Главная / Литература / Думают ли животные? / Врожденное и приобретенное поведение животных / Дельфины

Книга: Думают ли животные?

Навигация: Начало     Оглавление     Другие книги    


Дельфины

Китообразных (Cetacea) можно встретить почти во всех морях. К ним относятся не только огромные киты, но и значительно меньшие по размерам дельфины, которые в основном и будут нас интересовать. Киты ведут свое происхождение от сухопутных млекопитающих, скорее всего от хищных, и к рыбам не относятся. Киты дышат легкими, имеют теплую кровь, их кожа покрыта волосами, а не чешуей. Хотя все китообразные прекрасно приспособлены к жизни в воде, они должны подниматься на поверхность, чтобы набрать в легкие свежего воздуха. Дельфины, так же как морские львы и тюлени, питаются рыбой. Они могут проглотить ее только в том случае, если рыба попадет в пищевод головой вперед. Когда же добыча поймана за середину тела или за хвост, дельфины всплывают, подбрасывают рыбу в воздух и ловят ее теперь уже за голову. При случае они точно так же поступают и с продолговатыми плавающими предметами, палками, например, которые они, как бы играя, подбрасывают высоко в воздух. Своих детенышей дельфины, как и все китообразные, производят на свет в воде. Чтобы новорожденный как можно скорее вдохнул воздух, мать берет малыша в рот и выносит на поверхность. Кроме того, киты и дельфины нередко помогают своему больному или раненому сородичу, подплывая под него и выталкивая на поверхность, чтобы он мог дышать.

Из биологически наиболее важных особенностей дельфинов упомянем их чрезвычайно выраженную склонность к жизни в сообществах. В море дельфины обычно встречаются группами. На большой скорости плывут они один подле другого, точно выдерживая расстояние между собой. Кроме того, они охотно играют, как, впрочем, и морские львы, которых можно увидеть во многих зоопарках мира. Подбрасывая мяч высоко в воздух, морской лев пытается кинуть его так, чтобы он упал недалеко от товарища по игре, а тот в свою очередь отбрасывает мяч первому льву. Поскольку при оценке поведения дельфинов ни в коем случае нельзя забывать о некоторых их биологических особенностях, еще раз кратко перечислим их:

1. Умение развивать большую скорость (до 50 километров в час) благодаря приспособленности тела к преодолению сопротивления воды.

2. Ловкость при подбрасывании и ловле рыбы и некоторых других предметов.

3. Тенденция объединяться с представителями своего вида и умение плыть «строем».

4. Готовность помочь новорожденным и больным, выталкивая их на поверхность воды.

В связи с вопросом, который мы специально рассматриваем в данной книге, особого внимания заслуживает удивительная способность дельфинов к обучению. Они охотно выпрыгивают из воды. Стоит служителю во время такого прыжка издать громкий свист и тут же дать дельфину в качестве вознаграждения рыбу, этого единственного сигнала будет достаточно, чтобы животное впредь совершало прыжки по свистку. Акустический сигнал можно использовать и в качестве приглашения к кормежке. Служитель свистит в свисток, дельфин выпрыгивает и получает рыбу. Нетрудно обучить прыгать сразу двух дельфинов, причем один из них будет брать пищу из левой руки, а другой – из правой.

Зоопсихологов поражает тот факт, что эти результаты достигаются без обычной дрессировки, требующей длительных упражнений. Для выработки, например, у собаки условного рефлекса на звук необходимо, как уже говорилось, неоднократно связывать звук с выдачей корма, пока постепенно не образуется временная связь.

У дельфинов все происходит значительно скорее. Поскольку они так быстро обучаются, им приписывают очень высокий интеллект. Так считают и те, кому приходилось наблюдать, как дельфины перед подачей сигнала к кормлению выстраиваются, напряженно ждут сигнала, по свистку устремляются вперед, прыгают и получают рыбу. В описании экспериментов мы читаем: «Животное должно понять, чего от него требует дрессировщик, иначе дело не пойдет, но это понимание достигается в данном случае легче и быстрее, чем даже у слонов и шимпанзе».

Остановимся на этом подробнее. До сих пор мы лишь наблюдали за поведением животных, пришла пора его объяснить. Объясняя то или иное событие, мы прежде всего задаем себе вопрос, какие причины вызвали его. Если причина известна, легко найти и ответ. Приведем такой пример: хозяйка забыла полить растущие в доме альпийские фиалки. Через два дня растения сникли. Причина ясна – недостаток влаги. Или, например, некто испытывает боли в области живота. Врач после тщательного обследования больного обнаруживает камни в желчном пузыре, тем самым называя причину, а значит, и объясняя появление болей.

Само собой разумеется, что и в случае с дельфинами нам прежде всего важно узнать о причине или причинах их поведения. Как мы уже отмечали, животное понимает, чего хочет от него дрессировщик. Но может ли понимание быть причиной поведения? Стремясь найти объяснение чему‑либо, мы ищем в качестве причины нечто нам известное. Так, в примере с альпийскими фиалками этой причиной оказался недостаток влаги. А вот про «понимание» уж, во всяком случае, не скажешь, что это нечто известное, позволяющее объяснить, как дельфины добиваются таких блестящих результатов. Ссылка на «понимание» не может нам помочь, так как оно само является чем‑то неизвестным и никто не может с уверенностью сказать, в чем оно, собственно, заключается. А неизвестное нельзя использовать для объяснения. Мы должны попытаться найти другое, более разумное объяснение поведения дельфинов. Есть такие дельфины, которые умеют играть в «баскетбол». Хорошо прицелившись, они забрасывают мяч в подвешенную над водой корзину. Мы уже говорили о том, что они охотно подбрасывают различные предметы, в том числе и мяч. Весьма вероятно, что эта их способность является врожденной. «Целенаправленность» игры в баскетбол приобретается благодаря опыту, подкрепляемому вознаграждением. А точное прицеливание является наивысшим достижением, равного которому, возможно, нет в мире животных.

Тот, кто готов привлечь для объяснения поведения дельфинов учение Павлова, нередко встречается с возражением, что точный прицельный бросок мяча не является рефлексом и, следовательно, все происходящее не объяснишь простой ссылкой на условный рефлекс. Согласно общепринятой точке зрения, рефлекс – это непроизвольное, всегда более или менее однотипно выполняемое движение. Дотронувшись рукой до горячей печи, мы немедленно отдергиваем руку. Мы рефлекторно икаем, чихаем, кашляем. Таким действиям никого не учили. Рефлекторно и даже незаметно для нас выделяется желудочный сок.

Точность выполнения броска дельфином действительно поражает, но это проблема управления поведением, а не понимания. У людей первое подчинено второму.

Нередко отдельные действия животные совершают намного лучше нас, людей. Ни один человек не поймает так ловко и уверенно муху, как ящерица. Каждый знает, что обоняние собаки тоньше нашего. И самые ловкие человеческие руки не смогут так тщательно и изящно сплести гнездо, как это делают маленькие ткачики. Подобных областей деятельности, в которых низшие животные значительно превосходят высших, немало. Это справедливо и в отношении дельфинов и шимпанзе, о которых мы еще будем говорить. Следовательно, когда налицо конкретная, высокоразвитая способность, например играть в мяч, это еще не значит, что дельфинам в отличие от других животных присущ более высокий интеллект, хотя бы уже потому, что в интеллекте проявляется совокупность многих способностей.

Упомянем еще одну удивительную способность дельфинов, которая привлекла к себе очень большое внимание. Я имею в виду их исключительное умение посылать и принимать ультразвуковые сигналы. Голосовой орган дельфинов способен вызывать такие колебания воды, которые не воспринимаются ухом человека, так как они лежат в области ультразвука. В настоящее время созданы приборы, которые могут преобразовывать очень высокие ультразвуки в звуки, лежащие в пределах нашей слышимости. С их помощью можно разобрать тонкий свист, производимый дельфинами. Отраженные от твердых предметов, в том числе и от морского дна, звуковые волны воспринимаются дельфинами. Этим и объясняется, почему дельфины, хотя они и плывут на очень высоких скоростях, никогда не натыкаются на стенки бассейна или любые другие препятствия. Дельфины используют отраженный звук подобно тому, как люди применяют в судоходстве эхолоты.

Но дельфины не единственные животные, обладающие способностью к эхолокации. Летучие мыши также испускают в полете ультразвуки очень высокой частоты и, воспринимая их после отражения, ориентируются в темноте. Ранее казалось загадочным, как это летучая мышь может летать в затемненной комнате, вдоль и поперек которой натянуты нити, не задевая их, а искусно маневрируя. И только изобретение технических приборов, позволяющих регистрировать ультразвуки, раскрыло наконец и эту тайну. С помощью ультразвука дельфины удивительно хорошо общаются друг с другом, предупреждают об опасности либо извещают о наличии пищи.

Применяя современную терминологию, можно сказать, что дельфины прекрасно перерабатывают сигналы. Наша речь – это тоже сигналы. Нет сомнений в том, что переработка сигналов человеком и животными не просто резко различается, но она и принципиально иная. Каждое мышление есть переработка сигналов, но не каждая переработка сигналов есть мышление. У животных при такой переработке часто своеобразно переплетаются врожденное поведение с благоприобретенным. Дельфины как раз и демонстрируют нам впечатляющую картину того, как быстро приобретаемые ими в процессе научения навыки составляют большую часть в общем комплексе их поведения.




<< Назад    | Оглавление |     Вперед >>

Похожие страницы