Книга: Ближе к воде [Удивительные факты о том, как вода может изменить вашу жизнь]

В воде и на ней: серфинг

<<< Назад
Вперед >>>

В воде и на ней: серфинг

Для серфера это не заканчивается никогда. Всегда есть волна, на которой ты мечтаешь прокатиться.

Келли Слейтер, чемпион по серферингу

На наших ежегодных конференциях, посвященных Голубому разуму, мы всегда говорим о серфинге. Вероятно, потому, что серферы демонстрируют эту идею ярче и нагляднее, чем кто-либо другой. Они буквально настраиваются на воду, привыкая часами внимательно наблюдать за ней и замечать малейшие изменения, выискивать мельчайшие указания на то, что следующая волна будет если не идеальной, то хотя бы подходящей для того, чтобы ее оседлать. Они находятся и в воде, и на ней. Они знают, что волна способна ударить их о берег, оцарапать тело песком, камнями или скалами, а также что им, возможно, придется бороться за свою жизнь, задыхаясь, прорываясь вверх сквозь толщу воды, к вожделенному воздуху, сражаясь с мощной вихревой энергией. И все же они с нетерпением ждут очередного шанса запрыгнуть на свою доску и совершить пятнадцати-, тридцати- или шестидесятисекундную бешеную гонку верхом на волне.

Недавно я занимался серфингом неподалеку от Санта-Крус в компании своего приятеля Вана Кураза. Ван — фанат черного кофе, альтруизма и волн, и во всех этих трех направлениях он один из лучших в мире специалистов. Ван увлекается серфингом с десяти лет. Он катался на огромных волнах у побережья центральной Калифорнии и одно время занимался серфингом профессионально. Его спонсировали ведущие мировые бренды, такие как O’Neill и Quicksilver. Ван признается, что изначально его привлекла «агрессивная, наполненная адреналином атмосфера» профессионального серфинга и образ жизни, часто ассоциируемый с такими вещами, как алкоголь, «травка», кокаин, рецептурные таблетки и амфетамины. Ван не употребляет ничего подобного с декабря 2002 года. Но раньше, когда принадлежал к серфинговой элите, он даже не задумывался над тем, что те участки мозга, которые формируют его пристрастие к этому занятию (и сформировавшиеся под его влиянием), способствуют и другим формам зависимости.

Исследователи Говард Филдз, о котором мы с вами уже упоминали, и Дэвид Зальд изучают нейрохимические механизмы наркомании и токсикомании. Они определили, как эти механизмы работают в серфинге. «Наркомания возникает, когда дофаминовые рецепторы и прилежащее ядро (так называемый центр „удовольствия“ в человеческом мозге) стимулируются определенными действиями… а мозг вычисляет их ценность для оптимизации будущего выбора», — пишет Филдз. Как вы помните, выброс дофамина происходит вследствие переживания нового опыта, риска, желания и целенаправленных усилий. Кроме того, это ключевой механизм, с помощью которого наш мозг усваивает новую информацию. Все эти факторы, по словам Зальда, присутствуют и в серфинге: «Когда серфер только начинает обучаться азам этого спорта, сильнейший всплеск дофамина возникает даже тогда, когда ему удается просто постоять на доске: „Я и не думал, что смогу это сделать!“. Впоследствии серфинг не дает точно такого же ощущения. Оно всегда новое и свежее. Каждая очередная волна несет в себе что-то непредсказуемое». Новизна? Получи дозу наркотика. Риск? Еще одну дозу. Новые знания? Следующую. Физическая нагрузка? И еще одну. Выброс дофамина? Новую дозу, в избытке.

Но и это еще не все. Как мы уже говорили, аэробные физические упражнения (в том числе серфинг) способствуют синтезу эндорфинов — гормонов, поступающих в префронтальную зону и лимбическую систему мозга, которые участвуют в формировании эмоционального опыта, и вызывают ощущение особого рода эйфории, называемой «эйфорией бегуна»[40] [11]. Чувства, испытываемые на пике эмоциональных переживаний, многократно усиливаются великолепием окружающей серфера среды. А сложив действие дофамина, эндорфинов и красоты природы, прибавив к этому выброс адреналина (в результате реакции «борьба или бегство»), когда серфер сталкивается с особенно большой волной, — в сумме получите опыт, вызывающий быстрое и сильное привыкание. Кстати, новичку для подобного выброса эндорфинов достаточно волны любого размера.

К сожалению, в определенный момент мозг начинает жаждать такого дофамин-эндорфин-адреналинового коктейля и ищет любые способы снова вызвать подобные ощущения. Один серфер описал это так: «как только ловишь первую волну, сразу начинаешь ждать следующую, потому что каждую минуту хочешь все больше и больше — точно как с наркотиками». Поэтому многие серферы, подобно моему приятелю Вану, попадают в наркотические ловушки — кокаин, метамфетамин, алкоголь, никотин, — которые позволяют им моментально наполнять свою дофаминергическую систему желанными ощущениями [12].

Но что, если попробовать обратить эту потребность в дофаминовой стимуляции во благо? Может быть, можно заменить серфингом другие, более разрушительные пристрастия? Так поступил Ван. А побудила его бросить наркотики и алкоголь следующая мысль: «Если продолжать в том же духе, вскоре я вообще не смогу заниматься серфингом». С 2008 года Ван реализует программу под названием Operation Surf, в рамках которой заражает своей любовью всех, на кого успевает натянуть гидрокостюм, поставить на доску и пустить по волнам. Его основные клиенты — молодежь из так называемой группы риска, люди с неизлечимыми заболеваниями или физическими ограничениями — таких крайне трудно представить серферами, — а также ветераны войн, страдающие от посттравматического стрессового расстройства психики, и те, кто включил серфинг в свой список дел, которые нужно успеть сделать в жизни. Ван помогает наркоманам — ведь в прошлом он и сам был таким — найти другой вид наслаждения, состоящий из ветра, волн, океана и товарищеского духа — а это качество редко встретишь в жизни.

Удивительно наблюдать за клиентами Вана после катания на доске. Многие ведут себя гораздо спокойнее и выглядят намного счастливее, чем раньше. С точки зрения науки, это объясняется тем, что, после того как действие адреналина прекращается и дофаминовая буря в мозге успокаивается, в организме по-прежнему продолжают вырабатываться эндорфины («эффект бегуна», как правило, окончательно ослабевает не ранее, чем через полчаса после аэробных упражнений, а может сохраняться и до двух часов). Тело все еще насыщено отрицательными ионами, которые, как известно, снижают уровень молочной кислоты в крови и повышают настроение. Нередко серферы признаются, что после катания на доске чувствуют себя намного спокойнее и счастливее [13]. А новички из группы Вана часто выглядят так, словно только что пережили нечто вроде опыта дзен — так называемый восторг серфера.

Вернувшись однажды на пляж после утренних занятий в Санта-Крусе с Ваном и его командой Operation Surf, один из инструкторов признался мне, что не слишком любит кататься в такой холодной океанской воде (ниже 10 градусов по Цельсию), но «испытываемое сейчас чувство стоит того». Когда вылезаешь из воды в такой холод, нет ничего лучше, чем чашка горячего черного кофе и разговоры с единомышленниками о новой, еще более прекрасной волне.

Учитывая потрясающие эмоции, вызываемые занятиями серфингом, неудивительно, что в 2010 году этот вид спорта принес доход свыше 6,24 миллиарда долларов и он считается одним из самых популярных водных видов спорта в мире. Люди любой национальности и вероисповедания занимаются им на побережьях шести из семи[41] континентов нашей планеты. По оценкам специалистов, сегодня в мире насчитывается 23 миллиона серферов, в одних США их более 1,7 миллиона [14]. Даже в самых сложных жизненных обстоятельствах молодежь с удовольствием становится на доску в ожидании подходящей волны. Познакомьтесь, например, с Фарханой Хак, фанаткой и пропагандисткой серфинга среди молодых женщин всего мира. Фархана — настоящий генератор энергии и энтузиазма. Это привлекательная девушка среднего роста с приятной улыбкой, готовая расхохотаться в любую минуту. А за плечами у нее большой опыт занятий танцами и боевыми искусствами.

Фархана была первой женщиной из Южной Азии, включенной в сборную США по каратэ. Она с детства привыкла преодолевать препятствия. Ее родители иммигрировали из Пакистана и Бангладеш, а традиционные культуры этих стран, как правило, не поощряют участие женщин в таких видах спорта, как каратэ или серфинг. Но Фархана выросла среди серферов Нью-Джерси и в двадцать шесть лет, во время поездки на Гавайи, решила, что хочет научиться этому и сама. «Это самый трудный вид спорта, которым я когда-либо занималась», — признается она. Впрочем, девушке, как и Вану Куразе, потребовалось совсем немного времени, чтобы стать его фанаткой. В свободное от работы время (Фархана управляет некоммерческой организацией C. E. O. Women, основанной ею для того, чтобы помогать малообеспеченным женщинам-иммигранткам становиться на путь предпринимательства) она начала путешествовать по всему миру, она ездила во все места, где люди занимаются серфингом. Там Фархана не только искала очередную подходящую волну, но пошла намного дальше. «Я увидела, что девушки в самых неожиданных местах — Бангладеш, Индии и даже зоне военных действий в секторе Газа, в высшей степени консервативных культурах — сегодня начали интересоваться серфингом и заниматься им. Я была поражена этими первопроходцами, и мне захотелось узнать, что дает им силы идти против традиций своих народов», — рассказывает Фархана.

Вернувшись домой, девушка основала фонд Brown Girl Surf («Серфинг для темнокожих девушек») в честь женщин-первопроходцев, использующих серфинг для того, чтобы дать другим женщинам, девушкам и их общинам возможность по-настоящему наслаждаться пребыванием в воде. Например, Насима Аткер из Бангладеш была бездомной, прежде чем начала заниматься серфингом. Но ей удалось перебороть пренебрежение мужчин-серферов на воде и неприятие общины на суше, научиться отлично стоять на доске и в итоге стать первой в стране женщиной-спасателем. Фархана мечтает с помощью Brown Girl Surf объединить женщин всего мира и помочь им больше узнать о спорте, который так много дал ей самой.

«Несколько лет назад у меня возникли серьезные проблемы со здоровьем, и моей первой мыслью было: „Если мне и правда суждено сильно заболеть, то сейчас я хочу накататься на доске на всю оставшуюся жизнь, раз потом это может быть недоступно“, — говорит девушка. — Тогда-то я и поняла, что кататься для меня — все равно что жить». Фархана признает, что «серфинг не стоит считать панацеей от любых бед или способом решения общественных проблем… это отнюдь не панацея, но в этом спорте определенно что-то есть… что-то, что он нам дает». Самой Фархане он дает нечто на редкость позитивное.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 0.660. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
Вверх Вниз