Книга: ЧЕЛОВЕК И НООСФЕРА

Глобальные процессы: возможна ли их направленность?

<<< Назад
Вперед >>>

Глобальные процессы:

возможна ли их направленность?

В предыдущем параграфе я сделал попытку нарисовать схему направленного развития экономики социалистической страны. Я выбрал этот пример по той причине, что лучше знаю происходящее дома, чем то, что творится за тридевять земель. Но, наблюдая происходящее в развитых странах, я постепенно прихожу к выводу, что направляемое развитие капиталистической экономики при тех колоссальных ресурсах, которыми владеют государства, также вполне реальная альтернатива чисто рыночной стихии. В некоторых случаях эффективность направляемого развития достаточно высока. И замечу, что принципы примерно такие же, что и те, о которых я рассказывал, — это практика общенациональных программ. Особенно впечатляет опыт Японии, которая успешно реализовала ряд национальных программ, среди которых на меня производит особое впечатление программа экологической чистоты производства и крупных городов.

Вот все эти принципы, надлежащим образом развитые и адаптированные, конечно, принадлежат к проблемам общепланетарного масштаба и могут послужить основой направляемого развития общества и окружающей среды. Первым звеном этой цепи процедур должно быть определение целей. А можно ли говорить о целях общепланетарного процесса?

Одно мы знаем с необходимой определенностью: существуют границы нашей активности, допустимые границы изменения параметров биосферы, за которыми биологическому роду Homo sapiens грозит потеря стабильности и деградация. Значит, мы не очень знаем, что нам надо делать, но хорошо понимаем, чего делать нельзя!

В теории управления и исследования операций бытует термин «принцип Родена». В его основе лежит легенда о том, что великий скульптор на вопрос о том, как он смог из глыбы камня сделать крошечную статуэтку, лаконично ответил: «Очень просто — я отбил все лишнее». Вот и при выборе решений и формировании целей первым шагом должно быть исключение всего «ненужного» — всего того, что должно быть под запретом.

Значит, первый шаг — определение границы запретов или, как я ее называю, параметров «роковой черты». Итак, первым. шагом должна быть обширная научная программа изучения предельно допустимого загрязнения атмосферы и океана, предельно допустимого сокращения генетического разнообразия, деформации почвенного покрова и т. д.

Знания, полученные на основе подобных исследовательских программ, могут лечь в основу деятельности «институтов согласия», задача которых уже будет состоять в формировании целей (конечно, достаточно узких) и определении обязательства отдельных стран в достижении этих целей.

Все подобные программы должны носить принципиально международный характер и проводиться под эгидой Организации Объединенных Наций. В настоящее время для такой работы еще не выработаны необходимые механизмы. Я думаю, что разработка и реализация научных, исследовательских программ должна будет проводиться главным образом теми или иными национальными организациями. Но координироваться и управляться соответствующими учреждениями Организации Объединенных Наций. Именно управляться!

Должно быть такое распределение обязанностей между национальными организациями, которое позволяет им дополнять друг друга. Только в рамках международной организации возможно создание единых банков данных об окружающей среде, без которых любое изучение глобальных процессов будет малоэффективным. Разумеется, эти банки данных должны быть доступными всем национальным лабораториям, участвующим в разработке и реализации программ исследования.

Эта система исследовательских программ должна быть тесно увязана с работой «институтов согласия», которым и предстоит находить совместные коллективные решения сложных экологических проблем, затрагивающих целый ряд государств и требующих выработки компромиссов. О таких программах и принципах отыскания компромиссов было уже говорено достаточно. Напомню, что это не только программы изучения таких глобальных проблем, как, например, гонка вооружений или ядерная война. Я думаю, что в центре внимания прежде всего будут проблемы чистоты и статуса международных рек, как, например, Дунай или Рейн, проблемы кислых дождей и аналогичные проблемы.

В рамках «институтов согласия» возникнет и множество проблем правового характера, таких, как рентные платежи или компенсационные платежи и т. д. Следовательно, проблема выработки коллективных решений неизбежно превратится в сложнейшую систему процедур, которые, опираясь на научные изыскания, необходимо приобретут определенные черты бюрократической организации. Сейчас вряд ли имеет смысл подробно обсуждать многочисленные и трудные особенности мировой системы направляемого развития. Мне хотелось бы наметить лишь некоторые вопросы, откладывать решение которых представляется крайне опасным.

Первый — это проблема здоровья. Рост генетических заболеваний, встающая угроза чумы XXI века — СПИДа, общее ухудшение здоровья во многих районах земного шара и т. д. требуют достаточно оперативных мер. Конечно, здесь необходимы специальные исследовательские программы, не только чисто медицинские, но и экологические.

Как частный вопрос общей проблемы здоровья людей выступает проблема предельно допустимых концентраций (ПДК) загрязняющих веществ. В этом направлении успехи ученых-химиков, биологов, медиков очень условны. Если удается установить, например, ПДК для веществ А и В, то это вовсе не означает, что мы знаем что-либо о предельных концентрациях вещества А + В, даже если они друг с другом не реагируют. Воздействие совокупности веществ на организм обладает крайней степенью нелинейности. Отсутствие необходимых знаний резко увеличивает риск вредных последствий производственной деятельности.

Но одними исследовательскими программами в подобной ситуации обойтись нельзя: необходимы и действенные акты, проведение которых должно стать важной формой деятельности Организации Объединенных Наций. Один из них — это положение о минимально необходимом уровне затрат на медицинское обслуживание населения. Сейчас эти затраты очень разнятся в большинстве стран, а не только в странах «третьего мира», где они заведомо меньше этого уровня.

Второй — это проблема просветительства. Необходимо, чтобы каждый человек на Земле, независимо от того, где он живет, имел некоторое минимальное представление об окружающей среде, о трудностях и опасностях, которые подстерегают людей, и т. д. Разработка такого минимального набора сведений и рекомендаций о включении их в школьные программы, телевизионные передачи и в другие средства массовой информации, по моему представлению, уже давно назрела.

Просветительская программа должна- иметь своей целью не просто распространение знаний — нужна некоторая «экологическая атмосфера» в мировом сообществе. Ее создание — трудный и длительный процесс. Тем не менее «экологический приоритет» должен утвердиться. Это основной залог возможности направляемого развития биосферы и общества.

Утверждение такого «климата приоритета», в котором принципы гармоничного взаимодействия с природой будут занимать главенствующее место, позволит утвердиться и принципам экологического планирования. Этот термин очень широк. Он охватывает разнообразные аспекты направляемого развития, но основная его идея состоит в следующем.

Предположим, что речь идет о комплексном развитии того или иного региона — о развитии его производительных сил, о том или ином проекте производственного комплекса и т. д. Первый шаг, который следует сделать проектантам, должен состоять в том, чтобы изучить предельно допустимые нагрузки, которые могут выдержать биосфера и люди, проживающие в этом регионе. Только после этого, сообразуясь с восстановительными возможностями региона, с сохранением его целостности, как Ойкумены, и живущих в нем людей, можно планировать то или иное промышленное и сельскохозяйственное развитие и определять допустимый уровень удовлетворения потребностей.

Вопросы направляемого развития очень трудны. Как научиться сочетать подобные энвайроментальные принципы использования богатств нашего земного шара с необходимой инициативой и предприимчивостью отдельных людей, корпораций, стран?

Такие вопросы потребуют развития совершенно новой эколого-экономической теории, принципы которой совершенно не разработаны. Но одной теории здесь будет недостаточно. Совершенно очевидно, что в руках Организации Объединенных Наций должны быть и соответствующие инструменты воздействия на людей, корпорации, страны, способные постепенно утверждать такие принципы хозяйствования на планете, которые способны обеспечить коэволюцию Человека и биосферы. А это тоже, в свою очередь, потребует не только новых организационных решений, но и развитой специальной общепланетарной организационной науки.

Перечисляя эти трудные проблемы, я не могу обойти проблемы демографии и миграции. Мне кажется, что наряду с загрязнением окружающей среды взрывоподобный рост населения земного шара становится главной опасностью для стабильно развирающегося общества. Включение проблем регуляции рождаемости — это один из важнейших элементов просветительской программы. Регулирование семьи требует ясного понимания следствий безграничного роста населения.

Конечно, одним просветительством в этой проблеме не обойдешься. До сих пор мы очень мало знаем о том, как зависит рождаемость от социальных условий. Разнообразные меры регулирования демографических процессов, в том числе в Китае и Японии, пока не дали сколько-нибудь впечатляющих результатов. Мне представляется более перспективным опыт Швеции. Стабилизация роста населения явилась, по-видимому, результатом успешной социальной политики и прежде всего высокого уровня пенсионного обеспечения.

Анализируя опыт тех стран, которые пошли по этому пути, невольно приходишь к выводу, что большие семьи — это не столько результат биологической потребности иметь много детей, сколько гарантия иметь в старости хотя бы одного кормильца. Обеспеченная старость, по-видимому, снимает многие трудности в регулировании демографических процессов.

Таким образом, у человечества, помимо общей проблемы установления «запретной черты», то есть условий «экологического императива», существует еще много проблем, требующих общепланетарного коллективного обсуждения и решения. Организация Объединенных Наций представляется единственным органом, способным заняться этими проблемами. Существует еще много и других международных организаций — ЮНЕСКО, ВОЗ, ЮНЕП и другие, которые занимаются общепланетарными проблемами. Но все они в той или иной степени являются отделами или филиалами ООН.

Я думаю, что уже в ближайшие десятилетия эта организация обретет некоторые черты международного правительства. Прежде всего в этом есть прямая необходимость: ООН должна располагать определенными и весьма значительными ресурсами для организации необходимых программ. И не только исследовательских. Предстоят работы и по восстановлению качества окружающей среды, и по созданию и внедрению экологобезопасных технологий, по вопросам здравоохранения и, конечно, многочисленные просветительские программы. Они все, или почти все, для своего эффективного завершения потребуют наделения Организации Объединенных Наций определенными, и немалыми, правами, которыми она пока еще не обладает.

Во-вторых, Организация Объединенных Наций показала свои возможности при решении многих региональных конфликтов — доверие к этой международной организации непрерывно возрастает. Она несет определенные гарантии международной стабильности. Это сейчас начинают понимать очень многие. Поэтому и решение сложнейших общепланетарных проблем естественно поручить Организации Объединенных Наций, делегировав ей дополнительные права.

И, наконец, последнее. Уходят навсегда послевоенные десятилетия, которые были отмечены поляризацией силы и идеологий. Я уже говорил, что поляризация идеологий настолько ослабела, что стал возможным и диалог, и, что еще более важно, создание «институтов согласия», и утверждение принципа компромиссов. Это уже реальность. Она начинает оказывать влияние на изменение обстановки во всем мире. Снижение военного противостояния и уменьшение риска крупномасштабной войны выдвигают на первый план другие противоречия — экономические и экологические. Одновременно происходит и размывание центров силы. В мире ближайшего будущего уже не будет двух сверхдержав: мир вернется к традиционной системе многих великих держав — США, СССР, Японии, Китая, Объединенной Западной Европы… В этой обстановке, да еще в условиях, когда военное решение вопросов будет исключено, Организация Объединенных Наций станет еще более важным инструментом для решения разнообразных межстрановых и межрегиональных проблем.

Я много внимания посвятил рассуждениям о кооперативных механизмах. Но ведь ООН — это тоже своеобразная кооперация, причем при определенных условиях взаимовыгодная. Став на эту точку зрения, мы обнаружим, что структура ООН может быть предметом специальных исследований в рамках теории конфликтов, которой были посвящены многие страницы предлагаемой книги.

Другими словами, мера прав, ответственности и обязанностей этого международного «Кооперативного Центра», управляющего целым рядом проблем важнейшего общепланетарного значения, должна быть тщательно проанализирована с позиций этих самых проблем. Безусловно, такой пересмотр приведет к определенному изменению в толковании суверенитета, ибо часть традиционных «национальных» прав придется передать совместному международному органу.

И последнее. В первой части книги я говорил, что, несмотря на прекращение индивидуальной эволюции человеческого мозга, интеллект общества продолжает развиваться — постепенно формируется «коллективный интеллект» общества. Компьютерные сети, объединяющие персональные компьютеры, находящиеся в распоряжении отдельных людей, с большими вычислительными машинами, с коллективными банками данных, возможности диалога и обмена знаниями — все это создает предпосылки для превращения общества в некоторый единый «супермозг». Такая постановка проблемы объединения индивидуальных мыслительных потенциалов, которая предполагает возможность использования человека с его разнообразными знаниями и талантами в качестве своеобразных «сверхумных» нейронов, может казаться чистой фантастикой. Но нечто подобное должно уже сегодня происходить в области экологии, в сфере выработки стратегии во взаимоотношении Человека и окружающей среды.

Одна из задач, которую уже в самое ближайшее время придется решать Организации Объединенных Наций (или какой-либо из ее дочерних организаций), — это создание международной сети экологической информации. Такая сеть должна представлять собой систему банков данных о тех или иных характеристиках окружающей среды, токсических свойствах различных отходов и выбросов и о многом другом, без чего невозможно оценивать экологические последствия разнообразных хозяйственных мероприятий. Эти банки должны постепенно наполняться: ни одна работа не может пропасть — это все частицы бесценного опыта! Экологические банки данных должны быть объединены в единую сеть и быть доступными любому пользователю, участвующему в разработке тех или иных задач, связанных с оценкой экологической перспективы, экологическим риском, или просто ведущему исследовательскую работу.

Подобная сеть должна также объединять и все известные и апробированные математические модели, и соответствующее математическое обеспечение. В результате все те специалисты, которые оказываются задействованными в соответствующих исследованиях или проектах, окажутся объединенными с помощью их собственных персональных компьютеров и единой общепланетарной компьютерной сети. Математическое обеспечение подобной сети должно, естественно, содержать некоторую поисковую систему, позволяющую исследователям или проектантам легко находить нужную им информацию.

Вот такая сеть уже будет значительным шагом в деле создания коллективного интеллекта, причем в той области человеческих знаний и деятельности, где она сегодня особенно необходима.

Эта «международная сеть экологической информации» должна быть и международной собственностью — она должна принадлежать Организации Объединенных Наций, хотя, может быть, и работать на коммерческой основе.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 5.698. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
Вверх Вниз