Книга: Забытые опылители

ВСПОМИНАЕТ СТИВ:

<<< Назад
Вперед >>>

ВСПОМИНАЕТ СТИВ:

Я снова был в дороге, на сей раз направляясь к «небесному острову» – горам Чирикауа близ границы Нью-Мексико и Аризоны. Я проезжал милю за милей и миновал яблоневые посадки ряд за рядом – Ред и Голден Делишес, Джонатан, Фуджи и Гренни Смит – пока не вырвался на вспаханную, но ещё не засаженную территорию площадью почти 200 акров. В середине её стояла огромная оранжерея, внутри которой было заключено видение того, как станет выглядеть в будущем управляемое опыление многих продовольственных культур.

Никогда раньше я не видел такого сооружения, одетого в стекло. Я с изумлением прикинул длину оранжереи, которая в одиночку занимала 10 акров – в три раза больше размеров известного нью-эйджевского туристического аттракциона в Южной Аризоне, известного как «Биосфера II». Стекло странно искажало небо вокруг и над ней в долине Элфрида – в одном из последних оплотов богарного земледелия Аризоны, распространённого ранее в этом столетии. Там, где когда-то росли приспособленные к жизни в пустыне аборигенные бобы тепари, земля и ископаемые грунтовые воды в её толще в настоящее время считаются слишком дорогими, чтобы оправдывать возделывание зависящих от дождей основных продовольственных культур. Внутри тепличной постройки был мир гибридных помидоров и мохнатых чёрно-жёлтых шмелей.

После того, как я припарковался, в дверях общего отдела меня встретил охранник, который сразу же позвонил резидент-менеджеру «Ферм Бонита». Менеджер помнил меня, поскольку я согласовал свой визит заранее за несколько месяцев. Никаким представителям конкурирующего агробизнеса, никому из торговых палат, никому из «Будущих фермеров Америки» не был разрешён доступ в эту высокотехнологичную, управляемую компьютерами фабрику томатов. Проверок службы безопасности было множество. Тем не менее, я был благодарен им за то, что они позволили мне посетить это впечатляющее сооружение. Самая близкая технология такого типа существует лишь в Нидерландах и в нескольких других европейских странах. Потому, в некотором смысле, это напоминало прогулку по голландской оранжерее.

А затем началась экскурсия. Фабрика, рассказывали они, эффективно захватывают солнечную энергию, но должна, тем не менее, использовать ископаемое топливо, чтобы контролировать микросреду путём охлаждения и нагревания. Было такое ощущение, словно мы прогуливались по лёгким и кровеносной системе внушительных размеров роботрона. Десятки миллионов долларов рискового капитала уже были вложены в развитие этого предприятия. Но это были жалкие крохи по сравнению с тем, сколько будет стоить запустить систему, когда она дойдёт до своего логического завершения. Корпорация планировала занимать теплицами ещё по 10 акров земли каждый год, пока все 200 акров распаханной земли, окружающей уже существующую постройку, не станут одной обширной контролируемой микросредой.

– А где же почва? – пробормотал я, немного смущённый. Менеджер указал на белые пластмассовые кирпичи, из которых вырастало каждое растение томата. Ни один из них не был заполнен хорошей землёй долины Элфрида. Вместо этого в них находились минеральная вата, датчики и выпускные трубки. По запросу – и под контролем датчиков водного стресса – производились автоматический полив и удобрение.

Я взглянул вниз на его ноги рядом с какими-то тонкими белыми трубками и вновь почесал в затылке. По этим трубопроводам, сказал он мне, перегоняется горячая вода для поддержания во всей оранжерее оптимальных температур для быстрого роста растений и созревания томатов. Эти же самые белые трубки разветвлялись, словно контактные провода для электрических вагонеток, которые перевозили «работников фермы» между рядами, где они подрезали и подвязывали растения на разных стадиях роста, а также собирали урожай. Местные испаноговорящие жители, которые преобладали среди немногочисленных работников, считали томатную фабрику гораздо более прибыльной и значительно более организованной, чем «грязная» работа в поле во времена их юности.

В сущности, в этом месте людям нужно было выполнять лишь совсем немногие задачи. Над их головами были не безоблачные небеса, а электрические кабели, мигающие огоньки и панели дисплеев, подключённые к электронным станциям сбора данных. Эти станции отправляли данные о температуре, влажности и питании на централизованные компьютеры, которые контролировали общие условия и определяли время доставки контролируемых веществ к каждому из растений.

Я разглядывал передовой край европейской системы проектирования теплиц, перенесённый на американскую почву, и едва знал, что сказать. Менеджер весьма гордился средой, где отсутствовали сорняки, поскольку это подразумевало, что его помидоры можно было вырастить в среде без гербицидов. Фактически же отсутствие сорняков также подавляло присутствие немногочисленных насекомых-вредителей, которые, случалось, залетали в теплицу, и потому не требовалось вообще никаких химических инсектицидов – биологические агенты контроля сдерживали развитие этих немногих заблудившихся бродяг.

Всё это было очень хорошо, и даже прекрасно, поскольку предприятие полагалось на услуги по опылению, оказываемые чувствительными к пестицидам шмелями, чтобы выращивать крупные помидоры, лишённые разного рода дефектов. Менеджер похвалился тем, что помидоры, фактически, выращены как «органический продукт». И мне пришлось спросить себя о том, можно ли считать минеральную вату, пластиковые капельницы и микродатчики органическими материалами.

Наконец, я попросил взглянуть на шмелей – это была реальная причина, по которой я хотел посетить «Фермы Бонита». Мне очень повезло: в Тусон только что прибыл воздушным транспортом груз колоний Bombus occidentalis. Партию уже привезли на ферму, так что у меня будет неплохая возможность увидеть их в действии. Эти шмели были закуплены в соответствии с ежемесячным планом обслуживания на торговом предприятии в центральной Калифорнии, связанном с транснациональной корпорацией с центром в Нидерландах. Колонии были взяты в аренду исходя из их способности по опылению определённого «объёма» тепличных помидоров. Шмели были выращены в полной изоляции от настоящих диких шмелей, в соответствии со строгими гигиеническими стандартами, с использованием самых последних высокотехнологичных методов работы в инсектарии.

Я увидел, что каждая колония шмелей сидела на платформе на высоте целых 6 футов над широкой центральной бетонной дорожкой: живая святыня среди всех этих проводов, стекла и пластика. Коробки были украшены чёрно-жёлтой торговой маркой “Natupol” и одобрением принадлежащей голландцам “Koppert Biological Systems” – транснациональной корпорации, которой принадлежит значительная часть заслуг в области технологического прогресса в размножении и выращивании шмелей на протяжении последнего десятилетия бурного роста этой главным образом европейской отрасли промышленности.

Во время моего первого посещения теплиц «Бониты» мне советовали не рисковать и не подходить слишком близко к жилищам насекомых, не говоря уже о том, чтобы заглядывать внутрь них. Однако прошли годы, и служба безопасности несколько расслабилась, поскольку «секреты», связанные с ярко раскрашенными чёрно-жёлто-белыми коробками, теперь стали известны значительно шире. Колонии Bombus недавно были проданы частным лицам, не имеющим отношения к корпоративной семье “Natupol”. Пчела вылетела из мешка, так сказать.

Чтобы получить доступ в мир контролируемых шмелей, достаточно с лёгкостью вынуть заглушку из круглого отверстия гнездового ящика. Красочная внешняя упаковка скрывала просто несколько хитроумно отлитых из пенополистирола стенок, слой внутреннего пластикового покрытия, дренаж и пластмассовую гравитационную поилку с сахарной водой, заимствованную в промышленном птицеводстве. Над ульем находился прозрачный полиэтиленовый пакет, почти идентичный тем, что используются в больницах для хранения человеческой плазмы крови для внутривенных вливаний. Здесь же внутри него была не кровь, а раствор искусственного нектара янтарного цвета, известного на «Фермах Бонита» и у других пользователей просто как «Пчелиное счастье». Но что бы ни было намешано в этом секретном рецепте, разработанном голландскими мастерами, он работал. Шмелям, похоже, явно нравилось лизать этот похожий на нектар эликсир в безопасности своих колоний. В этой лишённой нектара среде оранжереи обеспечение шмелей «Пчелиным счастьем» было совершенно необходимо, если они должны были опылять тысячи гибридных помидоров вокруг себя.

Подобно многим растениям, которые требуют звукового воздействия пчёл – растениям, среди которых голубика, клюква, баклажаны и киви – помидоры производят питательную пыльцу, однако не дают ни капли нектара. Цветки помидоров и многих из их паслёновых родственников могут завязывать некоторое количество плодов за счёт самоопыления, но они оказываются гораздо более плодоносными и производят плоды правильной формы и более высокого качества, когда к ним применено воздействие звуком или вибрационное опыление некоторых пчёл, исполняющих особый «вертящийся танец» на этих жёлтых и зёленых звёздчатых цветках. Но пчёлы, получающие пыльцу при вибрационной обработке цветков, должны либо иметь доступ к другим цветам, являющимся источником нектара, либо их следует подпитывать заменителем нектара. Владельцы высокотехнологичных пчелиных ранчо более чем готовы потчевать свой крохотный скот «Пчелиным счастьем» в обмен на услуги, которые те предоставляют.

Ранним утром среди пяти жёлтых лепестков раскрытого цветка показывается вздутый центральный конус пыльников, в котором созрела пыльца кремового цвета. Любой шмель, который случайно находит этот полезный груз, точно знает, что нужно делать, чтобы его получить. Хотя цветки томата совершенно лишены выраженного аромата, контрастные краски только что раскрывшихся цветков приманивают пчёл достаточно близко, чтобы они смогли определить, есть ли ещё здесь запас пыльцы.

Если вы сосредоточите внимание на цветах одного растения, то сперва услышите низкий гул от взмахов крыльев, а затем увидите, как крупный рабочий шмель садится на группу ещё не опылённых цветков томата. Выбрав один из них, он крепко захватывает его жвалами и ногами, а затем сильно изгибает своё брюшко в форме буквы «С» вокруг ярко-жёлтого конуса пыльников. Внезапно очертания его тела становятся размытыми из-за быстрых движений. Сразу же следует дрожь средней части его тела –грудные мускулы способны производить сильные сокращения – и пока его тело дрожит, можно расслышать мягкое пульсирующее гудение. Вы распознаете звуки, близкие к ноте до второй октавы – 512 циклов в секунду – когда видите, как он дрожит, сидя верхом на цветке томата.

Эти колебания достаточно хорошо подходят для того, чтобы заставить пыльцевые зёрна бешено танцевать внутри каждого полого пыльника в конусе. Вначале они лишь трясутся внутри пыльника, иногда сталкиваясь друг с другом. Затем, когда дрожь шмеля усиливается, пыльца оказывается взбаламученной настолько сильно, что начинает бурлить и рваться наружу через щели в кончиках пыльников, словно жидкий раствор. Когда рабочая особь шмеля вращается по кругу, прикладывая ещё больше усилий, пыльца взлетает перед ней плотным облаком. Тысячи пыльцевых зёрен вылетят наружу и прицепятся к нижней стороне её волосатой груди и брюшка. Через несколько секунд шмель прекращает гудеть, ослабляет хватку, снова прицепляется к цветку, а затем начинает жужжать во второй раз. Рабочая особь будет вновь и вновь повторять это поведение всего лишь в нескольких дюймах от вашего лица. Исполненная намерений собрать большой груз пыльцы, чтобы помочь прокормить колонию, она исполнит сотни таких сопровождаемых жужжанием оборотов, прежде чем её «пыльцевые корзиночки» наполнятся пыльцой.

А сейчас вы начинаете наблюдать за другой рабочей особью шмеля, сделавшей паузу между вылетами за кормом. Вися на тарзальных коготках одной из ног, она совершает быстрые чистящие движения другими своими ногами – это требует хорошего чувства равновесия. Всё её тело опудрено лёгким дождиком пыльцы, поэтому она решила поскрести тело и смести пыльцу в пыльцевые корзиночки на задних ногах, чтобы легче было нести её, возвращаясь в гнездо. Поскольку такие паузы для ухода за собой делают сразу многие шмели, этим утром цветы томата должны были просто взрываться от пыльцы.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 0.487. Запросов К БД/Cache: 0 / 0
Вверх Вниз