Книга: Забытые опылители

ПРЕДИСЛОВИЕ

<<< Назад
Вперед >>>

ПРЕДИСЛОВИЕ

По следам я отыскала отца, который отошёл недалеко от сада и сидел, привалившись к стволу дерева. В пальцах он осторожно сжимал существо, похожее на осу и всё ещё живое. Оно было размером с мою ладонь, и у него был жёлтый узор в виде цифры «8» на обоих прозрачных крыльях – настолько отчётливый, что казалось, будто его нарисовал там какой-то старательный школьник или Бог. Отец выглядел так, словно перед ним только что разверзлись небеса.

Он сказал мне:

– Опылителей больше нет.

– Что?

– Здесь нет насекомых, способных опылять сад. Посмотри на эту штуковину. Как она смогла бы узнать, что нужно делать с фасолью «Чудо Кентукки»?

Я не могла понять, прав он был, или неправ. Я имела лишь слабое представление об опылении. Я знала, что большей частью его производили трудолюбивые пчёлы.

– Думаю, мы должны были принести с собой ещё и нескольких пчёл в карманах.

Он посмотрел на меня так, словно я была его очень большим новорождённым ребёнком, словно он ужасно любил меня, но мир уже никогда не будет тем, на что надеялся каждый из нас.

– Рэй Энн, дорогая моя, – сказал он, – Ты не сможешь просто принести пчёл. Тебе пришлось бы принести сюда с собой ещё и весь мир, а для него тут просто нет места.

– Я знаю.

Барбара КингсолверТУСОН, АРИЗОНА

Великие истины иногда настолько плотно окружают нас и бывают настолько явными, что оказываются незаметными. Одна из них – господство на суше цветковых растений и насекомых. Не говоря уже об их ошеломляющей биомассе, к настоящему времени биологами были описаны почти четверть миллиона видов растений и три четверти миллиона видов насекомых, что в сумме составляет целых две трети всех видов живых организмов, о существовании которых на планете нам известно. Другие наземные и пресноводные группы живых существ, от простейших до позвоночных, выглядят крайне бледно в сравнении с ними.

Совместное господство этих двух крупных групп – вовсе не случайность. Это результат коэволюции – процесса в рамках естественного отбора, в ходе которого виды приспосабливаются друг к другу и таким образом строят продуктивные экосистемы. Взаимодействие между растениями и насекомыми продолжалось очень долгое время. Оно началось более 100 миллионов лет назад, вместе с возникновением цветковых растений, и укрепилось вместе с их господством в мировой флоре в течение раннего кайнозоя, примерно 40 миллионов лет спустя. Многое в их коэволюции было мутуалистическим: виды, а чаще целые комплексы видов образовывали прочное неразрывное партнёрство со своими союзниками-насекомыми. Такие отношения, взятые в более широком смысле, находятся в числе основных тем экологии. Например, муравьи, которые являются одними из самых многочисленных насекомых, распространяют семена растений, защищают их от травоядных и обогащают почву, в которой они растут. Насекомые-детритофаги вроде термитов и древогрызущих жуков преобразуют мёртвую растительность в питательные вещества, которые могут быть вновь полностью усвоены живыми растениями. И Стивен Бухманн и Гэри Набхан прямо напоминают нам и заставляют задуматься над тем фактом, что насекомые требуются для воспроизводства большинству цветковых растений.

Существует неразрывная цепочка причинно-следственных событий, которая тянется прямо к нашему собственному виду: если растениям, в том числе многим пищевым и кормовым культурам, как и представителям природной флоры, для существования нужны насекомые, то и людям для их существования тоже нужны насекомые. И не просто один или два вида насекомых вроде дружелюбных и привлекательных медоносных пчёл, а намного большее число видов насекомых, огромное количество видов. Причина этого состоит в том, что миллионы лет коэволюции тонко настроили отношения между теми или иными растениями и их особыми опылителями. Форма и окраска цветков, их аромат, расположение на стеблях, сезон цветения и дневной график выработки пыльцы и нектара, а также другие качества, которыми мы восхищаемся, но редко когда их понимаем, тонко приспособлены для привлечения конкретных видов насекомых, а эти специалисты, в свою очередь, будь то жуки, бабочки, пчёлы или какие-то другие группы, генетически приспособлены к тому, чтобы соответствовать определённым видам цветов. В меньшей степени то же самое справедливо для взаимодействия между растениями и видами птиц, летучих мышей и других позвоночных, зависящих от рациона, состоящего из пыльцы и нектара.

Природа, как мы понимаем, остаётся продуктивной и гибкой благодаря бесчисленным тысячам случаев такого партнёрства. Эти связи хрупки, о чём нам напоминают те печальные случаи, к которым обращаются Бухманн и Набхан – когда один из партнёров исчезает, другой, как минимум, оказывается под угрозой, а иногда и вовсе обречён, если оказывается, что он не приспособлен больше ни к какому другому партнёру. Ни одно явление в природе не иллюстрирует собою ярче тот принцип, согласно которому природоохранные меры должны распространяться на экосистемы, а не просто на отдельные виды. Если последний из видов опылителей, приспособленных к данному растению, уничтожен пестицидами или изменениями среды обитания, вскоре за ним последует и само растение. И когда те или иные популяции уменьшаются или исчезают, последствия этого передаются по оставшейся пищевой сети, ослабляя другие межвидовые отношения.

Те люди, которым нет дела до мира природы (надеюсь, что благодаря убеждению их число становится всё меньше), сделают полезное дело, если оценят последствия, которые несёт человечеству упадок сообществ опылителей. Восемьдесят процентов от общего числа видов пищевых растений во всём мире, по нашим данным, зависит от опыления животными, которые почти все являются насекомыми. Один из каждых трёх глотков пищи, которую мы едим, и напитков, которые мы пьём, попадает к нам на стол благодаря прямому или косвенному участию крылатого зверинца опылителей.

Получены удручающие данные о том, что численность диких опылителей снижается по всему миру. У многих из них уже произошло сокращение ареала. Некоторые уже серьёзно пострадали или столкнулись с неизбежным риском полного исчезновения. Их ряды редеют не только из-за сокращения площади местообитаний и других знакомых факторов оскудения среды, но также из-за разрушения хрупкой «биологической ткани» взаимоотношений, связывающих экосистемы воедино. Ради своей собственной пользы человечество должно проявить внимание к забытым опылителям и к бесчисленному множеству зависящих от них видов растений. В последующих главах Бухманн и Набхан приводят убедительный довод в пользу более целенаправленных исследований комплексов опылителей и пристального внимания к их статусу как неотъемлемой части планирования природоохранных мероприятий и экологической реставрации экосистем в будущем.

Эдвард О. Уилсон

МУЗЕЙ СРАВНИТЕЛЬНОЙ ЗООЛОГИИ

ГАРВАРДСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

<<< Назад
Вперед >>>
Оглавление статьи/книги

Генерация: 0.491. Запросов К БД/Cache: 0 / 2
Вверх Вниз