Книга: Двуликий Янус. Спорт как социальный феномен. Сущность и онтологические основания

1.3. Физическое воспитание, единоборства и спорт в России

<<< Назад
Вперед >>>

Физическая культура в России с начала XX до начала XXI в.

Как и вся мировая физическая культура, физическая культура в России в период с начала XX до начала XXI в. развивает три родственных социальных института: единоборств, физического воспитания, спорта. Однако в данный локальный период времени, в связи с определенным разрывом преемственности, например с древнерусской единоборческой культурой, а также по ряду других причин, в том числе административно-бюрократического порядка, очерёдность социального распространения, продвижения и влияния этих институтов несколько иная: спорт – физическое воспитание – единоборства.

Рассмотрим указанную связь и очерёдность более детально. С 1908 по 1914 г. можно констатировать мощный организационный рывок в развитии отечественного спорта. «В эти годы расширяется география спортивных связей, создаются Всероссийские лиги по отдельным видам спорта, расширяется календарь всероссийских соревнований, учреждается Российский олимпийский комитет, и Россия официально вступает в международное олимпийское движение. В эти годы выходят новые спортивные журналы, их число заметно возрастает» [Мельникова Н. Ю., Трескин А. В., Левин Д. М., 2010; с. 197]. Значительный и разноплановый процесс наблюдается в области теоретико-методической разработки тематики спортивной подготовки.

Столь явный, скачкообразный качественно-количественный прогресс в общем-то очень молодой области – спортивной жизни России очень трудно объяснить лишь наличием большой группы интеллигентов-энтузиастов, как это пытаются сделать выше указанные авторы. Конечно, почин – дело великое, что уже доказала история появления и развития гимнастических и игровых систем в Европе в Новое время. Но без социального заказа данный почин интеллектуальных кругов был бы и в Европе и в России обречён на неудачу.

Социальный (в том числе и правительственно-политический) заказ на спорт в Российской империи, несомненно, существовал и состоял в следующем:

– прошедшая война с Японией показала актуальность системной физической подготовки офицерского и рядового состава российской армии. Армия на тот момент искала варианты решения данной проблемы. Спорт представлялся одним из наиболее приемлемых вариантов, что фактически подтверждается дальнейшими событиями (созданием военно-спортивных клубов на спортивных базах в годы Первой мировой войны в проекте «Мобилизация спорта»);

– мирный период времени между двумя войнами начала ХХ в. ознаменовался для России относительным экономическим благополучием, интенсивным ростом производства, расслоением крестьянства, что способствовало появлению, вернее, росту социальных слоев – завсегдатаев массовых зрелищ;

– спорт в России во многом формировался и функционировал на базе цирковых арен (например, гиревой спорт, классическая борьба, акробатика, гимнастика), соревнования проводились на праздничных ярмарках при большом скоплении народа. Данное обстоятельство сильно способствовало быстрому росту популярности спорта.

Были и другие причины растущей спортивной популярности, связанные с международными связями и иностранными инвесторами российских промышленных и иных хозяйственных проектов и программ.

На волне указанных процессов в России даже создается «новый тип управленческой структуры, где соединяются государственные и общественные формы руководства в лице Канцелярии Главнонаблюдающего за физическим развитием народонаселения Российской империи (1912 г.), Временного совета (1914 г.) и союзов по отдельным видам спорта» [там же, с. 198]. Кроме того, в 1913 и 1914 гг. прошли комплексные состязания по олимпийской программе, была разработана и предложена система нормативов «нормального атлета», учреждались правительственные награды за особые заслуги в спорте, итогом централизации спорта стала организация 15-ти Всероссийских союзов и вступление большинства из них в международные спортивные ассоциации.

В указанном контексте становится более понятным пафос сподвижника Пьера де Кубертена, первого представителя России в МОК (Международном олимпийском комитете) генерала А. Д. Бутовского, с горечью отмечавшего: «Однако в России к проблеме физического воспитания относятся с большой долей безразличия» [Мельникова Н. Ю., Трескин А. В., 2011; с.12].

Бутовский А. Д. имел в виду прежде всего отношение общественности и официальных властей к Олимпизму, то есть на тот момент философско-педагогическому проекту, которому ещё только предстояло в будущем приобрести социально-институциональный статус и соответствующее политическое влияние. Спорт же подобный статус и влияние уже имел, поэтому широкое общественное движение, начатое энтузиастами, получило надлежащий резонанс и отклик со стороны государства (в том числе и представителей царской фамилии).

До революции 1917 г. российские спортсмены дважды успели принять участие в Играх Олимпиад. Однако по причинам политической изоляции Советского государства и изоляционистской политики КСИ (Красного Спортивного Интернационала) – Международного союза рабочих спортивных организаций под эгидой Коминтерна советские спортсмены системно возобновили международные старты лишь в 40-е годы ХХ в.

В данный сложный для российского спорта период столкнулись две политические тенденции:

– пролетарского классового изоляционизма в спорте;

– стремление использовать спорт для прорыва политической блокады и в качестве аргумента в споре различных формационных систем.

Со временем возобладала вторая тенденция, однако она «взяла верх» далеко не сразу, что отражается в следующей хронологии событий.

В работе Всевобуча (Управления всеобщего военного обучения при Всероссийском штабе Наркомата по военным делам, созданного декретом ВЦИК от 22 апреля 1918 г.) была поставлена задача восстановить и перестроить спортивные организации и сеть молодежных спортивных кружков. К концу 1918 г. в восстановленной сети насчитывалось 350 спортивных объединений (союзов, лиг) с охватом более 38 тыс. активных членов.

В 1919 г. решением, утвержденным главой Всевобуча Н. И. Подвойским, в программу военного обучения была включена физическая подготовка «как средство оздоровления и физического воспитания народа».

В октябре 1920 г. образован ВСФК (Высший совет физической культуры) – первый государственный профильный совещательный орган при Всевобуче. Под его руководством проводилась политика по образованию местных (губернских, уездных) военно-спортивных клубов, занимавшихся обучением допризывников. В январе 1921 г. в стране уже функционировало 1612 таких клубов. Им было предписано: особое внимание уделять бегу на коньках, на лыжах, стрельбе, остальным видам спорта – «если позволяют условия».

В 1923 г. проводится первая Всероссийская олимпиада.

Относительно (и абсолютно) небольшое число людей, включенных в описываемый период в физкультурно-спортивное российское движение, определяется тремя основными обстоятельствами:

– слабая связь и преемственность с руководящим и тренерско-инструкторским активом дореволюционных спортивных организаций;

– подчеркнуто политический характер и военная ориентация проводившейся работы;

– отсутствие финансовых возможностей и реального времени у населения России для участия в организованном активном спортивном досуге и развлекательных акциях (которые, кстати, по вполне понятным причинам и не проводились, если не считать редких «агиток»).

Таким образом, говорить о спорте (как о таковом) с 1918 по 1920 г. было бы фактической ошибкой. Курс на «спортизацию» был указан позже, а именно – в 1922 г. на январской конференции Всевобуча. А фактическое влияние на реализацию данного курса оказала Новая экономическая политика (с 1921 г.), реанимировавшая иллюзорную для той ситуации возможность буржуазного развития определенной части населения и тем самым создавшая необходимые экономические и социальные предпосылки для спорта как массово-развлекательного феномена. Процесс был запущен и «пошел» даже при ликвидации Всевобуча в 1923 г.

В этой, как показывает история, относительно благоприятной для развития российского спорта ситуации социального и имущественного расслоения и сам спорт стал «яблоком раздора». Приняв спорт как данность, его стали разрывать по «классовому признаку, пытаясь вычленить в «буржуазном» спорте «пролетарский» элемент или составляющую. В более конкретной форме дискуссия проходила в русле противопоставления спорта (футбола, бокса, тяжёлой атлетики, борьбы и т. д.) советскому физкультурному движению.

Активным противником традиционных для мировой практики видов спорта и соревновательной формы организации спортивных состязаний, в частности, выступил ЦК РКСМ (Российский коммунистический союз молодежи). Промежуточным итогом данного противостояния была ликвидация «параллелизма» в развитии советского спорта, иначе говоря, частные спортивные организации подлежали уничтожению, а задачу «спортизации» населения попытался взять на себя (конечно, в руководящем смысле) РКСМ. Как результат, «с конца 1920 г. проявляются тенденции угасания спорта и спортивного движения» [Мельникова Н. Ю., Трескин А. В., Левин Д. М., 2010; с. 213]. В 1922 г. V съезд РКСМ объявил спорт «вне закона». Всероссийский союз красных спортивных организаций, тесно работавший с Всевобучем, был ликвидирован в 1923 г. Но потерпев неудачу в вопросах организации физической культуры в стране, РКСМ был вынужден в 1923 г. передать спортивные организации профсоюзам.

Одной из важнейших, как полагают авторы рассматриваемого материала, причин неудачи РКСМ со спортом было неприятие старых инструкторских спортивных кадров, работу которых успел активизировать Всевобуч, и которые состояли в меньшей степени из интеллигенции, в большей степени – из бывших офицеров.

Другим фактическим, не менее активным противником традиционного спорта выступали организации и в целом движение Пролеткульта (созданного при поддержке и под патронажем наркома просвещения А. В. Луначарского в 1917 г.). До 1925 г., когда произошло слияние Пролеткульта с профсоюзами, лидеры этого движения активно пытались влиять на вектор развития физической культуры и спорта. Концептуально данное влияние оформлялось следующим образом:

– популярность традиционных видов спорта в буржуазных странах рассматривалась как доказательство буржуазной природы спорта;

– в качестве необходимой альтернативы «буржуазному спорту» объявлялась новая физическая культура пролетариата в двух её формах: в форме трудовой гимнастики, копирующей элементы трудового процесса; в форме коллективного спорта, призванного заменить индивидуальные состязания на групповые и исключить детский спорт, «узкую специализацию, вредный профессионализм и рекордизм буржуазного спорта»;

– задачей новой физической культуры провозглашалось «психофизиологическое воспитание нового квалифицированного человека» [там же, с. 224–226].

Следует отметить, что И. Соколов – один из авторов «новой трудовой гимнастики», включивший в систему её упражнений комплексы, способствующие воспитанию естественного (автоматизированного), трудового (рационализированного) и художественного (ритмизированного) движения для упражнения тела рабочих, роста их выносливости и неутомляемости, выполнил весьма интересную и, безусловно, нужную работу, которая внесла свой вклад в практику трудового процесса, в частности, в «стахановское движение». Кроме того, эта «новая гимнастика» не являлась такой уж новой. В известных гимнастических системах Нового времени подобные задачи ставились и небезуспешно решались, что в любом учебнике объявляется их несомненной заслугой. Поэтому мы не видим смысла принижать роль советской трудовой гимнастики как отечественной модели физической культуры.

Следует также отметить, что основные тезисы идеологов Пролеткульта в отношении коллективного спорта до сих пор находят своих сторонников и последователей, в частности, в области разработки «мягких» гуманистических видов и моделей спортивной деятельности, например, в проекте В. И. Столярова «СпАрт» (спорт плюс искусство).

Кроме того, против факта самого существования детского спорта выступали не только пролеткультовцы, но и практически все работавшие в данной области ведущие педагоги того времени, начиная от Пьера де Кубертена и Петра Францевича Лесгафта, опиравшиеся в этом вопросе на точку зрения древнегреческих философов.

Тем не менее, начиная с 1925 г. понемногу «набирает вес» и силу «спортивное направление» в отечественной физической культуре, ратовавшее за возврат к традиционному спорту и его соревновательной практике. Резолюция Президиума ВСФК по вопросу о физкультурной дискуссии от января 1925 г. содержит поручение научно-техническому комитету ВСФК «ускорить разработку практических указаний к применению соревновательного метода».

Усиление указанного «спортивного направления» было отнюдь не простым гладким процессом, оно протекало при активном противодействии Коминтерна, на что целесообразно обратить особое внимание.

Уступка ВСФК по поводу использования соревновательного метода и развития традиционных видов спорта на основе привлечения старых спецов – кадров тренерского состава из числа представителей бывшего господствующего класса – казалась мелочью. И это действительно было мелочью по сравнению с политической независимостью советского спорта от мирового (буржуазного) спортивного и олимпийского движения, по сравнению с грандиозностью задачи «победоносной борьбы международного пролетариата с мировым капиталом», на решение которой Красный Спортивный Интернационал (КСИ) ориентировал и советских спортсменов.

Была найдена достойная альтернатива Олимпийским играм в лице Всероссийских Олимпиад, проводившихся с 1923 г. и с 1928 г. сформировавших программу с заимствованными традициями конкурсов искусств и церемониалом награждения победителей, представленными не только в Играх Олимпиад, но и в древнегреческом олимпизме.

Кроме того, были налажены международные связи с зарубежными рабочими спортивными организациями, а работа КСИ в целом рассматривалась как вклад спортсменов в дело «объединения международного рабочего движения в борьбе с набиравшими силу в Европе милитаризмом и фашизмом» [Мельникова Н. Ю., Трескин А. В., Левин Д. М., 2011; с. 154].

Наряду с этим существовали объективные и субъективные обстоятельства, обусловившие постепенное, пошаговое, но неуклонное «сползание» советского спорта с декларируемых и действительно первоначально занимаемых им социально-политических позиций.

К субъективным обстоятельствам следует отнести всё более усиливающийся интерес и тягу советских спортивных тренеров и руководителей к участию в международных соревнованиях с лучшими зарубежными спортсменами, которые, в силу зрелости «буржуазных» международных ассоциаций, союзов, состояли именно в них, а не в относительно молодых и ещё слабых коминтерновских спортивных организациях.

Объективным основанием указанного интереса и тяги выступала невозможность взращивания победителей и рекордсменов иначе, как в борьбе с лучшими командами и спортсменами Запада. Попытки некоторое время сравнивать и противопоставлять результаты советских спортсменов на Всесоюзных Олимпиадах и мирового спорта на Играх Олимпиадах, а также на чемпионатах мира в основном и в большей степени выполняли роль некоего идеологического заменителя, чем объективного сравнительного анализа. Ведь ясно, что должно сравниваться подобное с подобным, испытываемое, тестируемое в одних и тех же условиях, иначе ни о какой чистоте эксперимента речи быть не может. Это понимает любой опытный спортивный судья, тренер, руководитель. Тем более, что сравнить рекорды ещё как-то, при определённых допусках и оговорках, возможно. А как сравнить результаты игровых и единоборческих турниров и чемпионатов? Единственный путь – совместное участие в одних и тех же соревнованиях.

Другим объективным основанием усиливающегося интереса и тяги к участию в чемпионатах мира и Играх Олимпиад была нарастающая конкуренция двух формационных систем, каждая из которых рассматривала спортивные победы как факт собственной состоятельности в политическом, а в итоге, и в историческом споре.

И, наконец, третьим объективным обстоятельством указанного процесса являлось то, что спорт выступал одним из немногочисленных реальных механизмов и путей преодоления Советской Россией международной политической блокады, прорыва в международную торговлю и экономику.

На фоне данных объективных и субъективных обстоятельств все попытки КСИ помешать росту регулярных контактов советских спортсменов с зарубежными «буржуазными» коллегами выглядели не более, как местечковость и мелочная опека. Вопрос в том, а являлись ли они таковыми на самом деле?

Итог всех неудачных попыток КСИ известен: советские виды спорта один за другим налаживали регулярные контакты с мировым непролетарским спортом, сперва принимали гостей у себя в стране, затем, уже привычно, ездили за рубеж, а ещё позже закономерно вступали в международные спортивные сообщества и….теряли былую политическую независимость, которой так гордились.

Спортивная летопись четко датирует все этапы рассматриваемого процесса для таких видов спорта, как бег на коньках, шахматы, велоспорт, легкая атлетика, лыжные гонки, футбол, бокс, борьба, тяжелая атлетика (штанга) и так далее.

Да, действительно, это был единственный реальный способ уменьшить и ликвидировать отставание советского спорта, сделать его одним из мировых спортивных лидеров. Но одновременно это был и реальный политический (хотя многие годы, возможно, и не очень заметный) разгром социально-классовой позиции советского спорта, превратившегося со временем в составную часть мировой спортивной системы. Победив тактически, мы проиграли стратегически, потеряв реальный шанс на создание собственной главенствующей спортивной международной альтернативы, без которой держать сильные позиции в системе, которой управляет другой, не обязательно дружественный России блок стран, чрезвычайно трудно.

Тем самым, мы фактически закрыли для своих национальных видов спорта возможность становиться олимпийскими видами. Нас давят политически и экономически посредством бойкотов проводимых у нас международных соревнований (Игры Олимпиады 1980 г. как один из примеров такого бойкота). Сегодня на нас политически и экономически пытаются воздействовать через МОК (Международный олимпийский комитет), через ФИФА (Всемирная футбольная ассоциация). Призывы наших лидеров не смешивать спорт с политикой никто на Западе не желает слышать. Да мы и сами прекрасно понимаем, что на фоне насквозь политизированного спорта высших достижений это всего лишь призывы, кстати, также политического характера.

Итак, подведем некоторые не очень радужные, но значимые, в плане определения политической стратегии проектирования отечественной физической культуры, итоги.

Современный спорт – это международный, евро-американский, вполне реализовавшийся за последние два века проект, определяемый устойчивым вектором экономической, социальной, политической, религиозной эволюции, подкрепляемой существующим, прежде всего западным сообществом.

Национальные (в том числе и российская) модели спорта могут варьироваться лишь в тех рамках, которые не опровергают базовые характеристики спорта и питающие его условия социального контекста.

Любые попытки назвать спортом неспортивные модели, на наш взгляд, неконструктивны в плане их безнадежности изменить сложившуюся систему и сущность современного международного спорта. Однако эти же попытки могут считаться интересными и перспективными в плане создания внеспортивных или неспортивных моделей в сфере физической культуры, например в области физического воспитания или единоборства.

Напомним, что мировая физическая культура создала как минимум три родственных социальных института: единоборств, физического воспитания, спорта. Причём именно в такой исторической последовательности.

Достаточно давно начавшаяся и до сих пор не законченная спортизация всех областей физической культуры есть мощный, но не абсолютный, не тотальный в пространстве и времени процесс.

В России уже сейчас четко видны усиливающиеся тенденции дифференциации и нового (точнее сказать, новейшего) обособления единоборств и военно-физического воспитания, а также фитнесиндустрии от области спорта. Иногда это проявляется довольно агрессивно и скандально.

Поэтому российским ученым следует приоритетно обратить внимание на обстоятельства и условия социокультурного проектирования не столько спорта, сколько двух других указанных институтов физической культуры, возможно, дающих ещё один шанс для самобытного и стратегически важного (с позиций долгосрочной мировой политики и экономики) подъема российского общества.

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 2.530. Запросов К БД/Cache: 3 / 0
Вверх Вниз