле.

Помещая равное число мушиных особей мужского и женского пола в небольшие закрытые бутылки на три-четыре дня, Бейтман заметил, что самцы стремятся спариваться как можно чаще, пылко помахивая крыльями каждой даме, обращающей на них внимание. Если дама не оставалась равнодушной, самец приступал к ухаживаниям: он облизывал ее гениталии, после чего, нежно расправив партнерше крылышки, взгромождался на нее. Однако в большинстве случаев самцов ожидало разочарование. Как обнаружил Бейтман, самки готовы были принимать ухаживания не более чем от одного или двух претендентов. Это наблюдение соответствовало другому отмеченному Бейтманом факту: в то время как самцы оставляли тем больше потомства, чем с большим числом самок они вступали в половую связь, на самок это правило не распространялось.

Полученные результаты Бейтман объяснил тем, что считал краеугольным различием между полами: по его мнению, мужчины производят бесчисленное количество мелких малоценных сперматозоидов, тогда как самки откладывают крупные яйца, каждое из которых – на вес золота. Кроме того, отмечал он, самки многих видов способны сохранять сперматозоиды в течение многих дней, месяцев, а иногда и лет, и, таким образом, сперма, полученная в результате одного полового акта, способна, в принципе, храниться всю жизнь. Соответственно, утверждает Бейтман, один самец может с легкостью оплодотворить все яйца, производимые множеством самок. Таким образом, продолжает он, самки в своей репродуктивной функции ограничены скоростью созревания яиц, тогда как самцы – лишь числом самок, которых они могут найти и охмурить. И поэтому, торжественно заключает он, самцы (в том числе у людей) от природы склонны к промискуитету, тогда как самки (в том числе у людей) от природы верны и непорочны. И во всех случаях, разве что за исключением совершенно необычного стечения обстоятельств, идея спариваться чаще, чем необходимо, будет вызывать у них равнодушие или даже враждебность. С этой точки зрения, Твигги, поведение твоего партнера странно и необъяснимо: ему уже давно следовало спрыгнуть с тебя и отправиться соблазнять других самок-палочников вместо того, чтобы бесконечно мучить тебя.

Тем не менее принцип «мужчины – развратники, женщины – святые», больше известный под нейтральным названием «принцип Бейтмана», очень быстро приобрел популярность. Его восхваляли главы семейств и поднимали на щит феминистки. Ученые расширяли и углубляли его, находя все новые причины – от риска подцепить венерическую болезнь до опасности оказаться жертвой хищника во время полового акта, – объясняющие, почему самки стремятся свести сексуальную активность к минимуму. Действительно, у некоторых видов (к примеру, у люцерновых пчел-листорезов) самки спариваются лишь один раз в жизни. В то же время у других видов самцы скачут от одной партнерши к другой с необыкновенной легкостью и готовы спариваться со всем, что движется: не одна золотая рыбка погибла, будучи придавленной любвеобильным самцом лягушки. Но считать это всеобщим правилом? Увольте!

У принципа Бейтмана есть один фундаментальный недостаток: он неверен. У большинства видов самки, скорее, распутницы, чем святые. Вместо того чтобы раз и навсегда соединиться с одним партнером, они предпочтут вступать в связь со множеством самцов, которых чаще всего оказывается гораздо, гораздо больше, чем требуется для простого оплодотворения яиц.

Почему же ошибся Бейтман? Тому есть две причины. Первая – каприз судьбы. Как я уже заметила, Drosophila melanogaster была и остается самой часто исследуемой фруктовой мушкой. Самки этого вида, действительно, не обладают особым сексуальным аппетитом, предпочитая спариваться примерно раз в неделю. Однако у других представителей рода Drosophila результаты оказались бы совершенно иными: к примеру, Drosophila hydei занимается сексом по несколько раз за утро. Но даже у melanogaster самки не столь непорочны, как предполагал Бейтман. Проблема заключалась в том – и это было второй причиной ошибки, – что эксперимент был недостаточно продолжительным. Теперь уже известно, что, продлись он хотя бы неделей дольше, и Бейтман обнаружил бы, что к самкам Drosophila melanogaster возвращается сексуальный аппетит, а также что те из них, кто вступал в связь лишь однажды, имели меньше детей, чем их более сексуально раскрепощенные сестры.

Почему же на то, чтобы обнаружить нелогичность теории Бейтмана, ушло больше тридцати лет? Отчасти потому, что его логика казалась разумной. Более того, наблюдения, казалось, подтверждали его выводы. Тысячи часов, которые специалисты проводили, наблюдая за жизнью птиц и млекопитающих, не давали повода предположить, что самки часто изменяют своим партнерам. Однако и это еще не все. Даже когда ученые стали замечать, что у некоторых видов – особенно у насекомых – самки часто вступают в связь на стороне, они не сразу сумели полностью осознать эту информацию. Они полагали, что, если «дамы» занимаются сексом чаще, чем предполагалось, значит, это неправильные самки либо их просто сбили с истинного пути похотливые самцы, однако не желали признавать, что самки ищут в сексе чего-то большего, чем просто оплодотворение.

1980-е годы ознаменовались появлением сложных генетических методов исследований, позволивших биологам определять истинных родителей родившихся детей. Тут же они сделали поразительное открытие, о котором никто даже не догадывался, а именно: у самых разных живых существ – от палочников до шимпанзе – самки никак не могут похвастаться верностью.

За этим открытием последовало другое, ничуть не менее удивительное: у подавляющего большинства видов неистовая тяга самок к беспорядочному сексу совершенно осмысленна и разумна. Самки получают от этого вполне ощутимую пользу. В моих записях можно найти множество примеров. Вот хотя бы несколько из них. Крольчихи и луговые собачки Ганнисона демонстрируют более высокий уровень оплодотворения, если в период течки спариваются с несколькими партнерами. Дюнные ящерицы откладывают тем больше яиц, чем больше у них было партнеров. У самки губана-чистильщика – блеклой рыбки, обитающей на коралловых рифах, больше икринок окажутся оплодотворенными, если она приступит к икрометанию в толпе любовников, нежели оставаясь с одним-единственным партнером.

Эти открытия привели к переоценке поведения представителей мужского и женского пола, которая до сих пор продолжается. Но один вывод неизбежен. Когда самка спаривается более чем с одним партнером, в спальню хозяйским шагом заходит война, и бесенята раздора радостно пляшут на ложе страсти.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 1.494. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
Вверх Вниз