Книга: Эволюция человека. В 2 книгах. Книга 1. Обезьяны, кости и гены

Чувство юмора и щедрость — результаты полового отбора?

<<< Назад
Вперед >>>
закрыть рекламу

Чувство юмора и щедрость — результаты полового отбора?

Не исключено, что некоторые важные особенности человеческой психики могли возникнуть под действием полового отбора — либо как качества, обладающие непосредственной ценностью для потенциального полового партнера и будущего потомства (например, доброта и интеллект), либо как средства наглядной демонстрации (рекламы) искомых качеств. Некоторые эксперты допускают, что такие свойства, как чувство юмора и щедрость, вполне могут быть аналогами павлиньего хвоста у человека. Проверить подобные гипотезы напрямую невозможно. Зато можно проверить следствия, вытекающие из них. Именно это обычно и пытаются сделать эволюционные психологи. Конечно, в таких исследованиях даже в случае положительного результата всегда сохраняется вероятность того, что обнаруженные эффекты и корреляции могут иметь иное объяснение, отличное от исходных эволюционно-психологических гипотез. Тем не менее это, по-видимому, единственный возможный подход к решению подобных задач. С каждым успешным экспериментом вероятность правильности исходных предположений растет, постепенно приближаясь к 100 %. На большее трудно рассчитывать.

Идея о том, что чувство юмора развилось у людей под действием полового отбора как средство демонстрации интеллекта, была обоснована Джеффри Миллером в книге The Mating Mind, о которой говорилось выше. То, что представители всех изученных в этом отношении человеческих культур считают интеллект (наряду с добротой и пониманием) важнейшим критерием при выборе брачного партнера, — это установленный факт. По крайней мере они так говорят (есть данные, что женщины при этом отвечают честно, а вот мужчины лукавят; см. ниже). Известно также, что интеллект положительно коррелирует с физическим здоровьем и является надежным показателем качества генов. Иными словами, интеллект — отличный «индикатор приспособленности», что делает выбор умных партнеров эволюционно осмысленным. Однако прямых фактических данных о наличии положительной корреляции между интеллектом и чувством юмора, как ни странно, до сих пор было очень мало, а без этого гипотеза Миллера выглядела уязвимой. Действительно ли шутки тем смешнее, чем выше интеллект шутника? Кому-то это кажется очевидным, кому-то нет, но в любом случае надо было это проверить научными методами.

—————

Не смейтесь над учеными

Иногда ученым приходится доказывать научными методами вещи, которые кажутся большинству здравомыслящих людей самоочевидными и не требующими доказательств. Такая необходимость возникает из-за того, что в биологии самоочевидность подчас не является серьезным аргументом. Интуиция и здравый смысл нередко нас подводят (см. главу «Жертвы эволюции», кн. 2). Кроме того, существует особая порода профессоров старшего поколения (особенно много их в психологии, этологии и смежных дисциплинах), которые вполне способны отрицать и самоочевидные вещи, если они касаются биологической природы психики и поведения людей. Таких профессоров тоже нужно переубеждать. Поэтому не надо смеяться над учеными, всерьез доказывающими то, что и так «ежу понятно».

Смеяться не надо, но улыбаться не возбраняется. Действительно, трудно сдержать улыбку, когда читаешь научные выводы, подобные опубликованным недавно в уважаемом журнале Behaviour. Группа британских ученых обнародовала факты, позволяющие заключить, что ночные клубы используются (кто бы мог подумать!) как площадки для сексуальных демонстраций (Hendrie et al., 2009):

Молодые, достигшие половой зрелости люди Homo sapiens обоих полов часто собираются в определенных местах и танцуют… Такой тип поведения наблюдается у ряда животных… В настоящем исследовании изучалось это явление в условиях коммерческих ночных клубов. Полученные данные показывают, что более 80 % людей входят в клубы, не имея партнера, и поэтому являются потенциально доступными в сексуальном плане. Наблюдается также примерно 50 %-й рост числа парочек среди выходящих из клуба (по сравнению с входящими), что свидетельствует о том, что данные конгрегации образуются с сексуальными целями. Внутри клубов свыше 80 % парных разнополых танцев были инициированы мужчинами, которые подходили к женщинам, а не наоборот. Как следствие, женщины конкурируют друг с другом за привлечение партнеров. Количественная оценка разных женских привлекающих тактик показала, что, хотя лишь 20 % женщин носили тесно облегающую одежду, демонстрирующую более 40 % поверхности их тела или 50 % площади груди и танцевали в сексуальной (sexually suggestive) манере, эти женщины привлекли почти половину (49 %) зарегистрированных нами мужских приглашений на танец. Эти данные указывают на эффективность одежды и танцевальных демонстраций для привлечения мужского внимания и являются веским доводом в пользу того, что ночные клубы представляют собой площадки для сексуальных демонстраций, где женщины соревнуются за мужское внимание. Женщины, осуществляющие наиболее успешные демонстрации, получают преимущество, которое состоит в возможности выбирать из ряда мужчин, проявивших к ним интерес.

—————

Для проверки гипотезы о том, что чувство юмора положительно коррелирует с интеллектом, американские психологи провели эксперимент, в котором приняли участие 185 студентов-добровольцев. Интеллект участников определяли при помощи теста Равена[68]. Кроме того, каждый студент прошел тестирование на пять личностных характеристик, которые психологи называют «большой пятеркой»: открытость (openness) у добросовестность (conscientiousness), экстраверсия (extraversion), приятность в общении (agreeableness) и невротизм (neuroticism). Затем участников просили выполнить три задания, в которых они должны были продемонстрировать разные аспекты чувства юмора. Участники должны были заполнить шесть шутливых личных карточек — им давали фотографию незнакомого человека и просили заполнить от его имени пункты анкеты: «профессия», «обо мне», «хобби/увлечения», «мой типичный день», «моя жизненная философия». Второе задание состояло в том, чтобы придумать как можно более смешные ответы на три вопроса: «Если бы вы могли ненадолго оказаться в шкуре какого-нибудь животного, каким животным вы не хотели бы стать и почему?»; «Как сделать семейную жизнь увлекательной после первых двух лет?»; «Что будет с миром через сто лет?». Третье задание было на невербальный юмор: нужно было нарисовать смешные портреты четырех животных (обезьяна, пингвин, осьминог, жираф) и четырех людей (политик, профессор, бодибилдер, художник).

В состав жюри вошли 28 студентов. Они оценивали все юмористические произведения анонимно, ничего не зная ни об их авторах, ни об оценках других судей. Оценки в целом были выставлены низкие. Тем не менее в их распределении обнаружились интересные закономерности. Оказалось, что, с учетом всех необходимых поправок, сильнее всего с чувством юмора коррелирует интеллект. Более слабая положительная корреляция выявлена между чувством юмора и экстравертностью. Остальные личностные характеристики не коррелируют с выставленными оценками. Кроме того, было показано (как и в ряде прежних исследований), что юноши в среднем шутят смешнее, чем девушки. Это согласуется с моделью полового отбора, предложенной Миллером, согласно которой юмор дает больше преимуществ мужчинам, чем женщинам (точно так же, как и использование редких слов, см. ниже). Однако другое предсказание Миллера — о том, что положительная корреляция между интеллектом и юмором должна быть сильнее выражена у мужчин, чем у женщин, — не подтвердилось. Хотя девушки в целом шутили менее удачно, чем юноши, положительная корреляция между интеллектом и юмором оказалась даже сильнее у первых, чем у вторых (Howrigan, MacDonald, 2008).

Впрочем, все не так плохо для теории полового отбора. Особенно если вспомнить, что гоминиды, скорее всего, издавна практиковали моногамию. У строго моногамных видов проблема выбора наилучшего брачного партнера стоит одинаково остро для обоих полов, и специальные рекламные адаптации под действием полового отбора развиваются как у самцов, так и у самок (иногда даже одинаковые). В качестве примера можно привести таких сказочно красивых птиц, как лебеди или журавли. Люди, конечно, не очень строгие моногамы. Тем не менее у людей по сравнению с другими современными приматами очень велик так называемый мужской вклад в потомство (МВП). У людей, в том числе и в самых примитивных обществах, отцы вкладывают в своих детей значительно больше ресурсов, чем у других видов обезьян (правда, все равно намного меньше, чем матери).

Теория полового отбора предсказывает (а факты подтверждают), что выбор брачного партнера обычно осуществляется тем полом, который вкладывает в потомство больше ресурсов. Как правило, этот пол — женский. Поэтому самцы обычно изо всех сил себя рекламируют, а самки, наблюдая за их демонстрациями, придирчиво выбирают достойнейшего.

В результате именно у самцов под действием полового отбора возникают причудливые адаптации рекламного характера вроде павлиньего хвоста. Но у человека из-за высокого МВП все несколько сложнее. Похоже на то, что уже у наших далеких предков активным выбором партнера занимались не только самки, но и самцы. Выбор был взаимным. Поэтому в женском поведении и внешнем виде кое-что тоже можно объяснить действием полового отбора. Вы не замечали? Некоторые характерные женские свойства вполне могут быть адаптациями, развившимися для привлечения самцов (чтобы было из кого выбирать) и для их последующего удержания (чтобы его МВП достался мне и моим детям, а не той дуре). Из этого следует, что наличие положительной корреляции между интеллектом и юмором не только у мужчин, но и у женщин вовсе не является таким уж неразрешимым парадоксом.

В другом исследовании, проведенном Дэниелом Круджером из Мичиганского университета, анализировался другой, гораздо более громоздкий и обременительный «павлиний хвост», которым половой отбор наградил мужчин. Речь идет о расточительстве, то есть о склонности тратить больше ресурсов (например, денег), чем это необходимо и оправдано с экономической точки зрения (Krugery, 2008). Это явление называют также показным потреблением.

Теоретическая основа идеи о показной щедрости как средстве привлечения самок вполне очевидна. Если для данного вида животных характерен высокий МВП, то самке важно знать, насколько охотно будет ее потенциальный партнер вкладывать ресурсы в нее саму и в ее потомство. Самец заинтересован в том, чтобы как можно убедительнее продемонстрировать самке свою доброту, щедрость и богатство (способность добывать ценные ресурсы). Половой отбор в этой ситуации может способствовать развитию у самцов демонстративной расточительности[69]. Высокий МВП предполагает и определенную степень разборчивости со стороны самца. Самцу тоже интересно знать, насколько охотно будет самка вкладывать свои ресурсы в потомство. Но у предков человека, очевидно, мужчины и женщины вкладывали в потомство ресурсы разного рода. Если уж искать в характере современных женщин результаты действия полового отбора, то следует обратить внимание скорее не на транжирство, а на заботливость и нежность (в том числе и демонстративные).

Для проверки этой гипотезы о природе расточительства Круджер проанализировал результаты телефонных опросов 100 случайно выбранных мужчин и 309 женщин — жителей штата Мичиган. Исследование должно было ответить на два вопроса: 1) коррелирует ли расточительство с сексуальными притязаниями человека (являются ли люди, мечтающие о многочисленных половых партнерах, большими транжирами, чем лица с умеренными желаниями); 2) действенна ли эта стратегия (удается ли транжирам вступить в половую связь с большим числом партнеров, чем экономным гражданам).

Опрошенные должны были указать свой возраст, образование, семейное положение, а также принять или отвергнуть следующие три утверждения: 1) я всегда живу в соответствии со своим доходом, не залезая в долги; 2) я откладываю не менее 10 % заработка; 3) я полностью расплачиваюсь с долгами по кредитной карточке каждый месяц. Кроме того, они должны были сообщить число своих половых партнеров за последние пять лет, а также число партнеров, с которыми они хотели бы вступить в связь в течение последующих пяти лет.

С учетом всех необходимых поправок (на возраст, семейное положение и т. д.) полученные результаты показали наличие сильной положительной корреляции между расточительностью, сексуальными притязаниями и сексуальным успехом у мужчин.

Иными словами, транжиры имели (по их словам)[70] больше половых партнеров за последние пять лет и собирались иметь больше партнеров в будущем, чем любители откладывать на черный день и не залезать в долги. Ничего подобного не обнаружено у женщин. Ни сексуальный успех, ни сексуальные притязания женщин не коррелируют с расточительностью.

Эти результаты согласуются с полученными ранее экспериментальными данными, согласно которым студенты мужского пола охотнее расстаются с деньгами после того, как их тем или иным способом навели на размышления о симпатичных девушках. Надо ли говорить, что наука в данном вопросе сильно отстала от практики: всякому ясно, что рекламщики уже давно и активно эксплуатируют эти особенности человеческой психики, которые только сейчас начинают всерьез изучаться психологами. Мы теперь можем понять, почему в рекламных целях эффективнее использовать красивых женщин, чем мужчин. И конечно, очень полезно всем знать, на каких инстинктах спекулируют торговцы, впаривая нам дорогие и, мягко говоря, не очень нужные товары.

Казалось бы, узнав об этом исследовании, мужья получат новый аргумент в спорах с женами: я транжирю деньги, потому что в меня это заложено половым отбором, а вот женское транжирство не имеет эволюционных оправданий! Ошибка здесь та же самая, что и в некоторых псевдонаучных теориях первой половины XX века, которые пытались оправдать порабощение и даже уничтожение «слабейших» или «неприспособленных» людей, народов и рас тем, что в природе якобы всегда «выживает сильнейший». Нет никаких оснований выводить моральные нормы человеческого общества из подобных законов, даже если они действительно существуют в природе. Человеческая мораль меняется в ходе социальной эволюции, она развивается по своим собственным законам и давно уже не выводится напрямую из наших природных, эволюционно обусловленных склонностей. Иными словами, эволюционная психология может объяснять, но не может оправдывать.

—————

Экономика романтических свиданий

Согласно теории полового отбора, оптимальная стратегия поведения самцов и самок в процессе ухаживания определяется характером семейных отношений, принятых у данного вида животных. Если самец не вкладывает своих ресурсов в потомство, предоставляя все заботы самкам, то он, как правило, не проявляет избирательности и гонится только за количеством. Самке же выгодно быть привередливой и выбирать партнера с хорошими генами (самого здорового, сильного, обладателя самых ветвистых рогов и т. п.)

У видов с высоким мужским вкладом в потомство (МВП), таких как люди, потенциальным партнерам в процессе ухаживания приходится учитывать большее число факторов и вступать во взаимоотношения, напоминающие рыночные. Самка оценивает не только «качество генов» претендента, но и его возможность и желание обеспечить ее и потомство необходимыми ресурсами. При этом она должна соизмерять предъявляемые к партнеру требования со своей собственной «рыночной стоимостью» (см. раздел «Грустные дамы выбирают не самых мужественных кавалеров» в главе «Двуногие обезьяны»). Самец, со своей стороны, прикидывает, достаточно ли высок репродуктивный потенциал этой самки (зависящий в том числе от ее возраста и «качества генов»), чтобы в нее вкладываться.

Хорошим показателем «качества генов» у людей являются привлекательные черты лица. Впрочем, в этой фразе телега стоит впереди лошади: на самом деле это отбор позаботился о том, чтобы нам казались привлекательными как раз такие черты лица, которые свидетельствуют о высоком «качестве генов». Существуют даже прямые данные, показывающие, что репродуктивный успех как мужчин, так и женщин в современном индустриальном обществе положительно коррелирует с внешней привлекательностью (подробнее мы поговорим об этом в «Заключении»).

Как мы уже знаем, для гоминид, по-видимому, с давних пор был характерен высокий МВП и склонность к моногамии, выросшая из стратегии «секс в обмен на пищу». Соответствует ли поведение современных людей в процессе ухаживания тем эволюционно обусловленным мотивациям и стереотипам, которые должны были, согласно теории, развиться у наших предков? Антропологи и эволюционные психологи уже собрали немало данных, позволяющих ответить на этот вопрос утвердительно (Бутовская, 2004). Новое исследование британских психологов недавно добавило еще один аргумент в эту копилку (Stirrat et al., 2011).

Авторы протестировали 245 мужчин и 171 женщину в возрасте от 20 до 35 лет. Все испытуемые заполнили подробную анкету, в которой, в частности, нужно было оценить свою собственную внешнюю привлекательность по семибалльной шкале. Затем им показывали одну за другой фотографии 12 персон противоположного пола. Эти фотографии были сгенерированы на компьютере и затем ранжированы по привлекательности на основе оценок, выставленных 28 независимыми «судьями» — добровольцами, которые не участвовали в последующем тестировании. Фотографии показывались испытуемым в случайном порядке. Участники должны были представить себе, что они ужинают в ресторане с изображенным на фотографии человеком. Нужно было решить, какой из трех вариантов оплаты счета они бы предпочли: заплатить за обоих самому, поделить расходы поровну или возложить их целиком на партнера. Время на обдумывание не ограничивалось. Все участники расписались в том, что они старались отвечать максимально честно. Авторы подчеркивают, что их интересовали именно желания (предпочтения) испытуемых. В реальной жизни на принятие решения об оплате счета могут повлиять тысячи обстоятельств, включая точку зрения партнера. В условиях эксперимента речь шла только о желаниях испытуемого.

Главный результат исследования состоит в том, что и привлекательность партнера, и мнение испытуемого о собственной привлекательности достоверно влияют на эти желания, причем именно так, как предсказывает теория.

Чаще всего испытуемые выбирали вариант «поделить счет». И мужчины, и женщины поступили так примерно в половине случаев. Это, возможно, отражает естественное нежелание ввязываться в какие-то отношения с незнакомцем на фотографии. Или в этом можно усмотреть стремление к сохранению равенства в предполагаемых отношениях. Однако женщины, как и положено самкам видов с высоким МВП, достоверно чаще выражали желание возложить все расходы на партнера: этот вариант женщины выбрали в 45 % случаев, а мужчины — в 30 %. Соответственно, желание оплатить весь счету мужчин возникало чаще, чем у женщин (23 % против 5 %).

Внешняя привлекательность партнера влияет на мотивацию «экономического поведения» мужчин и женщин противоположным образом. Готовность раскошелиться коррелирует с привлекательностью партнера у мужчин — положительно, у женщин — отрицательно. Мужчины намного охотнее соглашались заплатить за ужин с симпатичной партнершей, чем с малопривлекательной. Самцу невыгодно растрачивать свои ресурсы на партнерш, внешность которых не свидетельствует о высоком репродуктивном потенциале: лучше приберечь их для обольщения более привлекательных особей. Женщины, наоборот, предпочитали принимать ресурсы от привлекательных партнеров и не принимать от несимпатичных. Очевидно, это связано с неизбежными в данной ситуации соображениями реципрокности, или взаимности (см. главу «Эволюция альтруизма», кн. 2), что соответствует афоризмам «долг платежом красен» и «кто девушку ужинает, тот ее и танцует».

В отличие от привлекательности партнера, представление о собственных внешних данных влияло на желания мужчин и женщин одинаковым образом. Готовность раскошелиться у обоих полов отрицательно коррелировала с самомнением. Чем более привлекательным считает себя человек, тем меньше у него желания выкладывать денежки за совместный ужин. Самец, осознающий собственную привлекательность, пытается сэкономить ресурсы в расчете на то, что его и так выберут за «хорошие гены». Самка, уверенная в своей высокой «рыночной стоимости», считает себя вправе требовать от потенциального партнера большего вложения ресурсов. Тут есть еще и такой нюанс: ранее было показано, что люди, которые сами себя считают привлекательными, склонны занижать привлекательность окружающих, то есть более критично и требовательно к ним относиться. Одна и та же фотография будет оценена людьми с высокой самооценкой как малопривлекательная, тогда как люди, не считающие себя красавцами, оценят ее как более привлекательную. Этот аспект помогает понять поведение мужчин в данном эксперименте (мужчины, считающие себя привлекательными, воспринимали женские лица на фотографиях в среднем как менее привлекательные, и поэтому не хотели за них платить). Женские мотивации, по-видимому, несколько сложнее. Может быть, уверенность в собственной привлекательности у женщин снижает обеспокоенность по поводу реципрокности, то есть ведет к ощущению, что она не будет кому-то что-то должна, если за нее заплатят.

Статистический анализ показал, что эффекты двух факторов — привлекательности партнера и мнения о собственной привлекательности — и у мужчин, и у женщин являются независимыми, то есть не влияют друг на друга. Иными словами, привлекательность партнера одинаково влияет на людей с высокой и низкой самооценкой. С другой стороны, самооценка влияет на «экономические предпочтения» при оплате счета тоже одинаково, независимо от привлекательности партнера.

На бытовом уровне эти результаты позволяют сформулировать такую «подсказку» для женщин: если партнер очень хочет за вас заплатить, то это, возможно, означает, что либо вы ему нравитесь, либо он о себе невысокого мнения. Подсказка для мужчин: если дама соглашается, чтобы вы за нее заплатили, то либо вы ей нравитесь, либо она много о себе думает.

Главный вывод исследования состоит в том, что в оплате счета за совместный ужин действительно присутствует элемент «рыночных отношений», характерных для процесса ухаживания у видов с высоким МВП. Желания людей в этой ситуации соответствуют предсказаниям теории полового отбора.

—————

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 0.858. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
Вверх Вниз