Книга: Мир животных. Том 3. Птицы

Альбатрос!

<<< Назад
Вперед >>>
закрыть рекламу

Альбатрос!

Особых представлений не требуется: приключенческие романы, морские рассказы с детства нас с ним познакомили.

Океан, корабль, альбатрос – это единство веками утверждалось в нашем представлении. Океан мрачнеет перед бурей – альбатрос, как и брат его буревестник, ликуя, радуясь шторму, рыщет над вспененным морем.


Но не сам по себе шторм его радует, не волнение моря, а дары его, выкинутые на поверхность, – рыбная мелочь, кальмары, рачки, снующие в сумятице волн, семена, орехи, смытые в море, отбросы с кораблей, вынесенные на гребни валов.

В штиль альбатрос мало летает, сидит на воде, мертвая зыбь его укачивает. Здесь на воде и спит. Но не всю ночь: часть ее охотится за рыбами и кальмарами, которые ночами поднимаются из глубин к поверхности океана. С восходом навстречу утреннему ветру стартует в небо и летит, кругами набирая высоту. Может часами парить, не взмахнув крылом.


Так и кочуют над океанами альбатросы: иные, наверное, земной шар облетают по округе. Десять тысяч километров пройденного над морями пути доказаны кольцеванием. Молодые альбатросы, развиваясь и подрастая, долго готовятся к полету (полгода и больше), но потом летают над морями лет пять-семь, не возвращаясь на сушу. В этом возрасте у них происходит первое знакомство с местами будущих гнездовий и репетиция гнездостроительства. Но по-настоящему строят гнезда и птенцов в них выводят позже. Так, во всяком случае, у королевских альбатросов, которые живут лет сорок. У других порядок, наверное, такой же, только сроки, возможно, иные.

Самцы и самки хранят верность друг другу годами, некоторые и десятилетиями. Туда, где гнездились позапрошлый год (крупные альбатросы размножаются лишь через год), первыми прилетают самцы и ждут подруг. Если они не погибли в одиноких скитаньях над морями – срок ведь после разлуки немалый прошел, – обязательно прилетят к старому гнезду и найдут здесь своих супругов.

От старого гнезда, конечно, одни воспоминания остались: приходится строить новое, но иногда и старое подновляют. Проста архитектура гнезда: невысокая кучка растений или, реже, небольшая насыпь из земли и торфа.

Но токовые игры, брачный ритуал, довольно разнообразны. Особенно у галапагосских альбатросов.

Самец ходит вокруг самки, покачиваясь в такт шагам и вытянув шею. Головой машет. Это начало брачной церемонии. Ее продолжение: птицы встают нос к носу и будто фехтуют клювами. Потом поднимут вверх и, широко их разевая, кляцают. Все это повторяют в разных вариациях, добавляя и другие «фигуры» ритуала: символическую чистку пера, взаимные поклоны с клювами, прижатыми к груди или к земле («символическое указание гнезда»), крики, свисты с поднятыми вверх головами, «пляс» вокруг гнезда с раскинутыми в стороны крыльями.



Странствующие альбатросы, самец и самка, после долгой разлуки встретились у гнезда и исполняют свадебный танец. Этот неизменный ритуал совершается из года в год на прежнем месте: супруги-альбатросы сохраняют верность друг другу по десять и, возможно, больше лет. Единственное яйцо альбатросы насиживают очень долго, до 80 дней.

Насиживают единственное яйцо оба: сначала самец, потом самка. Дней через 60-80, у разных видов по-разному, птенец появляется из яйца. Его еще долго кормить надо. У больших альбатросов 7-9 месяцев дитя сиднем сидит в гнезде, пока не научится летать. Иной раз молодые альбатросы из отчего гнезда вылезают и строят новое невдалеке. В нем обрастают пером и набираются сил. Пока все еще на родительском иждивении, но получают его не часто: раз в сутки по ночам либо перед рассветом.

Странствующий альбатрос крупнее всех в отряде трубконосых, величиной примерно с лебедя. Но более длиннокрылый, чем лебедь: 3,2 и даже будто бы до 3,5 метра размах его белоснежных, узких, «как доски», крыльев. Нет в мире птицы с таким затянувшимся детством. Никто так долго не пребывает в птенцовом возрасте, не сидит почти год в гнезде.

В декабре, например, на островах Кергелен самки строят гнезда, перед Новым годом уже насиживают одно большое яйцо. В марте выводятся птенцы. Месяц самка согревает «большой шар белого пуха с двумя живыми черными глазками». Вдвоем им уже тесно в гнезде, она уступает бугорок земли своему недорослю и неделю-две сидит рядом с ним.

«Что касается отца, то он незадолго перед тем уже вернулся к бродячей жизни над океаном. В мае я всегда заставал птенцов в одиночестве. Так как они питаются, конечно, не воздухом и продолжают быстро расти даже после отлета матери, ясно, что она время от времени возвращается, чтобы покормить своего птенца, но эти посещения, по-видимому, происходят через большие промежутки времени» (Э. Обер де ла Рю).

Между тем приближается южная полярная зима с дождями, снегом и, самое неприятное, с вечными ветрами. Почти ни дня без бури! «Постоянство и сила ветра достигают здесь таких рекордов, равных которым вы редко встретите где-либо». Именно нестихающие ветры принесли архипелагу Кергелен дурную славу «страны вечных ураганов», «островов отчаяния».


И все это должны перенести молодые, еще беспомощные альбатросы. Всю ураганную зиму сидят они на жалких, развеянных ветром гнездах. Одни среди буйства стихии!

Никто и ничто их не греет, и редко мать прилетает покормить. А если погибнет в странствиях над морем?

Страшно подумать… День за днем, месяц за месяцем бездумно дремлют бесперые птенцы под проливным дождем и леденящим снегом, спрятав голову в пух и грудью повернувшись к ветру. Но сон их чуток: негромкий шорох или тихие шаги несут угрозу, худшую, чем ветер. Одним прыжком, разбуженный тревогой юный альбатрос вскакивает навстречу незваному нарушителю его уединения. Щелкает клювом, угрожает. Но что он может сделать: средства защиты ненадежны, для сильного недруга не опасны, грозят лишь неприятностями, не увечьем.

Ударит, ущипнет клювом – пустяки в общем-то. Вот тут «ворвань», отвратительно вонючая струя, выброшенная из клюва, более эффективна, чем щипки. Но и в этом отношении они значительно уступают молодым гигантским буревестникам, располагающим большими запасами подобной жидкости. Вот зима уж позади, забыты ее невзгоды. Весна вернулась на острова. А с нею и взрослые альбатросы. Но им нет дела до подросших и оперившихся детей прошлогодних выводков. Они заняты прежде всего брачными делами. В комичных позах предаются бесконечному флирту.

«Если несколько самцов ухаживают за одной самкой, это происходит всегда с соблюдением полного достоинства. Самцы никогда не теряют своего сосредоточенного вида и не дерутся» (Э. Обердела Рю).

Скоро самки, выбрав на лугах, у берега моря, подходящее место, ковыряют, рыхлят клювами землю. Строят из нее, смешав с листьями, небольшой бугорок: гнездо. Большое яйцо насиживают по очереди с самцом.

А прошлогодние их дети?

Забытые и покинутые, один за другим улетают они в самый разгар гнездостроительства в неведомые еще морские края. Некоторые задерживаются и первый в своей жизни Новый год встречают и провожают на островах. «После долгих путешествий вокруг земного шара они, несомненно, возвратятся размножаться на те равнины, которые видели их появление на свет».

<<< Назад
Вперед >>>

Генерация: 0.611. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
Вверх Вниз