Книга: Из царства пернатых. Популярные очерки из мира русских птиц

Воробей

<<< Назад
Вперед >>>
закрыть рекламу

Воробей

Воробышек «чи-чи-чи»,По камушкам поскачи.Детская прибауткаПовадился вор-воробейЛетати,Мою конопельку, мою зеленую,Клевати.Народная песня

По всей России, от Архангельская до Крыма и Кавказа включительно, водятся два вида воробьев: домашний[117] и полевой[118]. Оба этих вида довольно существенно отличаются друг от друга и почти одинаково многочисленны и обыкновенны. Домашний воробей особенно многочислен и обыкновенен в городах, полевой же – в деревнях, селах и пригородах. Я уверен, что многие из моих читателей, прочтя эти строки, подумают: «Вот тебе и раз! Уж какую другую птицу, а воробья-то, казалось, я твердо знал, и вдруг, извольте видеть – полевой и домашний!»

Да-с, многоуважаемый читатель, хоть мне и очень жаль, что я смутил вашу твердую уверенность в знании воробья, но тем не менее – «лучше поздно, чем никогда». Мы так мало всматриваемся в окружающие нас предметы и явления, что ходим как слепые и глухие среди того богатства, разнообразия и красоты, которыми окружил нас Создатель мира. Не подумайте, однако, что я намерен воспевать здесь красоту воробья: нет, это только так, к слову…

Уметь различать обоих наших воробьев следует не потому только, что это интересно и что как-то совестно образованному человеку не уметь различать самых близких к нему птиц, но и потому, что это умение имеет также и некоторое практическое значение. Достаточно будет, например, сказать, что один из наших воробьев, а именно домашний, большой лакомка до ягодных плодов и семянных всходов, другой же – полевой – почти не трогает ни тех ни других.

Для того чтобы научить отличать домашнего воробья от полевого и наоборот, я не стану вдаваться в тонкости описания пернатой одежды того и другого, укажу лишь на те, самые характерные, приметы, по которым я при самом беглом взгляде тотчас же узнаю, какой воробей находится предо мной: если у моего воробья имеются две белые полоски на крыльях, а также по черному пятну на белых щеках и вокруг шеи белый ошейник, то, значит, это воробей полевой. Будет ли это самчик или самочка – трудно сказать, так как у полевого воробья самец и самка окрашены почти одинаково (у последней только черное пятно на щеке несколько меньшей величины). Затем, полевой воробей немного поменьше ростом и поскладнее домашнего[119]. Вообще, он представляет собой несколько уменьшенное и более изящное, так сказать, издание домашнего воробья-самца, с которым окрашен очень сходно: у обоих те же цвета в оперении (белый, серый, черный и коричневый), распределенные почти одинаково, и только, как было уже сказано, у полевого имеются черные пятна скобочкой на щеках, у домашнего же их не имеется. Что же касается самочки домашнего воробья, то она, в общем, вся серая, с некоторой пестриной и светлой полоской через глаз (вроде брови). Итак, если вы видите перед собой воробья в общем серого – это будет самочка домашнего воробья; если перед вами пестрый воробей с черными пятнами на белых щеках, белым ошейником и двумя белыми полосками на крыльях, это будет полевой воробей (самчик или самочка), если же пестрый с гладкими щеками, без белого ошейника и с одной белой полоской на крыле, то это – самец домашнего воробья.

При первом же удобном случае присмотритесь и увидите, как просто и нетрудно научиться различать наших воробьев и как вам будет приятно этого достигнуть. Со временем вы найдете и другие, более мелкие, отличительные признаки домашнего и полевого воробьев (как, например, буровато-серую шапочку на голове у первого и красно-бурую у второго, отчего полевого воробья называют также красноголовым). Но я не стану более утомлять вас перечислением этих мелких признаков, а перейду к описанию характера и образа жизни этих неразлучных пернатых спутников человека. При этом речь поведется об обоих воробьях, так как они имеют слишком много общего между собой; местами же, где это будет нужно, будем их различать и делать сравнения.

Сопутствуя всюду человеку и живя с ним, может быть, уже многие тысячелетия, что называется, бок о бок, воробей естественно отразил в своем характере влияние столь близких отношений с умным, но в то же время и весьма коварным «царем природы». Это птица необычайно тонкого ума, в высшей степени наблюдательная и сообразительная. Почти ручная и домашняя – с одной стороны, с другой – строгая и дикая в такой степени, что редко какую птицу так трудно изловить в какие бы то ни было ловушки, как воробья. Недаром и в пословице говорится, что «старого воробья на мякине не проведешь». Если же как-нибудь и удастся его поймать, то очень трудно приучить к клетке и заставить примириться с ней. Впрочем, молодой воробышек, взятый из гнезда в то время, когда у него над ушами торчит еще пушок, приручается очень легко и сильно привязывается к своему хозяину.

Также весьма характерной чертой воробья является его нахальство, соединенное в то же время с необычайной осторожностью и осмотрительностью. Нужно видеть, например, домашнюю воробьиху, когда она скачет по накрытому на балконе обеденному столу с целью набить себе зоб кусочками булки, хлеба, сыра и прочей снедью, чтобы снести все это своим птенчикам: скачет, а сама глаз не сводит с человека, смирно сидящего на том же балконе и следящего за ней глазами. Какой лукавый, проницательный у нее взгляд! Кажется, в глазах у тебя читает, какие твои намерения…

Весьма характерна также для воробья его чрезвычайная болтливость. Нет другой птицы, которая столько бы шумела, как воробей. Кричать, ссориться, горланить из-за всякой безделицы – без этого воробью никак невозможно. Даже молодые птенцы в гнезде – и те почти целый день пищат в противоположность птенцам других птиц, которые в гнезде обыкновенно держатся весьма молчаливо. Ссоры у воробьев особенно часты и шумны ранней весной, когда начинаются разбивка зимних стай на парочки и оспаривание мест для гнездовья. Господи, что тут только творится! Шум, гам, крик, гонки друг за дружкой, драка, хватание друг друга «за шиворот». Иногда вся ссорящаяся на дереве компания летит с неимоверным гамом на землю, где ссора обыкновенно и оканчивается жестокой взаимной потасовкой, после которой буяны разлетаются в разные стороны с тем, чтобы через некоторое время снова затеять ссору на другом месте.

За исключением самого крайнего севера Европейской и Азиатской России, воробей повсюду является птицей оседлой, то есть круглый год держится на одном и том же месте, предпринимая только ежедневные вылеты в окрестные поля, гумна, огороды, конопляники и т. п., на ночь же всегда возвращается домой, во двор, на котором гнездится.

Полевой воробей большей частью откочевывает весной в речные долины, поля, рощи, где гнездится в дуплистых деревьях или под крышами полевых построек и проводит все лето и осень; с наступлением же зимы прикочевывает с прибылыми молодыми к человеческим жилищам – в селения, деревни, к окраинам городов, где и держится всю зиму, прокармливаясь около человека. В больших городах полевой воробей почти не встречается, за исключением только обширных садов, где его можно иногда встретить рядом с домашним воробьем. В Петрограде полевой воробей иногда попадается на улицах, во время суровых и снежных зим. Итак, сельские и пригородные жители могут часто – в особенности зимой – наблюдать совместно оба вида воробьев, городским же жителям приходится большей частью иметь дело с одним лишь домашним воробьем.


Воробьи: 1 – домашний; 2 – полевой

Насчет воробьиного голоса вряд ли нужно особенно распространяться. Кто не знает этих неугомонных «чив-чив», «чим-чим», «тере-ре-ре» и тому подобных воробьиных звуков. Впрочем, и к этим мало музыкальным звукам ухо прислушивается даже с некоторым удовольствием в ясные февральские дни, когда начинающее уже пригревать солнышко распускает в капли залежавшийся снег на крышах и в то же время будит в маленьких воробьиных головках смутные грезы о будущем празднике весны. В марте же и в апреле – в самый разгар гнездования – от господина воробья можно услышать даже нечто вроде небольшой трельки, звучащей довольно недурно и имеющей некоторое, правда весьма отдаленное, сходство с отрывком трели жаворонка, собственно же пения – настоящего, заправского пения – у воробья не имеется, а есть только торопливое, несуразное «чирканье» да «чимканье». У полевого воробья соответственно его более изящной внешности и голос звучит нежнее – не так жесток и груб, как у домашнего; а призывный его звук – когда, например, полевой воробей, отставший от своей стаи, призывает ее, сидя на вершине высокого дерева, – так этот звук даже совсем почти не имеет воробьиного характера, а скорее похож на призывный крик щегла.

Оба воробья, как полевой, так и домашний, начинают весной очень рано вить гнезда, когда не только еще березка не начинала зеленеть, но и травка-то еще на припечных местах не показывалась (под Петроградом в начале апреля и даже в конце марта). Гнездо домашний воробей устраивает обыкновенно в укрытиях: под крышей, за карнизами окон и домов, под отставшей обшивкой домовых стен и т. п., а также в дуплах деревьев, ласточкиных гнездах, скворечницах и разных других укромных уголках, безопасных от посещения домашней кошки – злейшего врага домашнего воробья. Воробьиное гнездо обыкновенно представляет собой грубую, неискусную постройку – кучку разного натасканного отовсюду хлама: соломинок, мочалочек, сухих травинок, перышков, тряпочек и т. п. Среди этой кучки обмято и выкруглено небольшое углубление, слегка выстланное перышками и конскими волосами. Изредка случается, что воробей, не найдя подходящего закрытого помещения, устраивает свое гнездо и открыто, например, между стволом и суком какого-нибудь дерева; в исключительных же случаях даже подвешивает его к концам древесных ветвей, и тогда, конечно, гнездо представляет собой уже не кучку хлама, а более или менее искусную постройку, прикрытую сверху и имеющую сбоку летное отверстие.

Полевой воробей также помещает свое гнездо всегда в укрытиях, по преимуществу в древесных дуплах. (В парке Лесного института полевые воробьи охотно гнездятся в домиках, поставленных на деревьях, – для синиц, скворцов, мухоловок и других дуплогнездовиков.)

Самочка воробья несет на каждый вывод по пять-шесть, а иногда и до восьми яичек, среди которых нередко встречаются весьма разнообразной окраски и рисунка, преимущественно же красновато-белые, испещренные бурыми и пепельно-серыми пятнышками, крапинками и точечками. Яйца полевого воробья имеют несколько меньшую величину, чем домашнего. При благоприятной погоде к середине апреля (а на юге в конце марта) на воробьином гнезде можно найти уже полную кладку. Высиживанием занимаются попеременно как самочка, так и самчик, и через 13–14 дней уже вылупляются молодые воробышки.

Выкармливание птенцов производится почти исключительно насекомыми – преимущественно гусеницами бабочек и личинками мух и жуков. Той же самой пищей кормятся в это время и взрослые.

Когда молодые воробьи вылетают из гнезда, взрослые в течение 8-10 дней держатся при них, продолжая их прилежно выкармливать, а затем приступают ко второму выводу. За вторым выводом почти обыкновенно следует еще и третий, иногда же, на юге, даже и четвертый. Таким образом, пара воробьев производит в течение лета весьма многочисленное потомство.

Молоденькие воробышки-подлетки являются чрезвычайно милыми и симпатичными созданиями; можно подолгу любоваться на них в саду или на дворе, особенно когда их кормят родители. Вот скачет большими прыжками по усыпанной песком садовой дорожке старая воробьиха с озабоченным видом, стройно вытянувшись и высоко неся свою голову. Вокруг нее – справа, слева и сзади – то прыжочками, то припархивая, поспешает с беспрестанным «чивканьем» ее пухлая желторотая детвора. Едва успела почтенная мамаша ловким движением поймать пролетавшего мимо мотылька, как уже она атакована своими неотступными детками, которые с распущенными трясущимися крылышками и широко раскрытыми желтыми ротиками с криком осаждают ее со всех сторон, пока злосчастный мотылек не исчезнет безвозвратно в горлышке какого-нибудь счастливца.

Где много гнездится воробьев, там обыкновенно молодые из разных гнезд соединяются в общие стайки. Рассядется такая стайка по кустам, вдоль садовой дорожки под присмотром какого-нибудь старого воробья и чирикает себе беззаботно и весело. Остальные же взрослые воробьи промышляют для своей детворы корм. То и дело подлетает то один, то другой из них, неся в клюве что-нибудь съестное для своих деток. Старый же воробей-гувернер находится безотлучно на своем дежурстве и, сидя на какой-нибудь выдающейся ветке, внимательным глазом следит по сторонам, чтобы вовремя предупредить вверенных его охране воробьят об угрожающей опасности. Завидев, например, приближающегося ястреба, он тотчас издает тревожное «чрррр…», и все воробьята, беззаботно чирикавшие на ветках и прыгавшие по дорожкам, стремглав бросаются в чащу кустов, где и остаются, пока не минует опасность.

К началу осени, когда уже закончатся все хлопоты по выводу детей, воробьи сбиваются в общие, иногда весьма большие, стаи, в которых и держатся всю зиму, вблизи человеческих жилищ, до наступления весны.

В заключение нам остается еще рассмотреть весьма существенный и практически важный вопрос: вредная птица воробей или полезная?

Если бы мне пришлось на этот вопрос дать ответ, что воробей птица вредная, то больше и нечего было бы особенно распространяться, так как большинство читателей, вероятно, легко согласилось бы с таким приговором и не потребовало бы от меня особых доказательств. Сказано – «вор-воробей». Все и всегда его так называют и называли; даже в песнях, пословицах и поговорках его величают вором, значит, верно, что вор, а уж какой пользы ожидать от заведомого вора. Но так как я хочу утверждать как раз противное, а именно, что воробьи, как домашние, так и полевые, хотя в известном смысле и воры, тем не менее птицы полезные, то я не могу здесь ограничиться парой слов, а должен несколько распространиться.

Никто не разобрал так ясно и определенно вопроса о вредности или полезности воробья, как это сделал покойный М. Н. Богданов в своей превосходной книжке «Мирские захребетники», а так как мне пришлось бы почти буквально повторить те же доводы, которые привел в пользу воробья вполне авторитетный автор упомянутой книги, то я считаю наиболее целесообразным привести здесь в выдержках его собственные слова.

«Как хотите, но я с этим не согласен (то есть что воробей – вор и тунеядец). Воробей честный работник; он исправно трудится на своего хозяина; он приносит ему много пользы, и за это-то его гонят везде, бранят вором и не любят. Виноват ли он, что его труды не хотят ценить и что его вынуждают воровать? Да он и не ворует, а берет только свое».

Рассказав далее, что воробей делает за лето три вывода птенцов и выкармливает их насекомыми, которыми и сам в это время питается, М. Н. Богданов говорит, что «с апреля по конец июля или даже до начала августа воробьи волей-неволей питаются не зернами, а гусеницами, личинками насекомых, жучками, бабочками, мушками, улитками. Сколько они съедят их сами, сколько перетаскают своим воробьятам, не мог перечесть того и аккуратный немец. Судите же, как велико количество съедаемых воробьем насекомых.

…Чтоб оценить пользу, которую в течение весны и лета принесет нам воробей, нам надо посмотреть на наши огороды, сады, луга, цветники и узнать, что там делается… Он (воробей) каждый день внимательно осматривает грядки и с утра до вечера истребляет всех тех воров, которые едят овощи. Я знаю, вы тотчас вспомните обиды, причиненные вам воробьем. Вы скажете, что ваш огородник жаловался вам на воробьев. „Что ни посеешь, – говорил старик, – все испортит. Как только выйдет росточек из земли, налетят, объедят, повыдергают и сажай снова». Это правда, молодым росткам сильно достается от воробья (и их надо прилежно оберегать от этого лакомки, прибавлю от себя), но, когда растение укоренится, распустит листья, тут воробей уж не тронет его.

…Приходит садовник: „Надо, – говорит, – сетки надеть на вишни; воробьи одолели, все ягоды испортят“. Ну, а это что такое? Спросите-ка его: вот вишенка, не испорченная воробьем. Отчего на ней пятнышко? Откуда взялась гусеница внутри вишневой косточки? В том-то и дело. Воробей тут не вор, а охранитель вашего добра. Он поедает молодые росточки главным образом потому, что находит на них насекомых, а если он соблазнится вкусной ягодкой вишни, то и мы с вами не утерпели бы, чтобы не съесть ее. Зато он на том же вишневом дереве переловит не одну сотню жучков и бабочек, мух, ос и других насекомых, которые прокалывают вишневые ягоды, чтобы положить туда яички. Из каждого такого яичка выйдет гусеница; она проточит вишневую косточку и начнет есть горькое зернышко, лежащее в ней. Ягодка захиреет, не вырастет как следует и не будет вкусна. Достаточно одной-двух бабочек или других насекомых, чтобы испортить ягоды на всем дереве. Вот полюбуйтесь: садовник покрыл вишневое дерево сеткой. Не достать теперь воробью сладких вишен. Но разве сетка защитит от бабочек, мух и жучков? Нет. И береженые вишни вышли хуже небереженых: столько между ними кривобоких, маленьких, невкусных, что хоть и не собирать их… Видите ли, как бы вы ни старались обвинять воробья в воровстве, учиненном им в течение весны и лета, а все-таки выйдет, что воровство это вам же полезно. И окажется на поверку, что, не будь воробья, не пришлось бы вам есть многих вкусных овощей и фруктов.

…Началась осень, воробей полетел на конопляники, и тогда он становится неузнаваем. Он вошел во вкус грабежа. Нет конопли – он летит на поля, где сложен хлеб, летит на гумно, на молотильные тока, порхает по дорогам, где возят снопы. Хлебное зерно стало его исключительной пищей. В течение всей осени воробей – сущий вор; но ведь он служил нам всю весну и лето верой и правдой; не жалейте же нескольких горстей зерен, которые вы все равно потеряли бы при сборке хлеба: по полям, при перевозке снопов по дорогам, при сушке в овинах, при молотьбе, при пересыпке зерен из мешка в мешок. Воробей и тут берет только то, что уже брошено, чего вы не можете поднять, что съедят другие птицы и звери… Воробей не только не вор, но птичка полезная и умная, которую всякий благоразумный человек должен оберегать».

Вот что говорит наш известный знаток и тонкий наблюдатель птичьего мира, и я на основании собственных многолетних наблюдений за жизнью воробьев всецело к нему присоединяюсь. Главное, необходимо твердо помнить, что полезная насекомоядная деятельность воробья проходит обыкновенно мало замеченной. Ее знают и замечают только те, кто привык постоянно следить за птицами – их жизнью и времяпрепровождением. Когда же воробей клюет вишню или треплет колос на снопе, это легко бросается в глаза, это видят все и начинают кричать: «Вор, вор, вишню объедает, хлеб таскает! Бейте его, стреляйте!..»

Наконец, относительно полевого воробья следует также помнить, что он, как уже было упомянуто выше, не трогает ни плодов, ни ростков, а потому должен быть всегда желанным гостем во фруктовых садах и на огородах. Если он занимает иногда домики, расставленные по деревьям для скворцов и других дуплогнездовиков, то его не следует оттуда выгонять.

Итак, в конце концов, оба наших воробья – а в особенности полевой – приносят больше пользы, чем вреда, и потому их должно охранять, а не преследовать.

Клест, снегирь, щур, чечевица, зяблик, вьюрок, щегол, чиж, чечетка, коноплянка, зеленушка, дубонос и полевой и домашний воробьи – все эти птицы родственны друг другу и относятся к группе вьюрковых птиц – одной из обширнейших групп пернатого царства, имеющей еще много других представителей среди птиц жарких стран (тропических и экваториальных).

Внимательный читатель, конечно, заметил общие, сходные черты в характере и образе жизни вышепоименованных птиц. Все без исключения вьюрковые птицы принадлежат к числу зерноядных, то есть питающихся главным образом зернами и семенами различных растений; к такой пище приспособлен и их клюв – большей частью толстый, крепкий и более или менее конический.

Группа вьюрковых птиц принадлежит к числу наиболее важных и интересных для нас групп пернатого царства. Большинство представителей этой группы стоит довольно близко к человеку, не чуждается его, гнездится поблизости его жилищ, населяет его сады и рощи и, будучи в большей или меньшей степени одарено способностью пения, весьма приятно оживляет окружающую человека природу – оживляет не только летом, но даже и зимой, так как многие птицы из этой группы живут у нас круглый год. Наконец, вьюрковые птицы играют также весьма немаловажную роль в хозяйстве человека: они оказывают ему большие услуги уничтожением громадных количеств семян сорных растений, а также и немалого количества насекомых, которыми большинство этих птиц выкармливает своих птенцов и в числе которых (то есть насекомых) находится немалое количество врагов наших полей, лесов, садов и огородов.

Большинство птиц вьюрковой группы принадлежит к числу любимых комнатных птиц. Они легко становятся ручными и при хорошем уходе подолгу живут в клетках.

Всем известная канарейка – родом с Канарских островов – также принадлежит к числу вьюрковых птиц.

<<< Назад
Вперед >>>
Реклама

Генерация: 0.609. Запросов К БД/Cache: 4 / 1
Вверх Вниз