Книга: Жизнь животных в рассказах и картинках по А. Брэму

Медведи

<<< Назад
Вперед >>>

Медведи

Медведь, как волк и лиса, знаком нам с раннего детства по сказкам и басням. Его всякий может узнать по первому взгляду. Туловище медведя короткое и толстое; голова овальная, с вытянутой мордой; шея толстая и короткая; глаза и уши небольшие. На передних и задних ногах по пяти пальцев с длинными когтями. Ходят медведи, ступая сразу на пальцы и пятку, то есть на всю ступню.

Медведи живут в Европе, Азии и Америке. Они встречаются как в самых холодных, так и в жарких странах, на высоких горах и на берегах Северного Ледовитого океана. Почти все виды медведей селятся в густых обширных лесах или в горных местностях и живут большей частью уединенно. Одни роют себе в земле берлоги, другие прячутся в дуплах деревьев или в горных пещерах. Почти все они ведут ночной образ жизни. Многие виды медведей способны питаться одной растительной пищей. Они едят не только плоды и ягоды, но и зерна хлебных растений, коренья, сочные травы, почки деревьев и цветов. Из животной пищи едят раков, улиток, червей, насекомых и их личинок, рыбу, птиц и птичьи яйца, различных млекопитающих и даже падаль. Медведи иногда нападают на домашний скот, забираются в хлевы и амбары. Для человека даже самые сильные и большие медведи опасны только тогда, когда их раздразнят, испугают или ранят.

Медведей не совсем правильно считают неуклюжими и медлительными. Большие медведи, хотя они, действительно, грацией не отличаются, способны, когда им нужно, к быстрым и ловким движениям и могут довольно быстро и долго бежать. При ходьбе медведи осторожно передвигают ноги, при поспешном беге мчатся галопом. На задние лапы становятся все медведи. Неуклюже покачиваясь, стоя на задних лапах, они могут сделать несколько шагов. По деревьям они лазают довольно хорошо. Медведи отличаются большой силой и утаскивают крупную и тяжелую добычу. У них прекрасное обоняние, тонкий слух и довольно хорошее зрение. Некоторые виды понятливы и поддаются дрессировке. Их можно приручить, но они не проявляют особой привязанности к воспитателю, а к старости становятся злыми и раздражительными.

Живущие в северных странах бурые медведи бродят только в течение лета, а с наступлением зимы залегают в спячку. Однако их зимний сон больше похож на дремоту, от которой они пробуждаются, почуяв что-нибудь подозрительное. В спячку не впадают только белые медведи-самцы: они бродят даже в самую сильную стужу, но во время разбушевавшейся метели ложатся в снег, предоставляя пурге засыпать себя, и спокойно спят в таком логовище. Медведица приносит от одного до шести медвежат, которых заботливо выкармливает и защищает от врагов. В уходе за детенышами самец участия не принимает.

Из медведей наиболее известен обыкновенный бурый медведь. Это крупное животное. Длина его туловища доходит до 2 метров, а высота у зашейка — до 1? метра. Коротенький хвост в длину не более 8 сантиметров. Вес колеблется от 150 до 350 килограммов. Густая шерсть не у всех медведей этого вида одинаковой окраски. Цвет ее бывает разных оттенков: от черно-бурого до соломенно-желтого.

Бурый медведь водится в Европейской части СССР от южной границы тундр по большим лесам к югу до Черниговщины, Кавказа и Башкирской республики. В большом количестве эти медведи встречаются в лесах Кавказа. В Сибири они живут всюду до южных границ леса. В Западной Европе бурые медведи сохранились в Скандинавии и глухих горных лесах Карпат и южных полуостровов.


Бурый медведь.

Обыкновенный бурый медведь — иноходец, то есть при ходьбе и беге он одновременно становится то на обе правые, то на обе левые лапы. Галопом он легко догоняет человека. На гору бежит скорее, чем по ровному месту, так как задние ноги у него длиннее передних, но с горы спускается медленно, осторожно, чтобы не кувыркнуться через голову. Медведь хорошо плавает. Огромная сила и крепкие когти облегчают ему лазанье по деревьям и крутым скалам. Обоняние и слух у него развиты хорошо, зрение — слабее. Натуралисты и охотники, хорошо изучили жизнь медведей и написали много книг о медведях, живущих в нашем Союзе. Медведь — довольно мирное животное. Не было случая, чтобы медведь при встрече с человеком сам напал на него. Он или убегает, или, чувствуя свою силу, не обращает на человека никакого внимания, только отрывисто ворчит. Опасны для человека медведица, защищающая своих медвежат, или раненый зверь.

В пище бурый медведь не особенно разборчив. Месяцами он довольствуется зеленью сочных растений, корневищами, лесными ягодами, жолудями, кедровыми или буковыми орешками. Охотно ловит грызунов, ест муравьев и их куколок. Больше всего он любит мед: нападает на пчельники и разламывает ульи. Пчелы сильно жалят медведя, он катается от боли по земле, спасаясь от злых насекомых, и, чтобы вырвать вонзившиеся жала, отчаянно трет лапами морду. Если же ему приходится совсем плохо, он бежит без оглядки, однако вскоре опять возвращается на пчельник и снова вступает в борьбу за любимое лакомство.

Когда начинают поспевать хлеба, особенно овес и кукуруза, бурый медведь появляется в полях. Он садится на землю и, медленно передвигаясь в таком положении, пригибает ко рту зреющие колосья. Так за одну ночь медведь опустошает довольно большие пространства. Не менее любимая пища медведя — жолуди. К моменту их созревания медведи собираются в дубовых лесах. Пока растительная пища в изобилии, медведь довольствуется ею, но как только голод начинает его мучить, он превращается в настоящего хищника. Нападая на корову, медведь старается утомить ее преследованием, особенно там, где скот пасется в горах. Иногда ему удается сбросить корову в пропасть, после чего он сам осторожно спускается вниз и наедается досыта. У нас медведи тоже нападают и на рогатый скот и на лошадей. Сила этого зверя полностью проявляется во время его охоты. По словам Брэма, один медведь загрыз и вытащил из охотничьей ямы попавшего туда лося весом в 300 килограммов, а потом проволок его целых полкилометра по болоту.

Из дичи бурый медведь преследует лосей, кабанов, косуль, также глухарей, тетеревов и рябчиков. Он подкрадывается к добыче или подкарауливает ее в засаде. Прячется он обыкновенно в чащах сосны и ельника, густом ивняке, хворосте, ямах, траве и камышах. Если около него пасется стадо, он терпеливо выжидает, когда корова, отдалившись от других, приблизится к его засаде; медведь бросается, сильным ударом по спине старается свалить ее с ног и одолеть, вонзая глубоко в добычу острые и длинные когти передних лап. Он отрывает ими огромные куски мяса вместе с кожей и в то же время перегрызает корове горло. Если на помощь корове подоспеет сильный бык, медведь терпит поражение и обращается в бегство. Большей частью медведи занимаются хищничеством после зимней спячки, когда они особенно голодны, а в лесу подходящей для них растительной пиши еще мало. Впрочем, установлено, что есть медведи, питающие пристрастие к мясу даже при изобилии растительной пищи. Недоеденную добычу медведи заботливо прикрывают хворостом, листьями и мхом, чтобы потом возвратиться к ней и доесть. При случае медведи питаются и падалью.

С приближением зимы бурые медведи приготовляют себе берлоги. Они часто устраивают их на возвышенностях среди низменных и болотистых мест. В лесных чащах медведи выбирают места, где много наваленных ветром деревьев и хвороста. Устраивают берлоги они также в расселинах скал, в камыше и кустарниках и забираются в дупла. Они всегда предпочитают углубления, защищенные от суровых северо-восточных ветров, а если таких естественных углублений нет, сами выкапывают берлоги. Если зима не холодна, то спячка медведя продолжается недолго, а в более теплом климате, например у нас в Закавказье, и в теплых помещениях зоологических садов медведи совсем не засыпают. Во время зимнего лежания в берлоге у медведей линяет кожа на ступнях. Медведи тогда лижут лапы, причем громко ворчат и чмокают. Предполагают, что это «сосание» ускоряет линьку или облегчает боль облупившейся ступни. Во время спячки медведь ничего не ест.

Медведица родит детенышей в декабре или в первой половине января. «Жившая у меня медведица, — говорит Брэм, — принесла пятого января двух детенышей. Еще за три недели до этого она залегла в свою берлогу, где устроила логовище из соломы. После рождения детенышей она несколько дней вовсе не принимала пищи, даже не дотрагивалась до поставленной ей воды. Детенышей она заботливо охраняла и только в начале февраля поднялась со своего ложа, чтобы напиться. С этого дня она стала есть. Один медвежонок умер, а другой уже был ростом с полувзрослого кролика. Через пять недель после рождения у него открылись глаза. В конце марта он уже бегал по своей клетке, а в апреле пустился в более далекие прогулки. Медведица держала его в строгом повиновении, следила за каждым его шагом и силой возвращала на место, если он пытался от нее убежать. Первая попытка медвежонка уйти из-под материнского надзора стоила ему жизни: он заблудился, попал в клетку белых медведей, и они его растерзали».

Интересную сценку из медвежьей жизни в зимнем лесу описывает лесничий-натуралист Кременц. «Медведица лежала, — рассказывает он, — на открытом месте, в болоте, защищенная с севера и востока густым ивняком. День был прекрасный и безоблачный, какие иногда бывают в конце января. Медведица лежала на спине и играла с одним из трех медвежат. Он стоял на задних лапах и влезал матери на брюхо. Двое других боролись на снегу и испускали пока еще не громкие, но уже басовые звуки. Нечаянно я отломил ветку сосны, на которую взлез, чтобы наблюдать. Этот незначительный шум возбудил подозрительность медведицы. Она поднялась и сделала несколько шагов по направлению к сосне. Медвежата бросили драку и мирно присели на корточки посреди поляны. Медведица стояла по крайней мере минуты три, как вкопанная. Она подняла голову, повернув ее к сосне, время от времени поводила ушами. Наконец она вернулась к своему ложу и легла около детенышей, которые тотчас принялись сосать. Однако медведица все еще держала голову кверху и оглядывалась по временам в мою сторону. Я старался сидеть как можно спокойнее, чтобы вновь не обратить на себя внимание. Наконец она совсем успокоилась, почесала себе грудь лапой, оглядела медвежат, растянулась на боку и заснула. Детеныши постепенно отвалились от сосцов, легли, прижавшись друг к другу, и тоже задремали».

В неволе медвежата легко делаются ручными и до шестимесячного возраста очень забавны и подвижны. Они лазают по деревьям, борются, шлепаются в воду, кувыркаются и бегают взад и вперед. Они одинаково ласковы со всеми людьми. Предоставленные самим себе, они по целым часам могут забавляться облизыванием своих лап, ворча и громко причмокивая. Всякое необыкновенное происшествие или незнакомое животное пугает их: они поднимаются на задние лапы и щелкают зубами. Медвежата старше шести месяцев делаются раздражительными и сварливыми, обижают более слабых животных, кусают и ударяют даже своего хозяина. Их удается все же воспитывать и обучать разным фокусам. Кременц рассказывает, что медведи привязываются к дому и к воспитателю. «От прирученных медведей, — говорит он, — которым возвратили свободу и которые могут уже самостоятельно добывать себе пищу, очень трудно освободиться. Три полугодовалых медвежонка, увезенных в мешке за несколько километров от нашего жилья, нашли обратный путь через болота и реки и выразили свою радость возвращения тем, что разбили окна, ворвались через них в дом и с довольным ворчанием улеглись на своем обычном месте. Другой раз медвежонок тоже был вынесен в мешке и оставлен в лесу. Я наблюдал за ним с ивы, окруженной со всех сторон водой. Медвежонок прорвал мешок, посидел немного на месте, осмотрелся кругом и стал бегать и обнюхивать землю. Напав на мой след, он с радостным ворчанием побежал по нему до воды, где и потерял его. Он беспомощно остановился, поднялся на задние лапы и жалобно завыл. Потом вернулся назад, описал большую дугу, попал под ветер и, подняв нос вверх, учуял меня. Несмотря на воду, он нашел путь к моей иве и пытался взлезть на нее. Я принужден был взять его обратно домой».

Охота на медведей не лишена опасности; но страшные истории, которые о них раньше рассказывали, нужно считать вымыслом. Хорошие собаки, которых боятся медведи, хладнокровие и верная рука охотника делают охоту всегда удачной. «Очень распространенное мнение, — пишет Кременц, — что медведи при нападении всегда поднимаются на задние лапы, совершенно ошибочно. Я собственноручно убил двадцать девять медведей, видел, как были застрелены шестьдесят пять медведей другими охотниками, видел, как эти звери нападают, и сам не раз испытал их нападение. При мне только один раз медведь, в другой раз медведица, нападая, поднимались на задние лапы и шли некоторое расстояние навстречу врагу. Нападение медведя всегда внезапно и быстро, он стремится поразить противника могучим ударом передней лапы или иногда, подбежав рысью, быстро поднимается на задние лапы вблизи охотника, валит его, наносит удар за ударом или кусает. Однако, если недалеко есть люди или собаки, медведь бросает своего врага и старается убежать».

У нас добывают ежегодно от трех до четырех тысяч бурых медведей. Мясо их едят; особенно ценятся копченые окорока жирных медведей. Мех медведя ценится весьма различно, но тем дороже, чем больше по размерам шкура и чем темнее цвет шерсти.

Ближайшим родственником бурого медведя следует считать живущего в Северной Америке серого медведя, или гризли. Строением тела и внешностью он очень похож на нашего медведя, но больше, тяжелее и сильнее его. Плечи, горло и брюхо у гризли покрыты темнокоричневыми волосами со светлыми кончиками. Общий цвет меха часто переходит в серый или светлобурый с серебристым или золотистым отливом.

Гризли живет в Северной Америке, начиная от полярного берега Аляски до Сиерра-Мадре в Мексике. Чем ближе к западу, тем он чаще встречается, особенно в горах. По своему образу жизни серый медведь очень сходен с нашим. Зимой он тоже впадает в спячку. При ходьбе он переваливается и раскачивается сильнее, чем бурый. У себя на родине он самый сильный хищник и легко справляется с любым животным.

В прежнее время о гризли рассказывали много страшных историй и сильно преувеличивали его свирепость. Но все эти преувеличения давно разоблачены целым рядом позднейших наблюдений. Наиболее интересны сведения, сообщаемые знаменитым охотником Мерси, проведшим тридцать лет в американских лесах и пустынях.


Серый медведь, или гризли.

«После всего того, — говорит этот охотник, — что я слышал в молодости о сером медведе, я готов был думать, что гризли самое свирепое создание в мире. Я считал, что убить такого зверя — значит совершить героический подвиг. Это убеждение было так прочно, что я никогда в то время не решился бы стрелять в него, если бы встретился с ним один и пеший. Гризли, конечно, хозяин американских лесов и по силе превосходит всех других зверей, но мой взгляд на его свирепость значительно изменился с тех пор, как я приобрел опыт в охотничьем деле. Однажды я ехал по ровному месту между рукавами реки и неожиданно наткнулся на большую медведицу с двумя детенышами. Она спокойно лежала в открытой прерии. Так как мне впервые тогда пришлось один-на-один встретиться с этим страшным зверем, то мной овладело волнение и беспокойство. Но я решил напасть на медведицу. Лошадь моя была вполне надежна. Проверив еще раз, в порядке ли сбруя и оружие, я приблизился к зверю на расстояние ста шагов. Только тогда медведица заметила меня, приподнялась на задние лапы и стала меня рассматривать. Я воспользовался этим и выстрелил, но дал промах. Медведица вместе с детенышами бросилась бежать. Я выстрелил ей вслед и попал в заднюю часть туловища. Она ускорила бег, бросив отставших детенышей. Я преследовал ее на лошади и убил четырьмя выстрелами. Во время погони я несколько раз подъезжал к ней очень близко, но она ни разу не подумала защищаться. Я встречал много серых медведей, но ни один из них не пытался защищаться, и все старались только спастись бегством. На основании моего дальнейшего опыта я могу сказать об этом медведе, что в первую минуту испуга при нападении на его берлогу он действительно может броситься на противника. Я считаю возможным, что иногда особенно свирепый зверь нападает среди прерий на пешехода и даже на всадника; но такие случаи вообще редки».

Образ жизни, поведение и пища серого медведя таковы же, как и нашего бурого медведя. В молодости гризли легко приручается и бывает очень забавным.

Тибетский медведь, называемый также гималайским, широко распространен в Южной Азии и горной системе Гималаев. У нас он нередок в лесах Приморья и Уссурийского края. Шерсть этого медведя черная; на груди яркое пятно белого или желтоватого цвета, похожее на галстук. Тибетский медведь гораздо стройнее и красивее обыкновенного.

Образ жизни его мало известен. Говорят, что он редко нападает на оленей, коров и лошадей, ест плоды и овощи, любит мед. Во время своих ночных походов всегда бежит от человека. У нас в юго-восточной Сибири он живет в самых густых лесах, где, по словам местных жителей, много времени проводит на деревьях. На зиму он чаще всего залегает в дупла деревьев.

Тибетский медведь встречается почти во всех больших зоологических садах.


Тибетский медведь.

Белый, полярный медведь, или ошкуй, гораздо больше других медведей. Высота крупных ошкуев доходит у зашейка почти до 1? метров, а длина туловища — почти до 3 метров, при весе до 800 килограммов. У ошкуя длинный, косматый и густой мех белого цвета. Времена года не вызывают никаких перемен ни в цвете, ни в густоте меха.

Живет ошкуй на пловучих льдах Северного Ледовитого океана, редко выходит на сушу и почти никогда не удаляется от воды. Он встречается во всех полярных странах, то есть имеет кругополярное распространение. Белый медведь рыщет среди льдов, не страшась никаких других существ. Он равнодушен к леденящему холоду и страшным полярным метелям.

«Настоящим медвежьим царством, — говорит Пехуэль-Леше, — можно назвать необитаемый остров Диомида в Беринговом море. Однажды мы увидели здесь на ледяном поле многочисленное собрание медведей. Собрались они безусловно неспроста. Мы стали ждать, чтобы выяснить это. К берегу приплыло распухшее тело кита, которым медведи и лакомились. Интересно было видеть, как эти белые животные, испачканные кровью и внутренностями, пользовались своим береговым правом. Нашим прибытием они были, видимо, недовольны и не имели ни малейшего желания уступить свою добычу приближающейся лодке. Когда же самый рослый из них упал с простреленной головой, а другой был тяжело ранен, остальные стали убегать с поразительной быстротой. Но, когда мы вышли на берег, они кружились вокруг нас на почтительном расстоянии, как стая разъяренных волков, производя неуклюжие угрожающие движения и ожидая нашего отплытия».


Полярный, или белый, медведь.

Белые медведи — очень выносливые пловцы. Они целыми часами двигаются по воде, проплывая 5 километров в час. В продолжение одного дня ошкуй проплывает большие пространства, и часто его можно встретить в открытом море, далеко от берега и льдов.

Эти звери прекрасно ныряют и умеют ловить рыбу. На суше походка белого медведя медленна и осмотрительна, но когда он пускается неуклюжей рысью или галопом, то двигается по неровному льду с большой быстротой. Из чувств у этих медведей тонки зрение и обоняние. Когда ошкуи странствуют по большим льдинам, они взбираются на ледяные торосы и оттуда высматривают добычу. Очень далеко медведь чует мертвого кита или кусок поджаренного сала. Страшная сила ошкуев, которой они превосходят всех других медведей, и ловкость движений в воде помогают им легко ловить тюленей. Если ошкуй издалека заметит лежащего на льдине тюленя, то бесшумно погружается в воду и подплывает к своей добыче против ветра. Тюлени обычно лежат вблизи отверстий или расщелин льдов, куда уходят при опасности. Этим и пользуется медведь: он ныряет под лед и с замечательной точностью находит тюленьи убежища. Страшная голова опасного врага неожиданно появляется перед беспомощным тюленем в его собственном доме, отрезая путь к спасению. На наземных животных — северных оленей, песцов и леммингов — белые медведи нападают только тогда, когда море не дает им достаточно пищи. Они едят иногда водоросли, ягоды, мох и яйца птиц на птичьих базарах. Самцы и молодые самки совсем не впадают в спячку. Беременные же медведицы уходят к зиме на сушу и под скалами или нависшими глыбами льда роют в снегу берлоги. Вскоре снег толстым слоем покрывает логовище и делает его теплым. Залегает медведица в берлогу сильно упитанной. В самое холодное время она рождает от одного до трех детенышей и лежит с ними до появления весеннего солнца. В апреле медвежата достигают роста пуделя, сопровождают мать на охоту, плавают и гоняются за рыбой. Мореплаватели и китоловы рассказывают трогательные истории о самоотверженности белых медведиц. «За медведицей, — говорит Скоресби, — у которой было двое детенышей, гнались вооруженные матросы. Сначала, казалось, она хотела увлечь медвежат за собой: она забегала вперед, беспрестанно оглядывалась и встревоженным голосом побуждала их к побегу. Когда же враги заметно приблизились, она буквально стала гнать медвежат впереди себя, толкая их изо всех сил, пока совсем не скрылась». Другая медведица, поднятая собаками путешественника Кэна, несла своего медвежонка, притискивая его подбородком к груди или держа в зубах. Время от времени она оборачивалась и отгоняла преследующих ее собак. Когда ее застрелили, медвежонок влез на труп матери и отбивался от собак, пока не застрелили и его.

«Где живут тюлени и моржи, — говорит Пехуэль-Леше, — там есть и белые медведи. Нам доставляло всегда большое удовольствие следить за движениями этих хищников, когда они то тут, то там показывались среди неровностей ледяной поверхности, переплывали воду и поднимались на ледяные скалы, чтоб осмотреться и отыскать тюленя. Мы встречали их вблизи берегов и в открытом море на расстоянии дня пути от берега, большей частью на льдинах. Неутомимо обходят они свое полярное царство, питаясь всем, что могут добыть. Насытившись, они забавляются разными играми и борются друг с другом на льду. На местах, где они играют, снег совершенно утоптан. Они скатываются со склонов холмов и оставляют широкие следы своего тела и клочки шерсти».

Белые медведи избегают нападать на человека, но при крайнем раздражении или при сильном голоде случается, что они преследуют его. «У западного берега Шпицбергена, — пишет путешественник Кюкенталь, — на ледяном мысе мы встретили большое количество белых медведей, из которых за шесть недель убили восемнадцать, а двух медвежат захватили живыми. Звери появлялись то отдельно, то семьями, то группами. Семейства состояли всегда из матери и одного или двух детенышей. На южной губе пролива Гинлопен мы видели около семнадцати медведей, бродящих по льду. Медведь на человека обыкновенно не нападает. Он убегает от него, когда может, даже раненный. Только раз мы видели нападение этого зверя на человека. Наш гарпунщик пошел с двумя охотниками, вооруженными только ломами, на льдину невдалеке от судна. Там они увидели большого медведя. Чтобы загнать медведя в воду и без труда убить его, они разделились и пошли в обход зверя. Медведь вдруг остановился, прислушался и помчался во весь опор на одного из охотников. Тот перепрыгнул с мягкого снега на твердую льдину и нанес ломом удар нападавшему зверю. Медведь отступил шага на два и снова стал наступать. Несмотря на несколько удачных ударов, нанесенных ему в голову, он не отступал и так близко подошел к человеку, что тот принужден был защищаться топором-ледорубом. В этот критический момент гарпунщик наконец подбежал к месту борьбы и выстрелил. Раненый медведь продолжал наступать. Следующий выстрел был для него смертельным. Когда мы свежевали этого медведя, то обнаружили, что желудок его был совершенно пуст, а слой жира, достигающий обыкновенно у медведей толщины в два пальца, у него совсем исчез. Было ясно, что животное кинулось на человека лишь потому, что было сильно голодно».

На крайнем севере белые медведи расхищают склады. «Они имеют неприятное обыкновение, — говорит Брэм, — отыскивать и присваивать запасы, которые северные путешественники прячут в определенных местах ледяных пустынь, чтобы потом в случае нужды ими воспользоваться. Деревянные избушки с такими запасами медведи разрушают, каменные кучи разбрасывают, бочки и сундуки взламывают и уничтожают все, что могут проглотить. Полярный путешественник Кэн рассказывает, что эти грабители, кроме мяса и морских сухарей, съели кофе, паруса и американский флаг. Только с железным сундуком они не могли справиться. По словам Тобизена, медведи опустошили две бочки с рыбой, которые он оставил в зимнем помещении. Во время экспедиции Мак-Клура для спасения Франклина охотники убили медведя, желудок которого был наполнен изюмом, ветчиной, табаком и пластырями. Это угощение ошкуй мог получить только при разграблении какого-нибудь склада. У немецких полярных путешественников белые медведи утащили астрономические аппараты и железные крючки, съели в санях сахар, стеариновые свечи, разжевали каучуковые фляжки, пакеты с табаком и вытянули пробку из водочной бутылки».

За белым медведем охотятся всюду из-за его мяса, жира и меха. Его ловят в капканы, убивают огнестрельным оружием и копьями. Однако в ловушку заманить его трудно. «Капитан китоловного судна, — рассказывает Скоресби, — которому очень хотелось достать себе медведя, не повредив его шкуры, попробовал поймать его петлей, спрятанной в снегу. Для приманки он положил кусок китового сала. Медведь скоро был привлечен запахом жареного жира, но, схватив приманку, заметил, что нога его попала в петлю. Тогда он бросил сало, осторожно другой лапой освободился от петли и медленно ушел с добычей. Съев спокойно первый кусок, он пришел опять. На этот раз он стал осторожнее и прежде всего оттолкнул в сторону подозрительную веревку, а потом унес приманку. Тогда петлю положили поглубже, а приманку — в углубление в самой середине петли. Медведь снова подошел, обнюхал все место кругом, разгреб лапами снег, опять оттолкнул петлю и еще раз безнаказанно завладел угощением».

У нас в СССР на полярных островах и по побережью Сибири ежегодно убивают от ста до трехсот медведей. У европейских берегов (западнее Югорского Шара) медведь почти истреблен и даже редок по южным берегам Карского моря. Больше бьют медведей на Новой Земле и Чукотском побережье.

Пойманные в ранней юности, белые медведи делаются ручными и до известной степени дрессируются. Они позволяют своему воспитателю посещать их в клетке и играют с ним. Неволю переносят плохо, даже у себя на родине; в раннем детстве чувствуют себя нехорошо под крышей и с большой радостью катаются по снегу и льду, попав на двор. В широком помещении с глубоким и большим водным бассейном, как у нас в Московском зоопарке, они чувствуют себя хорошо, по целым часам плавают, купаются и играют друг с другом. К пище они нетребовательны. Молодым дают молоко и хлеб, взрослым — мясо, рыбу. У нас они спят ночью, днем же бодрствуют, хотя временами отдыхают, лежа на брюхе или сидя на задних лапах, как собака. К старости они становятся раздражительными. При хорошем уходе белые медведи живут долго и размножаются в неволе. Известен случай, когда пойманный в молодости и воспитанный в зоологическом саду белый медведь прожил двадцать два года, а медведи Лондонского зоологического сада прожили двадцать лет и три раза приносили детенышей.


<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 0.596. Запросов К БД/Cache: 2 / 0
Вверх Вниз