Книга: Чудесный Китай. Недавние путешествия в Поднебесную: география и история

Опиумные войны: трагедия Гуанчжоу, трагедия Китая

<<< Назад
Вперед >>>

Опиумные войны: трагедия Гуанчжоу, трагедия Китая

В XVIII веке Китай, как и сейчас, был среди крупнейших мировых экспортеров. Чай, шелк и фарфор победно шествовали по европейским рынкам. При этом самодостаточная экономика Поднебесной практически не нуждалась во встречном потоке товаров. Дефицит оплачивался серебром. Особенно страдал основной импортер – Великобритания. Ее правительство рассматривало отток серебра как реальную угрозу денежной системе и экономике страны в целом. Сначала англичане попробовали решить проблему по-хорошему. В 1793 году в Китай отплыли корабли с лучшими образцами английской продукции, возглавлял торговую миссию лорд Джордж Маккартни, незадолго до того вернувшийся с поста посла в Санкт-Петербурге. Его допустили в Пекин, где в те времена не было ни одного иностранного посольства. Император Цяньлун удостоил Маккартни и его свиту аудиенции, привезенные товары были оприходованы как «дань от западных варваров». В налаживании двусторонней торговли было отказано: в Поднебесной есть все необходимое и нет нужды в заморских диковинах.

Тогдашняя «мастерская мира» не могла принять создавшуюся унизительную и, главное, убыточную ситуацию. Специалисты из Ост-Индской компании придумали неординарное решение – наводнить Поднебесную выращенным в Индии опиумом. Это зелье к тому времени уже начало распространяться в ее южных приморских провинциях стараниями голландцев, орудовавших на Тайване. Ост-Индская компания придала торговле опиумом внушительный масштаб. Если в середине XVIII века в год импортировалось 400 ящиков опиума, то к 40-м годам XIX века ввозили уже 40 тыс. ящиков. Опиекурение быстро распространилось с юга на весь Китай, деградация затронула даже военное командование и придворных. Тогда император приблизил к трону высокопоставленного чиновника Линь Цзэсюя, жесткими мерами искоренившего опиекурение в своей провинции, и дал ему карт-бланш на борьбу в масштабах империи. Английская фактория в единственном открытом для иностранцев порту Гуанчжоу была окружена китайскими войсками, была отозвана вся китайская прислуга, и англичан вынудили сдать запасы опиума – более 20 тыс. ящиков.

Поскольку «мастерская мира» одновременно была еще и «владычицей морей», торговый спор было решено перенести в военную плоскость. Весной 1840 года британская палата общин одобрила такой план: не объявляя формально войну Китаю, послать туда военную эскадру. Двадцать боевых кораблей при поддержке нескольких десятков вспомогательных судов блокировали Гуанчжоу. Они обстреляли город, дважды штурмовали и захватывали его. Затем англичане двинулись вдоль побережья на север, захватив порт Дагу, откуда шла прямая дорога на Пекин.

Продолжавшаяся два года Первая Опиумная война закончилась подписанием 26 августа 1842 года тяжелого и унизительного Нанкинского мирного договора. Китай выплачивал гигантскую контрибуцию, для английской торговли открывались порты Гуанчжоу, Шанхая, Амоя, Фучжоу и Нинбо, в вечное владение Англии передавался остров Гонконг, на английские товары устанавливалась минимальная пошлина. Неравноправный договор в 1844 году продублировали Франция и США.

Насильственное приобщение Китая к западным правилам торговли было прервано Крымской войной (1853–1856), отвлекшей основные силы Англии и Франции. Неудача России позволила союзникам снова заняться Поднебесной. Придравшись к аресту базировавшегося в Гонконге пиратского корабля, англичане возобновили в 1856 году военные действия, продлившиеся до 1860 года и получившие название «Второй Опиумной войны». Снова начались обстрелы портов, захваты прибрежных городов. Англо-французский десант даже вошел в Пекин, вынудив Сына Неба бежать из столицы. Соглашения, подписанные в Пекине с «пистолетом, приставленным к виску», по выражению английского дипломата лорда Элгина, накладывали на Китай очередную неподъемную контрибуцию, открывали для торговли новые портовые города, давали западным купцам и миссионерам свободу передвижения и деятельности. Китай превращался в полуколониальную периферию Запада.

Сейчас о временах Опиумных войн в Гуанчжоу осталось мало напоминаний. Экспонаты в городском музее и специальный Музей Опиумной войны на окраине города. Полдюжины старинных пушек на набережной Жемчужной реки. Прекрасно отреставрированные особняки на острове Шамянь, где была английская фактория. Западный стиль воссоздан и в небольшом парке на набережной острова, откуда открывается вид на группу небоскребов центральной части Гуанчжоу. В отличие от Шанхая в Гуанчжоу не ощущается космополитической атмосферы, нет смешения китайской и западной архитектуры, стилей жизни. Несколько модернистских, но достаточно стандартных небоскребов в центре города, оперный театр, телевышка и стадионы, возведенные к прошедшей в 2011 году XXVI Всемирной летней универсиаде, скорее подчеркивают традиционность, «китайскость» Гуанчжоу. Как ни странно, построенные за пару последних десятилетий кварталы многоэтажных жилых зданий тоже скорее напоминают гипертрофированные деревни, нежели современный город. Впрочем, деловитые кантонцы испокон веков не уделяли особого внимания храмам и паркам. Их заметно меньше, чем в Пекине или Шанхае, не говоря уже о Ханчжоу. Зато чрезвычайно развита инфраструктура торговли – ей отданы улицы, кварталы, целые районы города. Они постоянно заполнены толпами покупателей. Цены заметно ниже, чем в Пекине или Шанхае. Вывески соревнуются друг с другом размерами и красотой выполненных каллиграфами иероглифов. Магазины гордо объявляют о своей многолетней истории. О верности традициям, солидности репутации свидетельствуют даже укрытые стеклянными колпаками остатки городской стены, раскопанной недавно археологами прямо в центре Пекинской улицы, одного из знаменитых торговых кварталов. Но главным символом неистребимого предпринимательского духа южан служит, конечно же, знаменитая Кантонская ярмарка.

При изоляционистской династии Цин Кантон вплоть до Опиумных войн был единственным дозволенным «окном» в мировую торговлю. В условиях изоляции КНР американцами и их союзниками после 1949 года тот же Кантон стал хотя и не единственным, но важнейшим центром внешней торговли. В 1957 году впервые прошла Кантонская экспортно-импортная ярмарка, и с тех пор дважды в год в специально построенные павильоны съезжались торговцы со всего мира. Ярмарка проводилась даже в период «культурной революции» (1966–1976).

За годы «реформ и открытости» масштаб ярмарки многократно возрос, и недавно ее перенесли в новый колоссальный выставочный комплекс. О его размерах говорит хотя бы то, что от одного входа в комплекс до другого можно доехать на метро. В промежутках между ежегодными универсальными ярмарками практически ежедневно проходят бесчисленные специализированные. Побывав на туристической ярмарке и поплутав пару часов по лабиринтам экспозиций, я убедился в необъятности этого «храма торговли». Помимо стендов туристических фирм, городов и целых стран (включая Россию), на трех этажах главного павильона предлагали оборудование для гольф-клубов «под ключ», комплекты мебели для гостиниц, суперпроизводительные кухни для ресторанов, велосипеды и автомобили, пляжные принадлежности, целые фитнес-клубы и т. д. и т. п. Воздержавшись от покупки яхты или хотя бы пляжного зонта, я купил несколько пакетов замечательного чая из провинции Юньнань…


В Гуанчжоу хорошо помнят про Опиумные войны


<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 1.470. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
Вверх Вниз