Главная / Литература / 100 великих рекордов живой природы / Мир рыб / Самая опасная пресноводная рыба — пиранья

Книга: 100 великих рекордов живой природы

Навигация: Начало     Оглавление     Другие книги    


Самая опасная пресноводная рыба — пиранья


Эти рыбы давно имеют дурную славу. Они жадны до крови, их аппетит ненасытен; стайка пираний готова обглодать целую тушу свиньи или барана, ловко отдирая мясо от костей. Однако не все пираньи страшны, как их «малюют» любители зловещих легенд. Некоторые виды пираний безобидны, как пескари. Как же узнать, кто затаился в мутной воде реки? У индейцев есть свои приметы.  

Если вам довелось видеть в кино, как охотится пиранья, вам не забыть этой кошмарной сцены. При одном ее виде в душе человека воскресают древние страхи. В памяти вертятся обрывки давних легенд: «На Риу-Негру это случилось… Свалился отец в воду…»

От Альфреда Брема до Игоря Акимушкина книги о животных пестрят рассказами о кровожадных пираньях. «Очень часто крокодил обращается в бегство перед дикой стаей этих рыб… Нередко рыбы эти осиливают даже быка или тапира… Добрицгофер рассказывает, что два испанских солдата… подверглись нападению и были растерзаны» (А. Брем). Каждый гимназист знал отныне, что реки Бразилии кишат рыбами-убийцами.

Со временем стайки рыб переплыли из книг и журнальных статей в залы кинотеатров. Среди «фильмов ужасов», снятых об амазонских хищницах, можно упомянуть фильмы «Пиранья» (1978) режиссера Джо Данте и «Пиранья-2» (1981) режиссера Джеймса Камерона. Сюжеты их схожи. На берегу живописного озера расположена военная база. Там выращивают пираний. Случайно хищницы попадают в воды озера и начинают поедать туристов. В общем, те же «Челюсти», только размером поменьше, а числом поболее.

Пожалуй, никто, кроме белой акулы и воеводы Дракулы, не пользовался такой дурной славой, как эта рыбешка — пиранья. Одно ее имя вызывает дрожь. Вряд ли кто из слышавших эти жуткие истории, случайно попав в Бразилию, рискнет зайти в воды реки, если узнает, что там водятся пираньи.

Первые сообщения о них стали поступать, когда конкистадоры достигли Бразилии и углубились в дебри лесов. От этих новостей в жилах стыла кровь. «Индейцы, раненные пушечными ядрами и мушкетными пулями, с криками падали из своих каноэ в реку, и свирепые пираньи обгрызали их до костей», — писал испанский монах, сопровождавший в 1553 году искателя золота и приключений Гонсало Писарро во время грабительского похода в низовья Амазонки (описывая ужасных рыб, благочестивый монах даже не задумался, что испанцы, стрелявшие из пушек по индейцам, были ничуть не добрее пираний).

С тех пор репутация этих рыб была непоправимо подмочена кровью, к запаху которой они были чутки, как сто акул. Стоило лишь москиту прокусить человеку ногу, как они тут же начинали волноваться в предвкушении добычи. Вот что писал в 1859 году немецкий путешественник Карл-Фердинанд Аппун, побывавший в Гайане: «Намереваясь принять ванну, я погрузил свое тело в теплые воды реки, но опрометью выскочил оттуда и ретировался на берег, поскольку почувствовал на бедре укус пираньи, — как раз там, где была ранка от укуса москита, расцарапанная мной до крови».

Читая подобные признания, в какой-то момент ловишь себя на мысли, что пираньи — это исчадья ада, вырвавшиеся оттуда по недосмотру и теперь тиранящие людей и зверей. Страшнее их нет тварей на свете. Неловкий шаг в воду, и в ногу впиваются десятки острых как бритва зубов. Боже праведный! Один скелет остался… Неужели все это правда?




<< Назад    | Оглавление |     Вперед >>

Похожие страницы