Книга: Зависимый мозг. От курения до соцсетей: почему мы заводим вредные привычки и как от них избавиться

Взять реванш

<<< Назад
Вперед >>>

Взять реванш

Я обсудил вероятность распространения принципов обучения на основе вознаграждения на сферу этичного поведения со своим другом, философом Джейком Дэйвисом. Это казалось подходящей темой для беседы с бывшим монахом, который, живя в монастыре, соблюдал свод повседневных жизненных правил (виная). Сколько же правил у них было? В традиции тхеравады имеется более 200 правил для монахов и более 300 — для монахинь (примечательная разница). Он согласился, что было бы интересно исследовать этику как поведение, которому можно научиться. Он начал анализировать этот вопрос и несколько лет спустя получил докторскую степень после успешной защиты своей 165-страничной диссертации на тему «Осознанные действия: внимание и этика эмоций»[87].

В своей работе Джейк отходит от концепции морального релятивизма, согласно которой нравственные суждения являются верными или неверными лишь с определенной точки зрения (например, будучи принятыми в той или иной культуре или в тот или иной исторический период). В качестве примера такого типа релятивизма он использует ситуацию «убийства за честь семьи» молодых женщин, которые подверглись изнасилованию. Некоторые могут считать эту практику аморальной, в то время как другие ее полностью поддерживают, полагая, что такие традиционные убийства необходимы для сохранения хорошей репутации семьи. Вместо того чтобы опираться на релятивизм, Джейк рассматривает индивидуальную эмоциональную мотивацию в качестве предмета этической оценки. Он сформулировал это следующим образом: «Имеет ли этическое значение то, что мы чувствуем по поводу того, что мы чувствуем?» (курсив мой) Иными словами, может ли обучение на основе вознаграждения в сочетании с практикой внимательности (в данном случае с буддийской этикой) сформировать индивидуальную ситуационную этику? Можем ли мы принимать моральные решения, отталкиваясь от результатов наших действий? На протяжении своей диссертации Джейк анализирует несколько этических концепций, включая аристотелевскую этику Филиппы Фут, утилитаризм Джона Стюарта Милля, теории Иммануила Канта и Дэвида Юма и даже гедонизм. Он сопоставляет все эти концепции с философской точки зрения и указывает на их потенциальные ограничения.

Далее Джейк анализирует данные современной психологии. Почему так происходит, что в определенных ситуациях мы согласны потерять деньги, чтобы кого-то наказать, если считаем, что этот человек поступил с нами несправедливо? В процессе исследования вопросов морали используется игра, называемая «Ультиматум», которая специально разработана для изучения данной тенденции. Участник А (обычно это компьютерная программа, но на монитор часто выводится изображение реального человека) предлагает участнику Б (настоящему участнику эксперимента) разделить с ним определенное количество денег. Участник Б решает, принять предложенную долю или отклонить. Если Б отказывается, то ни один из участников ничего не получает. После проверки многочисленных сценариев с учетом того, какие предложения Б принимает, а от каких отказывается, можно определить «справедливые пропорции распределения». Участники игры сообщают о возникновении и нарастании таких эмоций, как гнев и отвращение, когда они чувствуют, что их партнер «ведет нечестную игру»[88].

Однако медитаторы в таких ситуациях вели себя более альтруистично, охотнее принимая менее справедливые предложения, по сравнению с людьми, не практикующими медитацию[89]. Ульрих Кирк и его коллеги проанализировали данное явление, измеряя активность мозга участников в ходе игры «Ультиматум». Они изучали переднюю островковую долю большого мозга — участок, связанный с осознанием состояний тела, в частности эмоциональных реакций (таких как, например, отвращение). Как выяснили ученые, степень активности этого участка мозга позволяла спрогнозировать, будет ли отвергнуто несправедливое предложение[90]. Кирк обнаружил, что у медитаторов наблюдалось снижение активности передней островковой доли большого мозга по сравнению с людьми, не практикующими медитацию. Исследователи предположили, что снижение уровня активности «позволяло им исключать негативные эмоциональные реакции из своего поведения». Возможно, им легче было заметить, что их эмоции усиливаются и затмевают здравый смысл (то есть заставляют их идти на поводу у субъективной установки под названием «справедливость»). Не видя для себя награды в наказании второго участника, они решали отказаться от варианта поведения, к которому их подталкивали эмоции. Они были способны выйти из петли привычки, выражаемой фразой «Я тебе отомщу!», так как она не приносила им такого вознаграждения, как другие варианты реакций. Как указывает Джейк в своей диссертации, «издержки “карающей” реакции, вполне возможно, перевешивают ее преимущества». Оставляя в стороне вопрос справедливости, заметим, что гораздо менее приятно быть плохим человеком, чем хорошим по отношению к окружающим людям.

Джейк приходит к выводу, что мы действительно можем обучаться этическим ценностям, которые опираются на культурные и ситуационные нормы (и под воздействием субъективных установок имеют тенденцию соответствовать этим нормам). Увязывая свои аргументы с принципами бихевиористской психологии и нейробиологии, он утверждает, что «апеллируя к этическим суждениям, которые выносили бы все члены нашего морального человеческого сообщества, если бы всегда были внимательны и объективны, мы можем вполне логично обосновать идею о том, что индивидуумы и группы иногда понимают нормы правильно, а иногда нет». Иными словами, осознавать свои субъективные предрассудки, которые опираются на предыдущие реакции, чтобы обучиться общечеловеческой этике.

С этим, похоже, согласен и Стивен Бэчелор. В своей книге «Что такое буддизм? Как жить по принципам Будды» он пишет, что «развитие осознания влечет за собой фундаментальный пересмотр восприимчивости человека к чувствам, потребностям, желаниям и страхам других людей». Он продолжает: «Внимательность означает возникновение эмпатии к состоянию и проблемам окружающих людей, которые можно понять путем более внимательного наблюдения за языком их тела». Иными словами, внимательность помогает ясно видеть происходящее вокруг. Он приходит к выводу, что эта ясность важна для подавления «внутренне присущей нам склонности к эгоизму», что, в свою очередь, позволяет избавиться от «зацикленного на себе реагирования»[91]. Стоит нам снять затуманивающие наш взор «очки», представляющие собой концентрацию на себе и наши субъективные установки, которые формируют у нас привычные реакции на мир в виде страха, гнева и т. д., — и мы сможем более четко видеть результаты своих действий (благодаря пониманию языка тела окружающих людей), а также правильнее реагировать на уникальные обстоятельства каждого момента.

Если мы возьмем на вооружение более глубокое осознание происходящего вокруг, это выведет нас за рамки привычных норм поведения, опирающихся на такие вопросы, как «Зачем мне это надо?» и «Какое отношение это имеет ко мне?». Реакция, отраженная на лице человека, которого мы назвали «жирным», безмолвно, но красноречиво говорит: «Вот зачем», «Самое прямое». По мере того как дети растут и учатся замечать результаты своего поведения, они могут расширить сферу применения правила «не будь злым» на широкий спектр принимаемых ими морально-этических решений, вместо того чтобы немедленно начинать искать лазейки или способы обойти ограничения, налагаемые на них извне (что особенно актуально для подростков и молодых людей). Если мы будем следить за своим биологическим состоянием — именно такой способ обучения заложен в нас эволюцией — и просто начнем обращать больше внимания на то, что говорит нам наше тело, то правила могут стать проще (хотя и необязательно легче). «Поддайся триггеру. — Поведи себя мерзко. — Посмотри, сколько боли это приносит тебе и окружающим. — Не повторяй этого».

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 0.315. Запросов К БД/Cache: 0 / 0
Вверх Вниз