Книга: Приграничные и трансграничные территории Азиатской России и сопредельных стран. Проблемы и предпосылки устойчивого развития

Глава 13 Демографические и миграционные процессы в Забайкальском трансграничье

<<< Назад
Вперед >>>

13.1. Трансграничная миграция населения Сибири-Монголии

Оценка трансграничных миграционных взаимодействий выполняется в контексте системы регионально-демографических понятий: территориальная система жизнедеятельности населения, миграционные потоки, поездки населения, демографическая ситуация, депопуляция, занятость, уровень жизни, размещение населения. Миграция населения рассматривается нами как взаимодействие мест выхода и вселения людей, живущих в различных условиях социальной среды. Важнейшим элементом научных основ исследования межгосударственных миграционных взаимодействий является разработка способов их познания (подходов, критериев, показателей и методов) с учетом исторически сложившихся традиций и решаемых современных задач. Исследование осуществлялось благодаря системе методов, позволивших анализировать и оценивать миграционные процессы, раскрывать факторы и причины, побуждающие иностранных граждан мигрировать в сибирские регионы. Миграционные взаимодействия стран и их регионов связаны с территориальными различиями в условиях жизнедеятельности населения. Миграционные потоки отдельных групп населения обусловлены различным набором факторов в силу разной «чувствительности» и реакции на одинаковые воздействия.

Миграция населения служит одним из показателей оценки уровня, направления и темпов регионального развития. Так, миграционный аспект депрессивности выражается в относительной миграционной пассивности населения, торможении сельско-городского перемещения населения, и, главное, постоянстве миграционного оттока за пределы территории.

Целевая ориентация миграции – удовлетворение жизненных потребностей людей, при этом деятельность государства должна быть направлена на создание условий для территориальных перемещений людей с целью решения ими экономических и других вопросов их жизнедеятельности с тем, чтобы каждый гражданин мог обеспечить необходимый уровень и качество своей жизни. Как межгосударственная проблема, миграция должна рассматриваться с двух сторон: во-первых, как заинтересованность страны, принимающей мигрантов, в их въезде; во– вторых, как заинтересованность страны, отдающей мигрантов, в их выезде.

В современной международной миграции действует ряд закономерностей: глобализация; качественное изменение структуры мигрантов; определяющее влияние экономической, прежде всего трудовой миграции; рост нелегальной иммиграции; расширение географии и рост вынужденной миграции; увеличение значимости международной миграции в демографическом развитии многих стран; двойственный характер миграционной политики [Ионцев, Ивахнюк, 2002].

В настоящем исследовании анализ и оценка межгосударственной миграции ведутся в рамках трансграничного района, под которым понимаются сопредельные территории различных государств, характеризующиеся определенным природным, историческим, социокультурным и экономическим единством.

Заселенность приграничных регионов

Социально-экономический трансграничный район, объединяющий юг Сибири, Монголию и приграничные территории Китая, формировался на протяжении нескольких веков. Этот район Внутренней Азии, заселенный аборигенными народами (монгольскими, тюркскими, тунгусо-манчжурскими и др.) испытал мощное воздействие со стороны Китая и России. Основной анализ трансграничной миграции с российской стороны ведется в рамках территории юго-востока Сибири, включающей Республику Бурятию, Забайкальский край и Иркутскую область. Российско-китайская граница во Внутренней Азии формировалась с конца XVII в., отражая процессы освоения Россией своих восточных, а Китаем своих западных и северных территорий. На формирование границы большое влияние оказывало и оказывает меняющееся соотношение экономического и военно-политического веса обеих стран. Российско-китайская государственная граница является рубежом, разделяющим разные цивилизации, однако на протяжении истории двух стран эти принципиальные культурные различия не были непроницаемым барьером для взаимной экспансии в приграничные районы друг друга. Общее сопоставление территорий сопредельных государств по заселенности дает представление об относительной освоенности их территорий (табл. 13.1).

Таблица 13.1 Сопоставление численности, плотности населения и территории Китая, России и Монголии


Заселенность российских, китайских и монгольских территорий очень неравномерная, что видно по данным о распределении населения по приграничным регионам (табл. 13.2, табл. 13.3).

Таблица 13.2 Население и территория регионов Китая, граничащих с Россией


Таблица 13.3 Население и территория регионов России, граничащих с Китаем


Плотность населения различается более чем в 10 раз, при этом еще более контрастны различия между китайским Хэйлунцзяном и соседними дальневосточными регионами России. Значительны различия и внутри этих стран. Так, в Байкальском регионе северные таежные и горные территории имеют крайне редкое, дисперсно расселенное население. Концентрация населения отмечается только в лесостепной и южно-таежной зонах, где размещаются главные индустриальные центры, проходят транспортные коммуникации, располагаются основные сельскохозяйственные районы (рис. 13.1). Зоны повышенной заселенности Южной Сибири и Центральной Монголии фактически смыкаются на южной границе Бурятии.


Рис. 13.1. Плотность населения на сопредельных территориях Сибири, Монголии и Китая.

Общая характеристика миграции

Миграционная политика имеет чрезвычайно важное значение для сибирских территорий в силу ряда обстоятельств: это и сложности постсоветской миграционной ситуации и, соответственно, проблемы изученности и прогнозирования миграции. Проблемы Сибири невозможно рассматривать вне контекста общероссийской миграционной ситуации, характеризующейся рядом особенностей, тенденций, проблем, важнейшими из которых являются следующие:

– происходит снижение миграционной активности населения, причем исходные показатели постоянной миграции уменьшились вдвое за последние полтора десятилетия: численность прибывших снизилась с 4,4 млн чел в 1992 г. до 2,2 млн чел. в 2008 г., а численность выбывших – с 3,9 млн до 2,0 млн чел., соответственно;

– уменьшается роль дальних переселений; это выразилось в том, что, по официальным данным, в России доминирует внутренняя миграция (внутрирегиональная – 52 %, межрегиональная – 40 %), а межгосударственная составляет 8 %;

– уменьшается миграционный прирост в России вследствие снижения притягательности России относительно стран СНГ; наблюдается рост временных трудовых и коммерческих поездок, замещающих постоянную миграцию, а также влияния изменяющихся правил регистрации иностранных граждан;

– миграционные связи с большинством стран СНГ стали односторонним движением в Россию, и только с Украиной и Беларусью осуществляется взаимный эквивалентный обмен населением;

– активизируются новые миграционные явления (вынужденные переселения, трудовая и коммерческая миграция и т. п.);

– замедляется экстенсивная урбанизация в виде масштабного сельско-городского перераспределения населения, в последние 15 лет миграционный поток в города снизился – из-за исчерпания демографических ресурсов села и роста цен на городское жилье;

– сменяются направления расселения: от заселения территорий с осваиваемыми природными ресурсами к переселению в благоприятные для жизнедеятельности места;

– проявляется «западный перенос» мигрантов – отмечена выраженная полярность Центрального района страны (притягивающего население всех других районов) и Дальнего Востока (отдающего население всем районам).

Внутрироссийское перераспределение населения вызывает в Сибири миграционные потери, которые резко возрастают с запада к востоку. Список восточных регионов-доноров возглавляют Республика Саха (Якутия) и Алтайский край (отрицательное сальдо миграции по 8 тыс. чел. в год), за которыми следуют Иркутская область, Забайкальский и Красноярский края, отдающие по 4–6 тыс. чел. в год другим регионам России. Как генеральная тенденция происходит перемещение населения в места с наиболее благоприятными условиями жизни, где стоимость жизни минимальная.

Внутрироссийское передвижение населения приобрело преимущественно внутрирегиональный характер. Наиболее замкнутым является Сибирский федеральный округ – в 2008 г. 87,7 % всех прибывших и 81,1 % всех выбывших переместились внутри округа. При этом доминируют миграционные перемещения в пределах регионов-субъектов Федерации. Так, внутрирегиональный миграционный оборот составляет в Республике Бурятия, Иркутской и Читинской областях 59,9, 61,9 и 62,9 % соответственно [Воробьев, 2001].

Перераспределение населения внутри Байкальского региона происходит весьма интенсивно, охватывая несколько тысяч человек ежегодно. При этом Иркутская область выбирает население из Забайкалья, на каждых двоих выбывших в Бурятию и Забайкальский край приходятся трое прибывших. Миграционный обмен с Забайкальем дает Предбайкалью около 2–3 тыс. чел. миграционного прироста ежегодно. На Забайкалье приходится 27 % в прибывшем контингенте из-за пределов Иркутской области и 14 % среди выбывших за ее пределы. При доле Забайкалья в населении России – 1,5 %, относительная интенсивность миграционных связей на порядок превышает среднюю интенсивность всех других миграционных связей.

Таблица 13.4 Среднегодовые показатели миграции в Байкальском регионе (2002-2004 гг./2005-2008 гг.)


При доминировании перемещения мигрантов в западном направлении схема миграционных связей выглядит следующим образом: каждый регион получает мигрантов с востока и отдает на запад. Чем восточнее расположен российский регион, тем меньше у него территорий– доноров и заметнее увеличивается отрицательное сальдо миграции (табл. 13.4). В Байкальском регионе обнаруживается несколько мест своеобразной миграционной депопуляции территорий. В Забайкальском крае около половины миграционной убыли приходится на г. Читу, 1/6 – на Оловяннинский район и по 7 % – на Могочинский и Нерчинский районы. В Бурятии основной отток жителей в абсолютном выражении происходит из Улан-Удэ, Селенгинского, Заиграевского, Джидинского районов, а в относительном выражении – к Селенгинскому и Джидинскому районам добавляются Северобайкальский и Муйский районы. Районами, растущими за счет мигрантов, являются Иволгинский, Тарбагатайский и Окинский. В Иркутской области зафиксирован отток населения из северных районов, но в последние годы в число доноров вошел Иркутск; вместе с Черемхово и Тулуном они деформируют миграционную картину на юге области, принимающем население. Парадоксально выглядит отток постоянного населения из региональных центров (Иркутска, Улан-Удэ, Читы), однако он имеет две важные причины: во-первых, вызван дороговизной стоимости жизни, увеличением цен на жилье, а во-вторых, особенностями регистрации миграции населения – трудовые мигранты практически не учитываются.


Рис. 13.3. Динамика численности иностранных граждан, привлекаемых на работу в Иркутскую область.


Рис. 13.2. Динамика численности китайцев в некоторых регионах Сибири (по данным переписей населения).

Российские статистические данные о миграции в основном приспособлены к отражению внутрироссийского переселенческого движения. Данные о трансграничной миграции, иностранной рабочей силе, численности иностранных граждан и нелегальной миграции чрезвычайно неполны и зачастую противоречивы. Так, на примере китайцев видно, как переписи населения показывают неуклонное снижение численности национальных групп иностранного происхождения до 1989 г., а затем весьма незначительное приращение их численности (рис. 13.2). Если данные 1939 г. вполне естественно фиксировали рост численности китайцев от Иркутской области к Читинской (с запада на восток), то данные 2002 г. нелогично показывают обратную тенденцию, хотя китайской рабочей силы значительно больше в Читинской области (см. рис. 13.3 и рис. 13.4). Последняя перепись охватывала только постоянное население (прожившее в данном месте один год и более), но, не охватывая временно пребывающих на территории лиц, не давала современной расселенческой и миграционной картины, касающейся как всего населения, так и отдельных этнических групп. Пограничная статистика показывает, что на постоянное место жительства в Россию приезжают единицы, а выезжают и сотни человек (см. табл. 13.6).

Таблица 13.5 Численность граждан Китая и Монголии, совершивших поездки в Российскую Федерацию в 2001–2008 гг. (по данным Федеральной пограничной службы)


Данные Федеральной пограничной службы России (ФПС) показывают, что примерно 60 % китайцев въезжают на территорию России через пограничные переходы Дальневосточного пограничного округа, главным образом через Приморский край. В 1998–2001 гг. ежегодно в Россию въезжали и выезжали из нее 450–490 тыс. китайцев. С 2002 г. число китайцев, как въехавших в Россию, так и выехавших из России, возросло в 1,5 раза, затем стабилизировалось на уровне 700–800 тыс. чел. (табл. 13.5).

Если за 1998–2001 гг. в России остались в общей сложности 35,9 тыс. китайцев, то в 2002 г. – 27,2, в 2005 г. – 25,7, в 2008 г. – 32,5 тыс. китайцев, что вдвое выше среднегодового уровня предшествующих лет. Граждане Китая совершают поездок в Россию и обратно в 5–6 раз больше, чем граждане Монголии. Однако относительное значение России для китайцев и монголов совершенно разное. Так, если на 1000 среднестатистических китайцев приходится 0,6 поездок в Россию (800 тыс.: 1300 млн = 0,6), то на 1000 монголов – 43,0. Иначе говоря, ежегодно одна поездка приходится на 1700 жителей Китая и на 20 жителей Монголии.

Основная масса китайских мигрантов прибывает в Россию легально, имея документы на пересечение границы, но вопрос состоит в том, законным ли образом они получили эти документы? При этом большой интерес представляет целевая направленность пересечения границ, которая, согласно статистике пограничной службы, обнаруживает три основных мотива: частные, туристические и служебные цели (табл. 13.6).

Таблица 13.6 Распределение иностранных граждан но целям поездок в Россию (но данным Федеральной пограничной службы)


Численность иностранных граждан, привлекаемых на работу в сибирские регионы, неуклонно возрастает, при этом резко различается страновая структура трудовых мигрантов Предбайкалье (рис. 13.3) и Забайкалье (рис. 13.4). Трудовые мигранты приезжают в Иркутскую область из нескольких стран. В 2007 г. преобладала рабочая сила из Китая – 9,1 тыс. чел., Узбекистана – 8,5, Таджикистана – 6,5, Кыргызстана – 5,9 тыc. чел. В 2008 г. на первое место вышел Узбекистан (15,1 тыс. – чел.), за ним следовали Таджикистан (12,5 тыс. чел.) и Китай (11,9 тыс. чел.).


Рис. 13.4. Динамика численности иностранных граждан, привлекаемых на работу в Читинскую область.


Рис. 13.5. Структура трудовых миграционных связей Иркутской области в 2007 г.

Территориальная структура трудовых миграционных связей отчетливо показывает азиатскую ориентацию (рис. 13.5). Иркутская область остается привлекательной для иностранной рабочей силы, численность которой увеличилась почти пятикратно за три года: если в 2005 г. здесь было 9,7 тыс. иностранных рабочих, то в 2008 г. – 50,6 тыс. чел. Иностранную рабочую силу представляют в основном мужчины (95 %). В возрастном отношении преобладают представители трех групп: до 30 лет – 28 %, от 30 до 39 лет – 42, от 40 до 49 лет – 25 %.

Среди видов экономической деятельности, которыми занимались иностранные работники, доминирует строительство, где работало в 2007 г. 22,6 тыс. чел., или 65,3 % (рис. 13.6). В 2008 г. произошло увеличение занятости в строительстве до 29,2 тыс. чел., но его доля снизилась до 57,6 % вследствие опережающего роста занятости в сфере обслуживания, доля которой составила 33,3 % в иностранной рабочей силе. Значительна занятость иностранцев и в добывающей промышленности – главным образом в золотодобыче Бодайбинского района.


Рис. 13.6. Структура экономической деятельности иностранной рабочей силы в Иркутской области в 2007 г.

Картина размещения иностранной рабочей силы по территории Иркутской области показывает высочайшую степень ее концентрации в областном центре – Иркутске (79,1 %), где работало 40,0 из 50,6 тыс. иностранцев, а также в городах Бодайбо (5,1 %), Братске (2,8 %), Ангарске (2,8 %), Усолье-Сибирском (1,5 %). На остальные территории, где проживает более половины населения Иркутской области, приходится менее 1/10 иностранной рабочей силы.


Рис. 13.7. Распределение на 2006 г. квоты на выдачу иностранным гражданам приглашений на въезд в РФ в целях осуществления трудовой деятельности

Действующий механизм привлечения иностранной рабочей силы через квотирование позволяет оценить относительную потребность регионов в рабочей силе (рис. 13.7). Выявляется своеобразный забайкальский «перелом» потребности в иностранной рабочей силе, пролегающий между Читинской областью и Республикой Бурятией. Помимо количественного перелома имеется и структурный перелом, выражающийся в том, что для Забайкалья роль рабочей силы из стран СНГ совершенно ничтожна, но сильно влияние Китая.

Российско-китайская миграция

В российско-китайских миграционных связях для Байкальского региона исключительно важную транзитную роль играет Забайкальский край. Миграционный поток иностранных граждан в Забайкалье нарастает. Так, в 2003 г., по данным иммиграционного контроля, через пункты пропуска Читинской области в Российскую Федерацию въехало 230,5 тыс. иностранных граждан. По коммерческим и деловым визам на ее территорию прибыло 77,1 %, по линии туристического обмена 15,0 %. Зарегистрированы 25,5 тыс. иностранных граждан, в том числе 16,5 тыс. граждан КНР. В 2005 г. в Российскую Федерацию через пункты пропуска Читинской области въехало более 275 тыс. иностранных граждан, из них 265 тыс. (97 % въехавших) – граждане Китая. Зарегистрировано 43,0 тыс. иностранных граждан, в том числе около 30 тыс. граждан КНР. В 2007 г. въехало 238,6 тыс. иностранных граждан, из них 234,1 тыс. (98 % въехавших) – граждане Китая. Зарегистрировано 60,9 тыс. иностранных граждан, в том числе 40,8 тыс. граждан Китая. По целям пребывания, заявленным при постановке на миграционный учет, временные мигранты распределяются таким образом: 54 % – работа, 17 – деловая и гуманитарная цель, 20 – частная, 7 – туризм, 5 % – учеба.

В 2005–2007 гг. более чем вдвое увеличилось число иностранцев, прибывших на работу, Иностранная рабочая сила составила 14,5 тыс. чел. в 2005 г., 19,8 – в 2006 г., 31,3 тыс. чел. – в 2007 г. Основную часть трудовых мигрантов представляли граждане КНР – 68 % и СНГ – 31 %. Иностранные рабочие трудятся в 25 районах Забайкальского края, при этом наибольшая концентрация наблюдается в г. Чите. Китайцы работают в основном в крупных строительных организациях. Реальное же число работающих иностранцев превышает официальную квоту в несколько раз.

Китайские компании, направляющие инвестиции в Россию, заинтересованы в трудоустройстве своих сограждан. Заработанные деньги вывозятся в Китай. Например, 80 % рабочих мест на строящемся целлюлозно-бумажном комбинате в пос. Амазар займут китайцы. Китайская компания «Лунэн», получившая право на использование Березовского железорудного месторождения, предполагает дать работу 4 тыс. граждан КНР. В пос. Забайкальск китайские строительные компании вытесняют российские, используя демпинговые цены.

Строительные подрядчики и заказчики продолжают активно заключать договоры на выполнение работ с иностранными рабочими, преимущественно китайскими. Бригады рабочих из стран СНГ также в этой сфере работают, но их значительно меньше, сказывается удаленность Забайкалья от стран СНГ. Граждане Китая работают в основном в таких крупных строительных организациях, как «Стройконтракт», «Жилстрой», «Энергостройинвест», «РУС» и др. Сегодня ими возводится около 85 % всех строящихся объектов. Привлечение иностранной рабочей силы в строительство положительно влияет на себестоимость строительных объектов, так как граждане КНР работают по 11–12 ч в сутки, не прерываясь даже в выходные и праздничные дни. Все это ведет к сокращению сроков строительства и позволяет значительно понизить затраты на вводимые объекты. Среди мотивов использования работодателями труда незаконных мигрантов, прежде всего из Китая, – стремление снизить издержки производства за счет более низкой заработной платы и стремление уйти от налогов, а также более высокая производительность труда китайских работников.

Обеспокоенность общественности всем спектром проблем, связанных с миграцией из-за рубежа, а также перспективы экономического и социального развития страны требуют проведения активной последовательной миграционной политики. Иммиграционный контроль в отношении иностранных граждан, прибывающих на территорию Российской Федерации, осуществляется в пункте пропуска «Забайкальск», на поезде международного следования «Пекин-Москва» и в упрощенном пункте пропуска «Староцурухайтуй». Наиболее часто встречающимися видами правонарушений являются: нарушения режима в пунктах пропуска, попытки незаконного перемещения через границу товаров и грузов, использование для пересечения границы чужих документов, невыполнение гражданами законных требований должностных лиц пограничных органов.

Главным препятствием к легализации китайской рабочей силы, привлекаемой для работы, являются экономические мотивы работодателей и самих мигрантов. Руководители предприятий охотно нанимают китайцев в обход установленных процедур, чтобы платить более низкую и ничем не регламентируемую зарплату, избежать выплат по социальному страхованию. Нелегальные мигранты и сами часто не заинтересованы в регистрации, поскольку она связана с бюрократическими и материальными издержками. Нельзя не отметить и негибкую систему разрешительной регистрации и лицензирования, являющихся препятствием на пути легализации многих мигрантов.

Российско-монгольская миграция

Российско-монгольские миграционные, туристические и деловые поездки между двумя странами не характеризуются большим размахом в российском масштабе. Однако они играют значительную роль в отдельных регионах, в частности в приграничных регионах Южной Сибири. Характер расселения жителей и наличие коммуникационных коридоров обусловливают направления перемещения населения между двумя странами. Основная часть российско-монгольских трансграничных передвижений населения происходит между Бурятией и Монголией, роль остальных российских регионов является подчиненной. Пересечение иностранными гражданами государственной границы России в пунктах пропуска, расположенных на территории Бурятии, составило в обоих направлениях 228 тыс. чел., из них граждане Монголии – более 80 %.

Внутригосударственные миграционные потоки на приграничных территориях имеют негативные результаты: выбытие населения преобладает над прибытием, что видно как в приграничных аймаках Монголии, так и приграничных районах Сибири.


Рис. 13.8. Динамика пассажиропотоков Монголия – Россия, тыс. чел. Источник: Mongolian Statistical yearbook. – Ulan-Baatar, 2007

В последние годы наблюдается увеличение трансграничных потоков через российско-монгольскую границу (рис. 13.8, 13.9):

– через автомобильный переход Кяхта-Алтанбулаг – до 120 тыс. пассажиров в год (в одну сторону);

– через железнодорожный переход Наушки-Сухэ-Батор – более 40 тыс. пассажиров в год;

– через автомобильный переход Ташанта-Цаган-Нур – более 20 тыс. пассажиров;

– через прочие КПП следуют меньшие потоки: от 1,5 тыс. (Соловьевск-Эренцав) до 11,5 тыс. чел. (Хандагайты-Боршо).


Рис. 13.9. Пассажиропотоки Монголия – Россия в разрезе контрольно-пропускных пунктов (КПП). Источник: Mongolian Statistical yearbook. – Ulan-Baatar, 2007

Максимальное число выездов монгольских граждан в Россию составляют поездки в личных целях. С целью туризма российскую границу пересекает наименьшее число жителей Монголии.

Миграционные связи в трансграничном районе Внутренней Азии, объединяющем российские южносибирские территории, Монголию и сопредельные территории Китая, объективно обусловлены длительной историей сопряженного развития регионов, различием демографических параметров, наличием контрастов в социально-экономическом развитии и взаимной заинтересованностью в повышении эффективности использования потенциалов сотрудничества. Интенсивность трансграничной миграции обусловлена характером расселения жителей и наличием коммуникационных коридоров между странами. Трудовым мигрантам присуща высокая степень концентрации в немногих местах, особенно выделяются региональные центры. Внутригосударственные миграционные процессы на приграничных территориях имеют негативные результаты: выбытие населения преобладает над прибытием.

Трансграничные перемещения населения практически полностью локализованы в немногих коммуникационных коридорах между приграничными населенными пунктами. Главенствующим для российско-монгольских связей является направление, связывающее север Монголии с югом Республики Бурятии («Сухэ-Батор-Наушки», «Алтанбулаг-Кяхта»).

Главными проблемами российско-монгольских социально-экономических взаимосвязей являются: низкая интенсивность связей, высокая степень неопределенности будущего, слабая инфраструктурная обеспеченность, институциональная обусловленность, растущая конкуренция других стран в геополитическом и геоэкономическом аспектах.

Пути решения основных проблем российско-монгольских взаимосвязей находятся в сфере межгосударственных отношений. В постсоветский период Россия утратила свои сильнейшие позиции в Монголии по ряду вопросов. Монопольное положение СССР в политических отношениях сменилось многовекторными внешнеполитическими отношениями Монголии. Первенство в экономических отношениях с Монголией перешло к Китаю. Гуманитарные контакты России и Монголии ослабли. Активизация взаимосвязей возможна на трех уровнях – межгосударственном, межрегиональном и местном.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 4.147. Запросов К БД/Cache: 0 / 0
Вверх Вниз