Книга: Забытые опылители

ВСПОМИНАЕТ СТИВ:

<<< Назад
Вперед >>>

ВСПОМИНАЕТ СТИВ:

Некоторые пчёлы настолько крохотные, что просто удивительно, как мне удаётся увидеть их в полёте. К счастью, у меня есть несколько друзей, которые работают сачками быстрее, чем я. Однажды я был на поле низкорослого ползучего молочая, гадая над тем, что же вообще могли накопить их крохотные цветки, чтобы предложить опылителю. Через мгновение я увидел, как один из моих коллег махнул своим сачком по макушкам зарослей молочая, а затем сунул голову в мешок из воздушной газовой сетки. Странное поведение? Да, но только если вы не Джером Роузен из Американского музея естественной истории, и если вы не ищете весьма крохотную пчелу. Расстроенный, я подошёл к Роузену и поглядел на него сквозь мельчайшие ячейки переплетённой сетки:

– Похоже, вы ничего не поймали.

– Вы просто не можете увидеть мелких пчёл, – проворчал Роузен. На самом деле он изловил мельчайшую из мелких пчёл подсемейства панургин, известную как Perdita minima. Её название перекликается с тем фактом, что самая мелкая особь этого вида достигает в длину всего лишь 3/50 дюйма. Это – самая мелкая пчела во всём мире, и она бросает вызов осе-бластофаге и некоторым трипсам в борьбе за право считаться самым маленьким опылителем в мире. И всё же она гарантированно оказывает услуги по опылению ползучего молочая, который в тот день пристал к ступням Роузена. То количество пыльцы и нектара, которое молочай производит для этой пчелы, означало бы голод для других видов опылителей. Но с этой Perdita лилипутских размеров это срабатывает.

Противоположную крайность по отношению к Perdita minima представляет собой чёрный гигант, огромная пчела-листорез с Молуккских островов, живущая за полмира от неё. Альфред Рассел Уоллес, со-открыватель эволюции путём естественного отбора, жил на этих островах в девятнадцатом веке и обнаружил замечательных пчёл длиной около 2 дюймов, живущих в наружных ответвлениях ходов «картонных» гнёзд термитов. Chalicodoma pluto – это самая большая в мире пчела. У этого вида с выраженным половым диморфизмом самки обладают гротескно увеличенными жвалами и другими частями ротового аппарата. Они используют специализированный набор инструментов, чтобы собирать смолу растений и переносить её в гнездо. До конца 1970-х годов эта удивительная пчела была известна только по типовому образцу в британском Музее естествознания, собранному Уоллесом, но потом была вновь открыта Адамом Мессером, в то время аспирантом из Университета Джорджии. Вы можете рассаживать Perdita minima дюжинами на антенны потерянной пчелы Уоллеса.

Конечно же, существует много насекомых-опылителей меньшего размера, чем самая мелкая пчела. Существует более 500 видов цветочных трипсов, активно участвующих в опылении, но в типичном случае они не ориентированы на перенос пыльцы с одного цветка на другой того же самого вида. Они, однако, являются успешными опылителями многих цветов. Фактически же недавно было продемонстрировано, что крохотные трипся были очень успешными облигатными опылителями некоторых деревьев семейства диптерокарповых из полога тропических лесов Индонезии. В типичном случае длина трипсов варьирует в пределах от 0,04 до 0,12 дюйма.

В этой главе мы можем лишь мельком увидеть некоторые изумительные и очаровательные формы, размеры и особенности поведения бесчисленных насекомых, которые посещают и опыляют цветы. Чтобы в полной мере воздать должное насекомым-опылителям, которые не являются пчёлами, нам потребовалось бы множество страниц на исследование каждой из крупных групп насекомых-опылителей (жуки, дневные и ночные бабочки, мухи и осы) просто для того, чтобы охарактеризовать их биологическую изменчивость, относительную важность для процесса опыления и примеры их удивительного образа жизни. Тем не менее, здесь мы приводим несколько наглядных примеров, чтобы определить место этих живых организмов в концептуальной структуре обширного всемирного бестиария опылителей. Со времени своего возникновения более чем за 100 миллионов лет до настоящего времени различные семейства и роды самых крупных и успешных отрядов насекомых (Coleoptera, Diptera, Hymenoptera и Lepidoptera) наращивали своё разнообразие ради эксплуатации широкого диапазона цветковых растений с использованием различные стратегии. Некоторые специализируются на нескольких родственных растениях; другие – неспециализированные виды, обладающие более широким рационом.

Если бы мы нам пришлось встать на колени среди ярко окрашенных и ароматных диких цветов высокогорного луга, наше внимание вскоре привлекли бы к себе гости, приглашённые попировать на этом банкете. Воздух наполнен тысячами летающих насекомых всевозможных размеров, окрасок и форм. Общий шум их работающих крыльев особенно громок; вот раздалось гудение шмеля, пролетевшего прямо над нашими головами. Более мелкие насекомые есть повсюду – от крошечных соломенно-жёлтых трипсов, незаметно пирующих на пыльце внутри цветков, до ловких, как акробаты, мух-журчалок, до мух-жужжал, жуков-златок, ос-помпилид, пчёл и крылатой галереи нарочито ярких бабочек.

Все эти насекомые – посетители цветов, но не все возьмут с собой пыльцу, которая может быть передана следующему цветку в череде их визитов. Некоторые появились здесь, чтобы «резать глотки» цветкам и разграблять их сладкий нектар или красть пыльцу, не выполняя условий негласного договора с цветами. Некоторые насекомые, особенно пчёлы, мухи и бабочки, являются превосходными и надёжными опылителями, которым местная флора «поручает» работу по доставке пыльцы день в день. Давайте теперь отвлечёмся от луговых цветов и изучим многообразие этих опылителей.

Более крупный, чем все остальные вместе взятые, отряд Coleoptera (включающий более 350000 описанных видов по всему миру и множество ещё ожидает своего открытия) – это самый крупный ныне живущий отряд насекомых, и так, вероятно, было всегда. От жуков-блестянок, опылителей каликантуса западного, до специализированных пластинчатоусых жуков, которые забираются в цветки гигантских амазонских водяных лилий и опыляют их – жуки являются клиентами и предпочтительными переносчиками пыльцы у тысяч цветковых растений на многих континентах.

В наши дни примерно 30 семейств жуков заняты трудами по опылению, часто действуя методом, который получил название «беспорядочного» опыления. Хотя этот ярлык ужасно нелестен для этой древней родословной линии необычайно успешных насекомых, он указывает на способ их проникновения в цветок и гастрономические изыскания. Так, жуки-блестянки и стафилины, привлечённые ароматом каликантуса западного, весело хрумкают особыми кормовыми тканями и видоизменёнными лепестками в дополнение к пыльцевым зёрнам. Занятые этим делом, не забывая многократно спариваться и испражняться, они успешно распространяют гаметы – как каликантуса, так и свои собственные.

Всякий раз, когда кровожадная самка комара, надоедливо жужжа, летает вокруг наших голов в тёмной комнате, мы вряд ли станем благодарить самцов её вида за опыление редких орхидей на торфяных болотах Висконсина. Однако самцы комаров разыскивают нектароносные орхидеи и другие растения и являются надёжными опылителями во многих частях света. На высокогорных лугах в области умеренного климата часто встречаются десятки видов, ползающих по открытым, широким скоплениям цветков на растениях вроде борщевика Мантегацци. Наше внимание отвлекают жужжание высокого тона и стремительные движения пушистой и золотистой мухи-жужжала с чёрным клювообразным ротовым аппаратом, который используется для извлечения нектара из цветов, растущих по соседству. Итак, мухи – это чрезвычайно разнообразные и важные опылители во всём мире. Отряд Diptera, к которому они принадлежат, включает более 150000 описанных видов. А среди тех видов, которые любят вкушать пищу, поданную на половинке лепестка, имеется, по меньшей мере, 45 семейств мух, которые обычно посещают цветы.

Трубчатые цветки, которые часто бывают розового или жёлтого цвета со сладким запахом и обильным нектаром в глубине, привлекают тех красавиц с чешуйчатыми крыльями, за которыми охотятся «бабочники» (новая порода охотников за бабочками, которые охотятся с помощью бинокля, записной книжки и карандаша). Дневные бабочки активны днём и насчитывают примерно 16 семейств, представители которых регулярно посещают цветы в поисках нектара. Отряд Lepidoptera, к которому принадлежат ночные и дневные бабочки, согласно текущим оценкам современных специалистов в области таксономии, включает не менее 100000 ныне живущих видов. Несведущий в энтомологии человек может удивиться, когда узнает, что ночные бабочки, кузены дневных видов (на самом деле дневные бабочки, вероятно, произошли эволюционным путём от далёких ночных предков), превосходят их численностью в соотношении примерно до десяти к одному. И ещё ночные бабочки – это чрезвычайно важные опылители растений, цветущих по ночам, включая дурман священный и многие кактусы.

Пусть и не столь многочисленные, как пчёлы, осы, их «коллеги» по отряду Hymenoptera, также опыляют некоторые цветы. На американском Юго-западе многие осы-помпилиды (вроде гигантского Pepsis, охотящегося на птицеедов) – важные посетители цветов и опылители местных видов ластовня. Аналогичным образом цветки норичника особенно хорошо приспособлены к посещению их осами. Многие осы обладают слишком гладкими телами, особенно в сравнении со своими мохнатыми родственницами пчёлами, чтобы переносить на себе много пыльцы. Однако у некоторых ос есть ноги, снабжённые грубыми волосками, которые подходят ля сбора и переноса пыльцы с цветка на цветок, когда они занимаются своим обычным делом – поиском сладкого нектара внутри цветков. Существует примерно от 10 до 15 тысяч видов ос, которые в той или иной степени играют роль опылителей цветковых растений.

Сложно сказать, кто мог бы быть самым крупным в мире опылителем из числа позвоночных – но не потому, что мы не знаем, кто из посетителей цветов является самым большим среди них, а потому, что не знаем, кто из них надёжно переносит пыльцу с цветка на цветок. Однако мы предполагаем, что это достижение принадлежит мадагаскарскому лемуру, который в настоящее время находится под серьёзной угрозой исчезновения. По сравнению с самой крошечной пчелой (Perdita minima) или с трипсом лемур вари оказывается в тысячу раз крупнее их, считая от головы до кончика хвоста – всего около 4 футов длиной. Это самый крупный из четвероногих лемуров, пока ещё оставшихся на этой планете. Этот лемур также находится под значительно большей угрозой исчезновения, чем самая крошечная из пчёл – не только из-за продолжающегося уничтожения низинных тропических лесов Мадагаскара, но также и потому, что на него охотятся и ставят ловушки – он считается деликатесной едой для людей на всём протяжении своего ограниченного ареала. В дикой природе остаётся от 1000 до 10000 этих лемуров. Около 500 особей содержатся в неволе в сотне разных зоопарков по всему миру. Подвид Varecia variegata variegata считается находящимся под угрозой вымирания согласно критериям Международного союза охраны природы. Международное общество сохранения природы присвоило его охране и защите мест обитания уровень «высокого приоритета», поскольку он остаётся популярным объектом охоты на Мадагаскаре.

В знаменитом недавнем исследовании, подтверждающем, что крупные нелетающие млекопитающие могут быть успешными опылителями, Хиллари Морланд из Общества охраны дикой природы провела несколько сезонов, наблюдая за 10-фунтовыми лемурами вари. Эти лемуры жили в лесу из «дерева путешественников» (Ravenala madagascarensis). Это необычное растение, считающееся национальным деревом Мадагаскара, имеет одиночный ствол, похожий на пальмовый, который может вырастать на 100 футов в высоту, прежде чем на нём раскроется единственный вертикальный веер из листьев, похожих на банановые. На протяжении 40 часов наблюдений в дневное время лемуров видели забирающимися вверх по стволам, и они 57 раз посещали бледно-жёлтые цветки «дерева путешественников». Добравшись до цветоноса, лемуры пользуются своими ловкими руками, чтобы оттянуть жёсткие прицветники, защищающие около дюжины цветков, а затем засовывают свою морду внутрь каждого цветка, чтобы выпить его нектар. Нектар «дерева путешественников» является самой важной после фруктов пищей этого лемура. Похоже, что ни одно другое позвоночное Мадагаскара не обладает сочетанием проворства и силы, необходимым для того, чтобы раскрыть прицветники и получить цветочный нектар «дерева путешественников». Морланд и её коллеги, вне всяких сомнений, подтвердили, что этот 10-фунтовый лемур переносит на своей шерсти пыльцу с одного растения на другое, и что его союз с «деревом путешественников» очень древний.

Конечно, длина от головы до хвоста – это не единственный способ определить максимальный размер опылителя. Другой показатель – это размах крыльев, и некоторые из летучих лисиц раскрывают предплечья, чтобы позволить своим крыльям покрыть пространство шириной в 5 1/2 футов. Самые крупные летучие лисицы, однако, являются в первую очередь пожирателями плодов, и лишь в скромную вторую очередь – посетителями цветов, пьющими нектар. Кроме того, эпизодический перенос ими пыльцы не всегда достигает нужной цели. Но некоторые более мелкие летучие лисицы из рода Pteropus не расходуют понапрасну ресурсы цветов, как делают их родичи-переростки. Род Pteropus включает от 56 до 59 видов, встречающихся от островов Индийского океана на востоке до далёких островов южной части Тихого океана на западе. Бывало, некоторых из них обнаруживали далеко в море, на расстоянии 200 миль от любой суши, так что разумно считать, что летучие лисицы действительно могут быть способны переносить пыльцу на некоторое расстояние между островами.

На островах и полуостровах, где летучие лисицы не представляют редкости, зачастую ощущается нехватка других позвоночных-опылителей. Действительно, многие растения полагаются исключительно на летучих лисиц в переносе пыльцы с растения на растение. Пол Кокс и его коллеги сообщают, что летучими лисицами посещалось более 92 родов растений из 50 различных семейств. К сожалению для растений, которые полагаются на этот вид-«замковый камень», численность многих популяций летучих лисиц подверглась почти столь же резкому снижению, как и в случае с лемурами. На Филиппинах, где в 1920-х годах могли собираться группы до 150000 летучих лисиц, самые крупные скопления в наши дни редко насчитывают больше пары сотен особей. Три вида летучих лисиц с тихоокеанских островов уже вымерли. Двенадцать других видов являются предметом беспокойства МСОП, а Служба охраны рыбных ресурсов и диких животных США присвоила трём видам статус находящихся под угрозой исчезновения на тихоокеанских островах, на которые претендует правительство США.

Во многих отношениях североамериканскими эквивалентами летучих лисиц являются нектароядные виды летучих мышей из семейства американских листоносов (Phyllostomidae). Доказано, что тринадцать родов в подсемействе Glossophaginae являются опылителями самых разных растений: от бананов и древовидной ипомеи до высоких агав и колонновидных кактусов. В одной лишь Мексике имеется 11 нектароядных видов из семи разных родов, и 6 из этих видов не водятся больше нигде, кроме Мексики. Два из них местами являются редкими, и есть неподтверждённые сообщения, что численность нескольких других видов снижается.

Помимо летучих лисиц и нектароядных летучих мышей-листоносов 15 других родов летучих мышей опыляют растения на разных континентах. Все вместе они объединяют ещё не менее 75 видов, которые питаются нектаром или пыльцой сосудистых растений, в том числе некоторых растений, считающихся редкими. Оказывается, непропорционально большой процент из 56 находящихся в угрожаемом положении видов отряда Chiroptera (рукокрылых) составляют потребители нектара, а также опылители – и это также справедливо для десяти видов летучих мышей, которые уже вымерли. Питающиеся нектаром летучие мыши – это значительная часть из 533 видов млекопитающих, считающихся находящимися под угрозой исчезновения в соответствии с данными Глобальной оценки биологического разнообразия.

Сообщается, что другие, нелетающие млекопитающие опыляют некоторые растения, но многие из этих сообщений в лучшем случае вызывают лишь улыбку. Наши коллеги Чарли Дженсен и Джон Терборг проделали колоссальную работу, чтобы установить, что такие нелетающие млекопитающие, как опоссумы, мармозетки и тамарины являются истинными опылителями в неотропических лесах, и другие люди, несомненно, воспользуются их строгой методологией, чтобы добавлять виды в списки опылителей. Но общепризнанные случаи, когда нелетающие млекопитающие выступают в качестве опылителей, поступают главным образом из Австралии, где хоботноголовые кускусы, крапчатые сумчатые мыши, соневидные поссумы, перьехвостые кускусы, сахарные летающие поссумы, щеткохвостые поссумы и пятнистые кускусы входят в число сумчатых, которые регулярно кормятся на цветах. Есть также сообщения об опылении белками, рыженогими крысами, галаго, тупайями, енотами, кинкажу, олинго и длиннохвостыми ласками. Однако многие из этих гостей-млекопитающих повреждают цветы, добывая из них нектар, и проводят необычно много времени на одном и том же дереве, вместо того, чтобы переносить пыльцу с одного растения на другое. Если окажется, что еноты действительно являются настоящими опылителями цветковых растений, они станут чемпионами мира в тяжёлом весе среди опылителей, потому что могут более чем в два с половиной раза превосходить по весу самого толстого лемура вари.

Млекопитающие могут быть самыми крупными позвоночными, которые успешно работают опылителями растений, но они едва ли будут так разнообразны, как пернатые опылители всего мира. Более 1500 видов птиц, как минимум, из 18 семейств действительно являются успешными опылителями растений. Такие обиходные названия, как медососы, цветочницы, цветоеды и медоуказчики[8], указывают на то, что эти виды полагаются на нектар в качестве пищи. Они варьируют в размерах от 2-дюймовых колибри до гавайских ворон, которые крупнее их в десять раз.

Возможно, из всех континентов в Австралии шире всего распространено явление птиц-опылителей. В одной только Австралии хотя бы один вид птиц был замечен в посещении примерно 250 видов растений. Около 70 видов медососов могут успешно опылять австралийские растения. Лорикеты, другие попугаи, белоглазки, артамы, чекановые трясогузки, нектарницы, иволги, личинкоеды-свистуны, шипоклювки, сорокопутовые мухоловки, пищухи, шалашники и сорокопуты также замечались за добыванием пыльцы или нектара из австралийских цветов.

Неудивительно, что медососы и некоторые другие нектароядные птицы обладают щеткообразными языками, что имитирует морфологическую адаптацию к сосанию нектара, обнаруживаемую у некоторых пчёл. Их языки слишком явно эволюционировали для вылизывания липкого нектара. Азиатские цветоеды и медоуказчики, гавайские цветочницы, африканские сахарные медососы, австралазийские медососы, палеотропические белоглазки – все они демонстрируют схожие приспособления к специфическим особенностям цветов вроде длинных трубок и обильного выделения нектара в дневное время. Совершенно очевидно, что неотропические колибри не обладают монополией среди птиц на приспособление к добыванию вознаграждения из цветков.

Тем не менее, по меньшей мере 42 рода кормящихся нектаром птиц по всему миру в настоящее время включают виды, которым угрожает потеря цветочных ресурсов и мест гнездования. Среди них не менее 26 видов колибри считаются находящимися под угрозой полного уничтожения. Некоторые, вроде колибри Дорна и чилийского колибри-эльфа, оказались в угрожающем положении из-за сокращения ресурсов нектара, которое является следствием массового сведения тропических лесов ради расширения сельхозугодий. Кроме того, орнитологов по-прежнему беспокоит судьба примерно 22 других видов отшельников, кокеток, эрионов и металлур из семейства колибри, а также 37 видов белоглазок, 7 цветоедов, 11 медососов, 4 медоуказчиков и 7 трупиалов.

Хотя рыбы умеют ползать, а некоторые планируют и летают, ни одна из них не была указана в качестве опылителя в журналах, которые мы регулярно читаем. То же самое можно сказать о лягушках и саламандрах. Таким образом, снижение численности земноводных по всему миру не будет непосредственно затрагивать процесс образования семян у цветковых растений. Но единственная рептилия, пробралась в наш список опылителей, словно напоминая нам о том, что Мать-Природа редко говорит «никогда». Гекконы – это единственная группа ящериц, которых застали за опылением длинных цветков новозеландского льна – они просовывали свои языки в цветочные трубки, чтобы сосать нектар. Эти замечательные рептилии живут на нескольких прибрежных островках Новой Зеландии, но подвергаются серьёзной опасности исчезновения из-за завезённых птиц и млекопитающих. Во время кормления нектаром эти гекконы часто чешутся об пыльники льна таким образом, что у них на подбородке и горле остаётся много золотистой пыльцы. Оказывается, чешуйки на их горле видоизменены, чтобы удерживать пыльцевые зёрна льна – почти так же, как шерстинки летучей мыши малого листоноса в Аризоне, которые видоизменились, чтобы увеличить площадь их поверхности для эффективного сбора и переноса пыльцы. Затем гекконы уходят, унося с собой часть этой пыльцы на другой цветок, иногда на растении, расположенном на значительном расстоянии от первого.

Если подводить итог вышесказанному, то по нашим консервативным оценкам может существовать от 130 до 200 тысяч видов беспозвоночных и позвоночных, которые регулярно посещают цветы тех высших растений, которые зависят от животных, гарантирующих взаимное перекрёстное опыление. Это число видов животных составляет, как минимум, половину от количества цветковых растений (кроме злаков), описанных для флор континентов мира. Сколько из них является надёжными и успешными опылителями – это ещё предстоит увидеть. И лишь нашим внукам будет суждено узнать, какая часть этих животных и растений выживет в следующие 50 лет, поскольку биологическое разнообразие всей планеты стоит перед лицом беспрецедентной угрозы.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 2.324. Запросов К БД/Cache: 0 / 0
Вверх Вниз