Книга: Рассказы о самоцветах

Цвета самоцветов

<<< Назад
Вперед >>>

Цвета самоцветов

Много поэтических произведений посвящено цветным камням, и нет ни одной области искусства, литературы или прикладной технологии, где бы сверкающий окрашенный камень не занимал своего места.

Действительно, в архитектуре и разнообразных видах декоративного искусства, в украшениях одежды и оружия, в фантазии народного эпоса, в поэтических образах изящной литературы — всюду самоцвет играл свою роль, вдохновляя художника, давая незаменимый материал ваятелю и открывая широкий простор фантазии поэта.

Мы убеждены, что в жизни обновленного человечества лучшие и прекраснейшие формы природы, начиная с нежного цветка и кончая самоцветом, будут сливаться в общую гармоническую картину, и из природы и ее затейливых линий и красок будет складывать художник будущего новые, прекрасные творения.

Среди изменчивых и умирающих форм живой природы вечным и незыблемым останется самоцвет и цветной камень; для искусства он явится тем основным и незаменимым материалом, из которого будут создаваться долговечные произведения человеческого вдохновения.

В культуре будущего, в новых художественных формах камень займет равное место с другими вечными материалами, созданными человеческим гением. Чтобы понять, что может дать искусству цветной и самоцветный камень, — взглянем на некоторые из них.

Вот лазурит — то ярко-синий, как южное небо при блеске полуденного солнца, то бледно-голубой, как небо полярных стран, то одноцветный камень глубокого и спокойного синего тона, то испещренный красивым узором золотистых вкраплений кристаллов пирита, напоминающих звезды на небесном своде.

Вот яркий изумруд — то густого темного цвета, прорезанный трещинами, то сверкающий яркой, ослепительной зеленью.

Прекрасен бархатный густо-зеленый нефрит саянских стремнин; все тона листвы — от нежно-зеленоватого до темного цвета — рисует нам этот красивый, но мрачный камень Сибири.

Прекрасен и малахит наших медных рудников, с грандиозностью запасов которых не могло сравниться ни одно месторождение мира, — то бирюзово-зеленый камень нежных тонов, то темно-зеленый с атласным отливом (Средний Урал), то сочетающийся с синим азуритом в красочную картину (Алтай).

Вот и красные камни: темно-красный или алый, как кровь, рубин, розово-красный турмалин, темные вишнево-красные гранаты, буро-красные сердолики — все богатство оттенков красного цвета.

Наконец, пестрые узорчатые яшмы. Я не знаю другого минерального вида, который был бы более разнообразен по своей окраске, чем яшма: все тона, за исключением чисто синего, нам известны в ней, и переплетаются они иногда в сказочную картину.

Как разнообразна палитра самоцветного камня! Все цвета радуги, все краски солнечного спектра сменяют здесь друг друга. Правда, сравнительно мало здесь фиолетовых и синих тонов, но зато какое богатство густо-зеленых, зеленоватых, красных, розовых, бурых, желтых тонов и оттенков! Многие картины блекнут перед красочной роскошью самоцветов.

И мы останавливаемся в затруднении перед вопросом — каковы же законы этого пестрого узора?

Мы так свыклись в жизни и даже в науке с понятием об окраске минералов и горных пород, что забыли о том, что в сущности совсем еще не разобрались в ее причинах. Мы так привыкли считать железный колчедан золотистым камнем, циркон — бурым или буро-красным, каменную соль — белой, а окислы железа — бурыми или коричневыми, что в нашей минералогической работе в последнее время даже не ставили перед собой вопроса, — а почему это так, почему, действительно, окись железа всегда буро-красная, а турмалины и бериллы — пестрой, изменчивой окраски?

Между тем окраска минералов и пород является одним из самых важных и характерных признаков природных соединений. Опытный минералог по цвету минерала делает очень важные выводы об условиях образования камня; больше того — его зоркий глаз позволяет отличить особенности окраски минералов из разных месторождений, и неуловимые порой оттенки цвета, густоты тона, блеска позволяют ему решить вопрос, откуда происходит данный образец. Ведь в каждом тоне есть свои оттенки; к цвету примешивается еще блеск, матовость, отблеск и целый ряд тончайших признаков, которые мы не умеем ни выразить формулами, ни даже описать словами.

Так, нередко знаток драгоценного камня говорит без ошибки: «Этот алмаз из Южной Африки, а этот — из Индии; вот бирюза иранская, а вот — из Северной Америки». Но если его спросишь, на чем основывает он свое определение, он не сможет ответить. Острый точный глаз и огромный опыт в наблюдениях делают чудеса, и мы призываем минералогов, разведчиков, геохимиков, ювелиров, гранильщиков и камнерезов смотреть и смотреть на минералы, приучать свой глаз и учиться искать и понимать цветовые оттенки.

Но не всегда мы можем полагаться на глаз: далеко не все и не всегда правильно различают цвета. Бывают глаза, которые совсем не различают некоторые тона. Правильное световое ощущение и правильная его передача словами — дело нелегкое, зависящее от освещения, сочетания теней, типа поверхности камня, от физиологических особенностей нашего глаза и даже от настроения.

Окраска многих минералов зависит прежде всего от освещения. Минералог очень хорошо знает эти перемены: темно-зеленый при дневном свете александрит кажется при искусственном освещении малиново-красным; фиолетовый аметист Среднего Урала загорается при электричестве кроваво-красными тонами, а рубеллит — розовый турмалин — теряет при этом всю свою красоту, тускнеет, темнеет. Осветите красочную картину пламенем поваренной соли — красные, синие и фиолетовые тона превратятся в грязно-черные, желтое покажется белым.

Поэтому очень трудно разделить самоцветы на определенные цветные группы. Трудно, например, описать различие между синим цветом аквамарина и сапфира, различие между синевой бирюзы, ляпис-лазури или азурита.

При описании камня, особенно самоцветов, необходимо различать: цвет — оттенок, тон — колорит камня и интенсивность окраски.

Большую роль при восприятии цвета играет обработка поверхности камня, так называемая фактура. Мокрый камень воспринимается зрением совершенно иначе, чем сухой: его окраска усиливается; поэтому при просмотре камня его обычно смачивают или покрывают лаком. Этим объясняется особая роль полировки, придающей камню не только блеск, но и яркость цвета и более густые и сочные тона.

Большую роль играет полировка и при огранке камня. Чем лучше камень отполирован, тем ярче выявляется его красота. Сама же идея огранки самоцвета возникла не только из желания покрыть его мелкими гранями, но и из стремления возможно частым отражением вызвать преломление лучей, что придает игру и блеск ограненному камню. Так, например, в результате умелой огранки выявляется красота алмаза, и он превращается в сверкающий бриллиант.

Но чем же обусловливается бесконечное разнообразие цветов минералов?

Эта очень сложная проблема до сих пор еще не разрешена, и только сейчас начинают выясняться основные ее черты.

Прежде всего мы должны обратить внимание на то, что в одних случаях окраска является чем-то постоянно присущим данному минералу; если и возможны некоторые колебания в оттенке и густоте, то все же основной цвет сохраняется. Эта окраска как бы неотъемлема от данного химического соединения — это его собственная, или, как принято называть, идиохроматическая[8] окраска (например, диоптаз, малахит).

В других случаях окраска изменчива, непостоянна и не связана непосредственно с химическим составом минерала. Это окраска чуждая — аллохроматическая[9]. Такова, например, окраска изумруда, рубина или сапфира. Она вызвана примесями, хотя бы ничтожными, каких-то посторонних окрашенных химических веществ, которые мы называем хромофорами, т. е. носителями окраски.

Конечно, главной целью наших исследований должна быть разгадка самой основной цветности — идиохроматической, ибо она в конце концов решает все.

Мы не будем входить в детали этой сложной проблемы. Скажем лишь одно: окраска камня вызывается поглощением и отражением лучей света и в основном связана с особенностями тех электромагнитных клубков, которые мы называем атомами.

Какие же атомы обладают такими особыми чертами, вызывающими явления окраски?

Обратимся к менделеевской таблице и посмотрим, какие места занимают в ней элементы, обладающие свойствами хромофоров, т. е. носителей цвета.

Мы сразу заметим, что это элементы, занимающие середину таблицы и следующие друг за другом, а именно: титан, ванадий, хром, марганец, железо, кобальт, никель и медь, в меньшей степени — вольфрам, молибден, уран и редкоземельные элементы.

Это и есть красители мира, основа ярких и чистых тонов. Они придают красоту самоцветам, разнообразие художественным краскам живописи, яркость и ценность стеклу.

Среди элементов-красителей первая роль по распространенности и разнообразию принадлежит, бесспорно железу. Железо в различных своих соединениях создает богатейшую гамму цветов: от почти бесцветных, светло-зеленых, бледно- и ярко-желтых тонов до бурых, красно-коричневых и черных металлических. Окраски, связанные с железом, очень характерны; отметим, с одной стороны, зеленоватые хлориты, актинолит и зеленый турмалин, а с другой — ржавчину, потеки водных окислов железа, желтый и бурый лимонит, красный гематит. Очень интересные окраски возникают при соединении окиси и закиси железа, особенно в присутствии воды: получаются густо-синие цвета, переходящие в черные (магнетит). Такой синий цвет нам известен в вивианите — синей земле наших болот и торфяников.


Полированный оникс


Кристаллы многоцветного турмалина «черноголовика» с о. Эльба

Железо — удивительный живописец. Небольшие примеси его соединений (иногда вместе с соединениями марганца) придают роскошную, нарядную раскраску мраморам и яшмам. Разнообразные природные краски, которыми пользуются художники и маляры, — различные охры, умбры, сиены, сурики, мумии — обязаны своим цветом различным соединениям железа.

Второе место среди элементов-красителей занимает хром.

Самое название этого элемента — от греческого слова «цвет» — говорит о том, что мы имеем в нем сильный и разнообразный по тону хромофор. Если бы он был более распространен в земной коре, в природе было бы еще гораздо больше разнообразных и ярких красок.

Достаточно вспомнить яркие краски таких самоцветов, как красный гранат (пироп), рубин, изумруд, александрит, уваровит и другие, — все это минералы, окрашенные хромом. Соединения хрома служат для искусственного получения цветных красок и лаков.

Соединения с марганцем дают вишнево-розовые минералы редкой красоты — родонит, спессартин. Марганцу же обязаны своими красными и буро-красными, яркими и густыми тонами вишнево-красные турмалины (рубеллиты) и часть красных гранатов — альмандинов. Но особенное значение имеют почти черные, темные красноватые и бурые соединения марганца. Они покрывают черными пленками продукты выветривания, вытягиваясь в ветвистые черные дендриты наподобие веток, мха, водорослей.

Они же скопляются в огромных количествах на дне водоемов, давая начало крупнейшим месторождениям марганцевых руд, как наши Чиатуры на Кавказе и Никополь на Украине.

Все соединения меди зеленого или синего цвета — диоптаз, малахит, азурит, хризоколла, бирюза.

Но имеются окраски, источник которых неясен или сомнителен (некоторые бериллы, сподумен). Быть может, в некоторых окрасках самоцветов нужно видеть оптический эффект строения самих кристаллов.

Если мы бросим взгляд на все разнообразие различных самоцветов, независимо от их природы и происхождения, то мы увидим ряд закономерностей в характере камней.

Прежде всего мы должны отметить, что далеко не одинаково число камней разного цвета; осматривая один из минералогических музеев, я распределил все самоцветы и цветники по тонам; получилась очень интересная картина (в процентах):

Фиолетовые и пурпуровые … 3

Синие … 5

Черные и металлически серые … 7

Красные и бурые … 10

Бесцветные … 15

Желтые (зеленовато-желтые) … 20

Зеленые … 40

Чаще всего встречаются самоцветы зеленые, желтые и красные (буро-красные), а самыми редкими являются фиолетовые, пурпурные и синие.

Редкость синих окрасок в минералах очень характерна; недаром среди первых красок минерального происхождения, применявшихся в каменном веке, неизвестны синие цвета, а преобладают красный и буро-красный цвета.

Мы рассказали лишь немногое о цветах минералов и законах их возникновения.

Подумаем глубже, поработаем интенсивнее над этой проблемой большого геохимического, минералогического, кристалло-химического и, несомненно, практического значения. Мой очерк — только вехи к этой работе, только призыв объяснять факты нашей описательной минералогии — объяснять и, значит, научиться ими управлять.

Яркая окраска — не роскошь пресыщенности, не праздная фантазия или мишура экзотики Востока; яркий цвет есть кусочек окружающей природы, тысячами путей влияющий на человека, его психологию, думы и творчество. Яркие краски в их гармоническом сочетании природных процессов есть не только внешнее выражение закономерностей вещества и энергии — это неотъемлемая часть самой природы, среди которой живет, работает и создает мыслящий человек. И если я заканчиваю этими словами, как сказал бы поэт — гимном цвету, то этим я зову к красочной, яркой, веселой и бодрой творческой жизни!

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 1.883. Запросов К БД/Cache: 3 / 0
Вверх Вниз