Книга: Зачем нужны мужчины

Рыцарь с павлиньим хвостом

<<< Назад
Вперед >>>

Рыцарь с павлиньим хвостом

Очевидно: в мире животных самцы наряжаются куда шикарнее, чем самки. Кажется, что у людей все с точностью наоборот – прихорашиваются исключительно женщины. Но это только на первый взгляд. На самом деле, если изучить историю мужского и женского костюмов, то мы увидим, что такие перемены произошли всего каких-нибудь 150 лет тому назад, а до этого времени мужчины придавали своему внешнему виду огромное значение, всеми доступными способами подчеркивая свою сексуальность и статус в обществе и привлекая этим внимание женщин.

Мужчины, конечно, не обсуждают веснушки и локоны в дружеском кругу, но быть красивыми стремятся наравне с женщинами. Одежду и украшения мужчин вполне можно сравнить с брачными нарядами самцов у животных. Скажем, египетские мужчины времен фараонов носили парики, которые всегда были украшены значительно богаче, чем женские.

Древние греки в крито-микенский период своей истории щеголяли в коротеньких юбочках, сводя с ума женщин бронзовыми мускулистыми телами. Никаких трусов и плавок они, естественно, не носили. Налетевший теплый средиземноморский ветерок мог такую юбчонку приподнять и дать возможность окружающим полюбоваться всем, чем наградила мужчину природа. Занимались спортом греческие мачо вообще нагишом, жаль только, что женщин на спортивные мероприятия не допускали.


Ахиллес. Минимум одежды, максимум тела

Европейцы в силу климатических особенностей к вопросу одежды были вынуждены относиться более серьезно: им требовались теплые одеяния для защиты от снега, дождя и низких температур. До IX века портновского искусства как такового не существовало. Шили, как могли, и не всегда удачно. Моделирования не было вообще. Брали кусок ткани, прорезали в центре дырку, в эту примитивную горловину просовывали голову – вот вам и платье. Такой балахон по талии подхватывали широким поясом. Позднее догадались бока сшивать. Так одевались все: и короли, и нищие. Но с IX века европейцы интенсивно посещают Восток, возвращаясь домой с креативными идеями, в том числе и насчет нарядов. А вскоре начинаются великие и ужасные крестовые походы, и рыцари (мужчины, естественно!), возвращаясь домой, привозят с собой среди награбленного и новые ткани, и новые фасоны.

Что же произошло дальше? Это может показаться невероятным, но таковы факты: мужчины запретили женщинам быть красивыми. Во времена всеобщего религиозного фанатизма в Европе наступила эпоха бледных, незаметных дам. На портретах того времени мы видим женщин с бесцветными лицами, с искусственным румянцем, сбритыми бровями и без какого-либо намека на грудь. Все плотское считалось греховным, повальное увлечение аскезой порой доходило до маразматических выходок. Например, особым шиком у влюбленных считалось улечься нагишом в постель, воздерживаясь при этом от секса. Это называлось «проверить свои чувства». Оригинальный способ, скажем прямо! Девица, прощаясь с кавалером, уходящим на войну, могла позволить ему поцеловать свои груди, но наотрез отказывалась раздвинуть ноги.

Женщинам всячески предписывалось скрывать фигуры в корсетах и широких балахонистых одеяниях, чтобы не распалять соблазнительными формами доблестных рыцарей. Общество в стремлении лишить женщину хоть какой-то привлекательности, желало упрятать ее тело в одежду по максимуму оставляя обнаженными только кисти и лицо. Король Филипп Красивый своим указом запретил простолюдинкам шить себе более двух платьев в год. Аристократки могли побаловать себя четырьмя платьями. Зато мужчины не ограничивали себя ни в роскоши одежд, ни украшений. Они хотели блистать!


Средневековые рыцари понимали мужскую красоту по-своему

Прежде всего мужчины того времени считали, что от настоящего рыцаря должно пахнуть настоящим мужиком. Мыться было как-то не особенно принято, это считалось признаком постыдной изнеженности. Ванну принимали в лучшем случае раз в квартал перед большими праздниками, а запах застарелого пота, грязи, конского навоза и всего остального мужчины глушили различными маслами, эфирными настойками и эссенциями. В итоге благородные рыцари распространяли вокруг себя такое удушливое марево, что кони чихали, мухи дохли на лету, а прекрасные дамы нередко сваливались в обморок, наповал сраженные настоящим мужским ароматом. Так что с запахом вышла небольшая промашечка.

Но чем еще мог привлечь внимание женщин мужчина? Природа обделила его привлекательными частями тела. Он не мог похвастать ни упругой грудью, ни бархатистой кожей, ни осиной талией, ни лилейной шейкой. Ни хвостов, ни хохолков тоже нет, трясти особо нечем. Оголять волосатый торс было как-то несподручно – не в Греции все же, замерзнуть можно. Оставалось выкручиваться и делать конфетку из того, что было.

То время – время славных войн. Мужчина прежде всего должен был выглядеть настоящим бойцом, сильным и ловким, одним движением своей руки кромсающим сарацинов в фарш. Поэтому сильный пол и фасоном одежды стремился подчеркнуть мощь своей фигуры. Во времена Ромео и Джульетты одним из основных предметов мужского гардероба был гамбуаз – стеганая короткая куртка. Ее набивали овечьей шерстью или, кто победнее, старыми тряпками, и грамотным распределением этого наполнителя придавали куртке желаемую форму: грудь выдавалась вперед (колесом!), плечи делались шире, за счет чего талия смотрелась более изящной, а фигура в целом производила впечатление атлетической.

Чем еще мог порадовать тогдашний мужчина неприхотливый слабый пол? Бедрами. Сильные мускулистые ноги считались, да и сейчас считаются признаком натренированности, выносливости, физической силы, да и выглядят они сексуально привлекательно. Это привело к быстрому укорочению верхней мужской одежды: сначала до колен, потом до середины бедер, а затем настолько высоко, что полы камзола открывали не только бедра, но и ягодицы. Не один век хитом мужской моды были штаны-чулки, плотно обтягивающие ноги. Их кроили строго по ноге заказчика, при этом две половинки не сшивались между собой (в то время портным еще не были известны такие премудрости, как, например, пройма), их крепили к исподнему специальными застежками. Зад прикрывался плащом, а перед. О, на самом интересном месте кокетливыми бантиками прикрепляли кусок самой дорогой, самой красивой ткани, какая только была доступна благородному рыцарю, придавая костюму особую пикантность. Кстати, название этой интимно-декоративной накладки дошло до наших дней и означает переднюю планку разреза брюк, проще говоря, то место, куда вшивают молнию. Портнихи, наверное, догадались, что речь идет о гульфике.

Гульфик стал культовой деталью мужского туалета. Ни вороту, ни рукавам, ни линии спины мужчины не придавали такого значения, как гульфику. Поначалу это был прямоугольный кусок ткани. Но доблестные кавалеры очень быстро сообразили, что – ловкость рук! – гульфик способен придать интимным местам тот объем, какой только может представить себе в фантазиях сексуально разнузданный мужчина. Гульфики стали набивать шерстью и конским волосом. Сперва они обрели яйцевидную форму, а затем утратили последние крохи целомудрия и стали дерзко выглядывать из-под камзолов, весьма откровенно напоминая своей формой мужской детородный орган в возбужденном состоянии. Даже после того как научились шить широкие штаны, гульфик намеренно обособляли, чтобы ни у кого не возникло сомнения, что перед вами настоящий Мужчина, Самец с большой буквы.


Антонио Навагеро, портрет Джованни Батиста Морони

Мужчины любовно украшали эту важнейшую деталь костюма кружевами и вышивкой, разноцветными лентами и золотыми узорами. Некоторые вообще придумали использовать гульфик как карман и прятали в нем деньги. Представляете картину? Досточтимый сеньор, расплачиваясь за ужин в трактире, лезет за деньгами в свою ширинку… Что-то в этом было. Богатство к богатству, так сказать.

Но тканевые гульфики – просто цветочки по сравнению с тем, как они воплощались в металле, будучи элементом рыцарских доспехов. Вообще-то металлический гульфик предназначался для защиты области гениталий от вражеских клинков. Но мужчины не были бы мужчинами, если бы упустили возможность и тут напомнить миру о своей природе. Могучие цилиндры и конусы бесстыдно торчали из-под лат, а некоторые особо эстетствовавшие господа украшали их чеканкой и увенчивали забавными мордашками.

Мужчины носились с гульфиками, как павлины со своими хвостами, вплоть до XVII века. А потом храбрые портняжки научились шить нормальные брюки и гульфики буквально за несколько лет вышли из моды. Наступил Ренессанс.

Эпоха Возрождения положила конец противостоянию аскезы и телесности и открыла людям новую сексуальность. На мужчину теперь смотрели не как на воина, а как на любовника. Художники и скульпторы воспевали культ тела. Обнаженка была повсюду, включая католические соборы. Роспись культовых зданий поражала обилием нагих тел, даже святых изображали вовсе не целомудренно: и мужчин, и женщин писали практически раздетыми, небрежно прикрывая детородные органы драпировками из тканей или листьями растений, оставляя при этом огромное пространство для фантазии. С художественных полотен на зрителя смотрели нагие красавицы и красавцы с роскошными телами в позах, от которых у строгих моралистов XIII века помутилось бы в глазах.


Венера и Адонис Рубенса

Плотская любовь торжествовала и цвела махровым цветом. Женщинам наконец-то было позволено украшать себя наравне с мужчинами. Но последние не собирались сдавать позиций. Они по-прежнему желали обольщать и покорять своей красотой.

Мужчины стали пользоваться косметикой. Туалетные столики кавалеров той эпохи нисколько не уступали ассортиментом баночек, скляночек, коробочек и пузыречков туалетным столикам дам. Мужчины белили лица, рисовали угольным карандашом брови, подводили глаза, красили губы помадой, румянили скулы, выливали на себя литры духов и даже клеили на свои лица мушки. При Людовике XIV была составлена «карта нежности», на которой схематически указывалось, на какую часть лица какую косметику накладывать и куда какие мушки расклеивать. Обязательной составляющей мужского гардероба стали парики. У любого уважающего себя джентльмена их должно было быть не менее трех: черный – утренний, каштановый – обеденный и белый – вечерний. Выйти в общество без парика было так же неприлично, как показаться в общественном месте без штанов.

И, пожалуй, никогда ни до, ни после этого времени одежда не знала такой роскоши. Тела мужчин украшали помпезные камзолы, а уж ноги… Ноги были по-прежнему заключены в обтягивающие штаны. В моду вошли лосины. Их шили из тонкой лосиной кожи, от чего, собственно, они и получили свое название. Мгновенно распространился обычай замачивать лосины в воде перед тем, как надеть: в процессе носки они высыхали, кожа утягивалась и так облегала тело во всех местах, что уже не было особой разницы, облачена ли нижняя часть туловища мужчины в одежду или нет. Все это позволяло дамам, стыдливо прикрывавшим лица веерами, любоваться роскошными ландшафтами ниже пояса.


Денис Давыдов О. А. Кипренского

Французская революция положила конец помпезности. Парики были запрещены как пережитки прошлого, роскошь объявлена вне закона. Как известно, Франция – законодательница мод, поэтому нововведения очень быстро распространились по всей Европе. А потом к власти пришел Наполеон и вновь наступила эпоха войн. Основным видом мужской одежды стала военная форма. Разумеется, модники не смогли удержаться от того, чтобы не тряхнуть хвостом. Мундиры, украшенные позументом и кистями, золотыми галунами и лентами, шнурами и канителью, сводили с ума дам. А ниже мундира были все те же обтягивающие ноги лосины. Даже позируя для портретов, мужчины принимали такие позы, чтобы не скрывать, а подчеркивать свое достоинство. А художники… А художники всего лишь передавали правду жизни. Иногда ее приукрашивая.


Классический мачо: щетина, обнаженка и загадочный взгляд из-под шляпы

Но, как поется в известной песне, кавалергарда век не долог. Женщины, изрядно подуставшие от парфюмированных и напомаженных мужчин, качнулись в другую сторону. На смену галантному герою-любовнику явился мачо. В переводе с испанского macho означает вовсе не «парень». Мачо – это понятие, которое можно передать словами как «мужская суть». Мачо – воплощение грубой мужской сексуальности. Расстегнутая до пупа рубашка, вечная сигарета, повисшая над квадратным подбородком, немного хамства и прищуренный взгляд, а рука всегда на рукояти пистолета – вот образ, на котором выросло не одно поколение девушек. Мачо не говорит комплиментов, он слега небрит и местами даже неопрятен, он плюет на законы и в порошок растирает врагов. Этот образ благородного разбойника возник в кинематографе в 1930-х годах и очень быстро стал необыкновенно популярным: мы с вами узнали настоящих мачо благодаря Андриано Челентано и Полу Хогану в роли Крокодила Данди.

Подражая киногероям, мужчины носили шляпы и «казаки», брились через раз и разговаривали подчеркнуто грубо. Но этот тип сексуальности продержался недолго. Скорее всего, как раз из-за грубости. Женщины не выносят, когда с ними обходятся пренебрежительно. В конце девяностых на подиум медленно, но уверенно стали подниматься ботаники.

Братья Вачовски, сняв свою «Матрицу», совершили революцию не только в виртуальном мире, но и в женских сердцах. Ботаники, оказывается, тоже могут быть сексуальными! Бледный, худосочный, инфантильный Томас Андерсон, компьютерный червяк и протиратель штанов в исполнении Киану Ривза, оказался необычайно привлекательным персонажем, по которому до сих пор сходят с ума миллионы женщин во всем мире.


Худосочный компьютерщик Нео в исполнении Киану Ривза реабилитировал ботаников всего мира. Они тоже могут быть привлекательными!

Почему? Потому что Нео при всей его беззащитности, ведомости и ранимости оказался способен совершить то, что не смог сделать брутальный Морфеус: спасти мир и, пожертвовав собой, одержать главную победу своей жизни. По секрету скажу как женщина: по-настоящему сексуальным мужчину делает не накладной гульфик, а то, что называют силой духа.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 2.494. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
Вверх Вниз