Книга: Я познаю мир. Горы

Как осуществилась мечта

<<< Назад
Вперед >>>

Как осуществилась мечта

Каждая вершина имеет неповторимую историю приобщения к ней людей. Ну а такая знаменитость, как Монблан, конечно, обзавелась своей историей, полной тайн, приключений, необычайных происшествий с восходителями.

Восхождение на вершину назревало неотвратимо, становилось велением времени, и ускорил это Гораций Бенедикт Соссюр. Впечатлительный двадцатилетний женевец приехал к подножию красавицы горы и был просто очарован ею при таком близком свидании. Правда, несмотря на весь юношеский пыл, у него хватило самообладания не идти на штурм сразу. К поэтическому восторгу примешивался и трезвый расчет начинающего ученого–физика. Кроме того, для серьезного предприятия необходимы обстоятельная подготовка, целая свита проводников и носильщиков.

Затаив мечту при этом первом посещении подножия, он подзадорил горцев в долине Шамони: объявил довольно значительную денежную награду тому, кто найдет дорогу на Монблан. Впрочем, охотники даже при таком поощрении нашлись не сразу. Прошло целых полтора десятка лет, прежде чем были сделаны первые попытки. Да и то неудачные.

Может быть, и не торопился бы Жак Бальма раскрывать свою тайну, но дошел до него слух, что местный деревенский врач Паккар собирается тоже на Монблан. Сговорились они сделать, это сообща, вдвоем. Но другим – ни слова о задуманном. Даже разными тропками вышли из деревни, чтобы не вызвать подозрений.

Потом на все лады рассказывали в Шамони о необыкновенных трудностях. Ночевка высоко на скалах еще прошла так–сяк. Но уже к окончанию этого подъема, говорят, Паккар не шел, а полз йа четвереньках. Но все же дополз. Хотя и не смог встать, выпрямиться во весь рост, как это сделал Бальма. Поэтому и видели жители Шамони в подзорную трубу его одного (видимо, все–таки кое–кто из близких был предупрежден о затее смельчаков).

Возвратились с опухшими лицами, окровавленными, потрескавшимися губами, почерневшие и исхудавшие... После трех дней отсутствия их узнавали только по голосу. А еще – самое страшное – оказались они ослепленными солнечными лучами. Пострадали от снежной слепоты оба: Паккар не видел вовсе, а Бальма – частично. Но уже через несколько дней зрение вернулось полностью. Одни радовались их победе, а другие злословили по поводу греховной затеи.

Жак Бальма не стал дожидаться Соссюра и поехал к нему в Женеву сам. Рассказ о восхождении так взволновал ученого, что он собрался безотлагательно взойти по найденному пути на вершину и отправился в путь.

Но Монблан в те дни как будто испытывал его терпение: на его склонах разразилась буря, да еще с дождем, снегом и градом. И хорошо, что укрылись в пещере, иначе несдобровать бы отчаянным путникам. Первая попытка не удалась.

Зато уж в августе следующего, 1787 года с 18 проводниками во главе с неугомонным Жаком Бальма группа направилась к заветной цели. Более всего был опасен ледник: он пересечен извилистыми глубокими, а иногда и широкими трещинами. В этом лабиринте надо было не просто карабкаться, но и прикидывать, как лучше спускаться на дно, обойти преграду или рубить во льду ступени. Вскоре пришло ощущение вялости, тошноты, в голове мутилось. Вторая ночевка. Еще несколько переходов, и вот он, желанный заснеженный клочок земли, ради которого принято столько мук. Минуты, которых Соссюр дожидался 27 лет.

Потом он напишет об охвативших его чувствах. А пока что, несмотря на тошноту и стеснение в груди, занялся размещением приборов. Для удобства работы сюда доставили даже небольшой столик. Среди научных наблюдений и подтверждение высоты Монблана – 4807 м. Сомневаться не приходилось – это главенствующая вершина не только в Альпах, но и на всем Европейском континенте.

Увлекшись наблюдениями, Соссюр не заметил, как пролетело время. Оказалось, что на вершине они пробыли более четырех часов. Пора и честь знать: грозная вершина и так проявила доброжелательность к своим гостям – обошлось без погодных и лавинных каверз. Надо было торопиться к подножию.

По возвращении радость женевского ученого разделяли не только родные и друзья. Вся Европа заговорила об успешном восхождении. Соссюр – ученая знаменитость. И на длительное время забылось имя первовосходителя – простого крестьянского парня.

Восхождения к славе совершаются по–разному. Для того чтобы покорить «Проклятую гору» (так именовался Монблан среди горцев очень длительное время – вплоть до половины XVIII столетия), нужны были и завидная смелость, и незаурядная настойчивость. Да это и понятно – коль не подпускала она к себе даже местных жителей, то не иначе как витали над ней злые духи. Многим потом Монблан даже силуэтом напоминал топор. А к иным возмутителям его спокойствия он поворачивался прямо–таки своим лезвием.

Горная фортуна оказалась дамой капризной. Она отдала свое предпочтение другому – доктору из Шамони Мишелю Паккару. В тот памятный 1787 год он, как известно, поднялся на Монблан с крестьянином Жаком Бальма. Разгорелся спор честолюбий. Нашлись патриоты, которые отдавали пальму первенства выходцу из народа – крестьянскому сыну, прирожденному горцу. Против доктора–интеллигента поднялась травля и клевета. Его сообщение, что на восхождение потребовались одни сутки, сочли за хвастливую легенду.

В эту кампанию зависти, ревности и просто скандальных слухов мог бы вмешаться авторитетный Соссюр. Но он счел более удобным подробно рассказать о своем покорении Монблана.

«Мне казалось, – писал он, – что это сон, когда я увидел под ногами величественные грозные вершины...» Соссюр наслаждался осуществленной мечтой. И, возможно, не без некоторой горечи – все–таки он не первый...

К спору о первенстве возвращались еще не раз на протяжении десятилетий. В 1832 году к нему подключился известный романист А. Дюма–отец, бравший интервью у самого альпиниста–крестьянина. Накал страстей не прояснил истины. И лишь потомки уже спокойнее по документам и свидетельствам воздали должное и Мишелю Паккарду. Да и Соссюру тоже. Славы, если она подлинная, хватает на всех.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 1.207. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
Вверх Вниз