Книга: 100 великих тайн сознания

ПАМЯТЬ БЕЗ ГРАНИЦ

<<< Назад
Вперед >>>

ПАМЯТЬ БЕЗ ГРАНИЦ

«Начало этой истории относится еще к двадцатым годам этого века.

В лабораторию автора – тогда еще молодого психолога – пришел человек и попросил проверить его память.

Человек – будем его называть Ш. – был репортером одной из газет, и редактор отдела этой газеты был инициатором его прихода в лабораторию.

Как всегда, по утрам редактор отдела раздавал своим сотрудникам поручения; он перечислял им список мест, куда они должны были пойти, и называл, что именно они должны были узнать в каждом месте. Ш. был среди сотрудников, получивших поручения. Список адресов и поручений был достаточно длинным, и редактор с удивлением отметил, что Ш. не записал ни одного из поручений на бумаге. Редактор был готов сделать выговор невнимательному подчиненному, но Ш. по его просьбе в точности повторил все, что ему было задано. Редактор попытался ближе разобраться, в чем дело, и стал задавать Ш. вопросы о его памяти, но тот высказал лишь недоумение: разве то, что он запомнил все, что ему было сказано, так необычно? Разве другие люди не делают то же самое? Тот факт, что он обладает какими-то особенностями памяти, отличающими его от других людей, оставался для него незамеченным.

Редактор направил его в психологическую лабораторию для исследования памяти, – и вот он сидел передо мною…

Я приступил к исследованию Ш. с обычным для психолога любопытством, но без большой надежды, что опыты дадут что-нибудь примечательное.

Однако уже первые пробы изменили мое отношение и вызвали состояние смущения и озадаченности, на этот раз не у испытуемого, а у экспериментатора.

Я предложил Ш. ряд слов, затем чисел, затем букв, которые либо медленно прочитывал, либо предъявлял в написанном виде. Он внимательно выслушивал ряд или прочитывал его и затем в точном порядке повторял предложенный материал.

Я увеличил число предъявляемых ему элементов, давал 30, 50, 70 слов или чисел, – это не вызывало никаких затруднений. Ш. не нужно было никакого заучивания, и если я предъявлял ему ряд слов или чисел, медленно и раздельно читая их, он внимательно вслушивался, иногда обращался с просьбой остановиться или сказать слово яснее, иногда сомневаясь, правильно ли он услышал слово, переспрашивал его. Обычно во время опыта он закрывал глаза или смотрел в одну точку. Когда опыт был закончен, он просил сделать паузу, мысленно проверял удержанное, а затем плавно, без задержки воспроизводил весь прочитанный ряд.



Гениальный математик Леонард Эйлер обладал удивительной способностью к запоминанию чисел

Опыт показал, что с такой же легкостью он мог воспроизводить длинный ряд и в обратном порядке – от конца к началу; он мог легко сказать, какое слово следует за какими и какое слово было в ряду перед названным. В последних случаях он делал паузу, как бы пытаясь найти нужное слово, и затем – легко отвечал на вопрос, обычно не делая ошибок.

Ему было все равно, что ему предъявлялось: осмысленные слова или бессмысленные слоги, числа или звуки, давались ли они в устной или в письменной форме. Ему было необходимо только одно: чтобы один элемент предлагаемого ряда был отделен от другого паузой в 2–3 секунды, и последующее воспроизведение ряда не вызывало у него никаких затруднений.

Вскоре экспериментатор начал испытывать чувство, переходящее в растерянность. Увеличение ряда не приводило Ш. ни к какому заметному возрастанию трудностей, и приходилось признать, что объем его памяти не имеет ясных границ. Экспериментатор оказался бессильным в, казалось бы, самой простой для психолога задаче – измерении объема памяти. Я назначил Ш. вторую, затем третью встречу. За ними последовал еще целый ряд встреч. Некоторые встречи были отделены днями и неделями, некоторые – годами.

Эти встречи еще более осложнили положение экспериментатора.

Оказалось, что память Ш. не имеет ясных границ не только в своем объеме, но и в прочности удержания следов. Опыты показали, что он с успехом – и без заметного труда – может воспроизводить любой длинный ряд слов, данных ему неделю, месяц, год, много лет назад. Некоторые из таких опытов, неизменно кончавшихся успехом, были проведены спустя 15–16 лет (!) после первичного запоминания ряда и без всякого предупреждения. В подобных случаях Ш. садился, закрывал глаза, делал паузу, а затем говорил: “Да-да… это было у вас на той квартире… вы сидели за столом, а я на качалке… вы были в сером костюме и смотрели на меня так… вот… я вижу, что вы мне говорили…” – и дальше следовало безошибочное воспроизведение прочитанного ряда.

Если принять во внимание, что Ш., который к этому времени стал известным мнемонистом и должен был запоминать многие сотни и тысячи рядов, – этот факт становится еще более удивительным». Нет, это вовсе не отрывок из какого-то фантастического романа. Это фрагмент из книги знаменитого советского психолога А.Р. Лурии «Маленькая книжка о большой памяти». А пациентом Ш., которого исследовал ученый, был журналист одной из московских газет.

Но господин Ш. – не единственный человек, который обладал столь невероятными способностями к запоминанию. История знает немало и других людей с таким редкостным талантом.

Например, Юлий Цезарь и Александр Македонский знали в лицо и по имени всех своих солдат – до 30 000 человек. Этими же способностями обладал и персидский царь Кир. Каждого из 20 000 жителей Афин знали знаменитые Фемистокл и Сократ.

Удивительной способностью к запоминанию чисел обладал гениальный математик Леонард Эйлер. Он, например, держал в голове первые шесть степеней всех чисел до ста. Академик А.Ф. Иоффе помнил таблицу логарифмов, по памяти пользовался таблицей логарифмов, а академик С.А. Чаплыгин называл номер телефона, по которому звонил несколько лет назад, причем всего один раз.

Некто Э. Гаси помнил содержание всех 2500 книг, которые когда-либо прочитал. Более того, он мог не задумываясь восстановить в памяти любой из них отрывок.

Кроме перечисленных выше известно немало других примеров феноменальной памяти. Редкую способность к запоминанию демонстрируют гениальные художники и композиторы.

Например, великому французскому художнику Гюставу Доре издатель как-то поручил сделать рисунок с фотографии. Но Доре, уходя, взять ее с собой забыл. Однако на следующий день принес совершенно точную ее копию.

Великий Моцарт мог точно записать сложную пьесу, которую слышал лишь однажды, а композитор А.К. Глазунов без особого труда восстанавливал утерянные партитуры музыкальных произведений.

О безграничных возможностях человеческой памяти свидетельствуют и многие другие факты.

Так, существует предание, что один китайский император более 2000 лет назад проникся завистью к своим предкам и к великолепию предшествующей национальной истории. Он пытался уничтожить все исторические, религиозные и философские системы прошлого с тем, чтобы в будущем летоисчисление велось от его царствования. Он сжег все, что сколько-нибудь походило на письменный документ, включая и сочинения Конфуция. Сведения об истории империи были уничтожены и жили лишь в форме традиций. Однако труды великого философа продолжали существовать в полном объеме благодаря одному конфуцианскому ученому, который сохранил в своей удивительной памяти учение, усвоенное им в юности. Его память была настолько совершенна, что когда была найдена старая конфуцианская рукопись, то было установлено, что ученый не пропустил в тексте ни одного слова.

И в настоящее время существуют индийские жрецы, которые точно помнят все песни «Махабхараты» в 300 тысяч строк. А некоторые ученые могут воспроизвести по памяти «Веды», содержащие в себе около миллиона слов.

В наше время есть раввины, которые, начав с какого-либо указанного слова, могут рассказать наизусть весь Талмуд, представляющий собой целую библиотеку.

Великолепной памятью обладали и обладают не только религиозные деятели.

Римский философ и писатель Сенека мог повторить две тысячи бессвязных слов в том же самом порядке, в каком он услышал их один раз. Его друг Порций Катон никогда не забывал когда-либо произнесенных им речей, и память не изменяла ему ни в одном слове.

Кардинал Меццофанти, владевший более чем ста языками, никогда не забывал раз заученного слова.

Это, если можно так сказать, словесные виды памяти. Но, как показывает опыт и специальные исследования, существуют и другие типы памяти.

Мальбаки – великий флорентийский библиофил – обладал поразительной памятью на книги и библиотеки. Он знал расположение каждой книги не только в собственной библиотеке, но и в других библиотеках мира. Однажды герцог Тосканский спросил его, где можно найти одну редкую книгу. Мальбаки ответил, что что существует только один экземпляр ее в Константинопольской библиотеке на седьмой полке третьего ряда справа от входа.

Исключительной музыкальной памятью обладал профессор Московской консерватории Ф. Бузони: он запоминал и мог воспроизвести практически все услышанные мелодии.

Один из самых выдающихся шахматистов XIX века американец Поль Морфи мог играть, не глядя на шахматную доску, восемь партий одновременно. Другой шахматист – Поль Сенс – играл до двадцати. А Александр Алехин на Всемирной выставке в Чикаго в 1938 году провел «вслепую» сеанс одновременной игры на 32 шахматных досках. Игра продолжалась 12 часов. Шахматисту пришлось оперировать 1000 фигурами более чем на 2000 клеток.

В 1845 году пожар уничтожил здание Академии изящных искусств в Филадельфии, где наряду с другими ценными картинами погибла и «Римская дочь» Мурильо. Спустя почти 35 лет Сортэн написал эту же картину по памяти.

В 1805 году войска Наполеона унесли с собой из Кёльна шедевр Рубенса, картину «На алтаре церкви Святого Петра». Местный художник, большой поклонник этой картины, изготовил копию ее по памяти. Оригинал был возвращен позднее, и при сравнении с копией самое тщательное исследование не могло обнаружить заметного различия.

Эти примеры – всего лишь самая малость из того огромного числа фактов феноменальной памяти, которые сегодня накопила наука. Но, несмотря на это, до сих пор о механизмах, такую память создающих и поддерживающих, к сожалению, известно очень мало.

И еще несколько фактов из той же коллекции удивительных способностей к запоминанию. Миллион цифр после запятой числа «пи» – такой новый мировой рекорд по запоминанию чисел. Все они – в голове жителя Львова Андрея Слюсарчука. Миллион цифр из книги на 250 страниц рекордсмен запоминал шесть дней.

А испанец Рамон Компайо всего за полсекунды смог полностью повторить последовательность из 23 тысяч слов, которую он прослушал лишь однажды.

Приведенные выше примеры невероятной способности к запоминанию ученые не могут объяснить до настоящего времени, хотя на сей счет выдвинуто немало гипотез. В их основу положены самые разные гипотетические механизмы, но ни один из них удивительный феномен объяснить не в состоянии.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 0.394. Запросов К БД/Cache: 0 / 2
Вверх Вниз