Книга: Почему собаки гораздо умнее, чем вы думаете

Тайный последователь Дарвина

<<< Назад
Вперед >>>

Тайный последователь Дарвина

О Дмитрии Константиновиче Беляеве сохранилось совсем мало информации. Никто не написал его биографию, разве что осталось несколько некрологов. После смерти Беляева его жена подготовила книгу воспоминаний тех, кто был с ним знаком, но этот сборник распространялся только среди друзей и коллег, приобрести экземпляр было невозможно. Большую часть информации о Беляеве мы знаем от Людмилы Николаевны Трут, его ученицы, которая и сегодня продолжает работать в Институте цитологии и генетики, проводя эксперименты, начатые Беляевым[17].

Дмитрий Константинович Беляев родился в 1917 году во время Первой мировой войны в небольшом селе Протасово в Костромской области. Как и подобало в то время, Беляева и трех его братьев учили быть трудолюбивыми крестьянами: возделывать хлеб и ухаживать за скотом. Но еще в семье Беляевых очень ценили образование, и старший брат Николай смог стать генетиком. После второго курса[18] Дмитрий был отправлен в Москву для продолжения образования. Там они с Николаем стали жить вместе. Беляеву суждено было состояться как человеку в такой среде, которая всячески стимулировала интеллектуальное развитие. Николай уже был известным генетиком, и он познакомил младшего брата со своими коллегами. Вероятно, молодые люди проводили долгие вечера за увлекательными дискуссиями — но вот-вот должны были наступить годы реакции и преследований.

В 1937 году Николая арестовали спецслужбы, вскоре он был расстрелян без суда и следствия. Дмитрию только исполнилось 20 лет. Но он не вернулся в родительский дом, а остался в Москве и продолжил опасный путь. Через год после того как старшего брата расстреляли, Дмитрий Константинович поступил на работу в Управление пушного звероводства на государственную звероводческую ферму. Фактически с этого момента он начал карьеру в генетике.

Исследования Беляева прервала Вторая мировая война. Он был призван на фронт в 1941 году. Начал боевой путь рядовым пулеметчиком, дослужился до майора. За время войны Беляев получил несколько медалей за храбрость и воинскую службу.

Сложно даже вообразить, какой невероятной смелостью должен был обладать Беляев, чтобы вернуться к своей научной работе после войны. Да, он пришел с войны героем, но и это не спасало людей от репрессий. Перед самой войной Сталин истребил большую часть высшего и среднего командного состава. Солдаты, вернувшиеся с войны, такие как Беляев — зачастую подозревались в том, что подверглись вредному иностранному влиянию.

Беляев приступил к генетическим экспериментам именно в тот период, когда в ГУЛАГе томилось максимальное количество заключенных — более 2,5 млн человек. В 1946 году он защитил диссертацию на тему «Изменчивость и наследование серебристого меха серебристо-черных лис». Это название звучит как неприкрытый идеологический вызов, мендельская ересь. Беляев шел словно по лезвию бритвы. В 1948 году, когда генетика была полностью запрещена, Беляева уволили из Управления пушного звероводства, в которое входила Московская центральная исследовательская лаборатория, где он работал.

Продолжая исследования, Беляев не просто рисковал оказаться в ГУЛАГе — попадание туда было делом времени. По-видимому, он четко сознавал, что каждый день на свободе может стать последним, что каждую ночь ему в дверь могут постучать незваные гости. И тем не менее он не бросил научную работу.

В 1953 году Сталин умер. После этого полный запрет генетики, инициированный Лысенко, начал ослабевать. Но этот процесс был долгим и мучительным. Правительство, оставшееся после Сталина, открыто поддерживало Лысенко. Пресса оставалась пролысенковской. Степени в области генетики не присуждались. Если кто-то хотел опубликовать статью по генетике, это приходилось делать в химическом, математическом или физическом журналах.

Более чем через десять лет после смерти Сталина, в 1965 году, Лысенко, наконец, был уволен, и генетика в СССР стала медленно возрождаться.

К тому времени Беляев уже ставил экстраординарные эксперименты. Как и Дарвин, Беляев очень интересовался одомашниванием. В свое время Дарвин не стал открыто выступать с гипотезой, что у человека и человекообразных обезьян был общий предок. В работе «О происхождении видов» он аккуратно начал с темы, знакомой каждому, — селекционного размножения. На этом примере он хотел показать, что отбор действительно возможен. Все знают, что можно целенаправленно разводить собак, чтобы добиваться развития определенных характеристик у их потомства. То же касается голубей, свиней и других домашних животных.

Дарвин считал одомашнивание «колоссальным эволюционным экспериментом». Он использовал искусственный отбор (в ходе которого селекционеры выбирают различные признаки, которые требуется передать следующему поколению) в качестве иллюстрации для практически идентичного процесса естественного отбора. Только в процессе естественного отбора эволюцию движет не воля селекционера, а борьба за выживание. Но как же впервые началось одомашнивание?

И вот здесь в игру вступил Беляев. Он решил, что попробует с нуля одомашнить новый вид. Около десяти лет он скрывал свои исследования от подозрительных глаз и раздумывал, не постигнет ли его печальная участь брата, пока, наконец, в 1959 году не перебрался в Новосибирск. В этом далеком городе Беляев возглавил Институт цитологии и генетики и работал на данном посту, надежно укрывшись от преследований, вплоть до своей смерти в 1985 году.

Беляев решил работать с черно-бурой (серебристой) лисицей — в таком случае генетический эксперимент можно было замаскировать под звероводческий экономически целесообразный проект. В северо-западной части Сибири черно-бурые лисицы имеют наиболее густой и мягкий мех серебристых оттенков. Этот мех считается исключительно роскошным. Черно-бурая лисица — это цветовая разновидность (морфа) обычной рыжей лисицы (Vulpes vulpes). Рыжая лисица — самый распространенный вид из всех современных лисиц, она обитает от Арктики до пустынь и даже заходит в города. Лисы состоят в дальнем родстве с собаками, но их никогда не пытались одомашнивать. У черно-бурых лис мех не рыжевато-коричневый, а гораздо более темный. Из-за светлых остевых волос — самых длинных шерстинок — вся шкура такой лисицы может приобретать серебристый оттенок.

В России черно-бурых лисиц разводили на звероводческих фермах с конца XIX века. Основной целью селекционеров было повысить количество белых остевых волос и подчеркнуть серебристый оттенок меха. Но существовала одна проблема: на шкуре у животных из самых разных поколений могли попадаться рыжие и желтовато-коричневые пятна, значительно снижавшие стоимость меха. Кроме того, несмотря на длительное разведение в неволе, черно-бурые лисицы то и дело кусались.

Беляев заметил, что при сравнении домашних пород и их диких родоначальников наблюдается ряд различий. У домашних пород изменяются размеры тела, что приводит к карликовости или гигантизму. Шерсть домашних животных обычно становится пятнистой, а также может быть очень короткой или очень длинной. Кожа частично теряет пигментацию. Хвосты закручиваются. Кроме того, дикие животные размножаются только в определенные периоды года, а домашние могут спариваться когда угодно.

Как правило, если вы хотите селекционировать животных по определенному признаку, то будете скрещивать особей, обладающих этим признаком. Так, если нужно создать породу собак, у которых хвост завивается кольцом, то скрещивать следует собак именно с такими хвостами. Чтобы получить домашний вид, можно избирательно скрещивать животных с определенными физическими характеристиками и надеяться, что это приведет к одомашниванию.

Но Беляев поступил совершенно иначе. Он занялся селекцией не по многим физическим, а всего по одному психологическому признаку.

Он начал работу с 30 самцами и 100 самками черно-бурой лисы, взятыми на звероводческой ферме в Эстонии. Эти животные являлись потомками особей, которых селекционировали в неволе на протяжении около 50 лет. Таким образом, уже был преодолен первичный стрессовый период, связанный с привыканием к жизни в клетке и необходимостью существовать рядом с людьми. Тем не менее более 90 % этих лисиц оставались агрессивны или боязливы. Примерно 10 % относились к человеку спокойно и даже с некоторым любопытством, не испытывали страха и не проявляли агрессии. Правда, даже такие лисы не давали себя трогать, приходилось беречься от укусов. Беляев назвал эту первичную лисью популяцию «практически дикие животные».

А потом Беляев стал пользоваться своим селекционным принципом — разводить лис в зависимости от того, как они относились к людям. Когда лисята достигали месячного возраста, человек-экспериментатор пробовал трогать их и играть с ними. Это делалось ежемесячно до тех пор, пока лисята не достигали возраста семи месяцев. В каждом брачном сезоне Беляев размножал только тех лисиц, которые были наименее агрессивны и больше других интересовались людьми. Эти лисы образовали новую экспериментальную популяцию.

Беляев сделал и другой важнейший шаг. Он отделил от исходной популяции еще одну группу, члены которой размножались в произвольном порядке, независимо от их отношения к людям. Эта популяция была названа «контрольной». Таким образом, ученый мог измерять любые изменения своего селекционного критерия, сравнивая экспериментальную и контрольную популяции.

Всего через 20 поколений с лисами из экспериментальной популяции начали происходить именно такие изменения, на которые в естественной среде уходят тысячи и даже миллионы лет. К тому времени, как я приехал на эту ферму, селекция лис продолжалась уже на протяжении 45 поколений, экспериментальная и контрольная популяции радикально отличались. Сравнив когнитивные способности двух групп лис, я мог проверить, на самом ли деле собачий гений возник в результате одомашнивания.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 3.574. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
Вверх Вниз